Блуждающие огни: Ведьма из леса

3. Лесное озеро

Если забыть о том, сколько минуло времени, исчислимого не в днях и даже не в годах, а в полновесных столетиях, то здесь ничего не изменилось. Всё также стремились ввысь стройные ясени и буки, будто колонны, подпирающие лиственный свод всех оттенков золота. В редких просветах крон виднелись клочья серо-голубого неба, прорывались редкие солнечные лучи, кружили в их янтарном свечении опадающие листья, опускались на застывшую тёмным зеркалом воду небольшого озерца, устилая его ковром – ещё немного и станет незаметно, что под этим ворохом скрывается вода.

Ничего не изменилось, ведь люди сюда пройти не могут: старая магия ушедшего народа хранит заповедное место. Те, кто жили здесь раньше, были Эльэрвис сродни, но куда сильнее связаны с этим мирам незримыми нитями, пронзающими душу. Как же больно было им оставлять свои земли, как же страшно бросать их на вечное одиночество! Видимо, оттого они и не пожалели сил, закрывая все тропки, любимые полянки, чистую воду. Теперь смертным, поселившимся неподалёку, этот лес кажется много меньше, чем он есть на самом деле. Хватит с них и самого краешка, им и он чащобой непроходимой кажется, таким же недобрым краем, как болота, что раскинулись в северной стороне. Откуда им видеть, зачем им знать?

Эльэрвис шла быстро, как только могла. Нет, она твёрдо знала, что Эрунну за ней не угонится, как бы ни старался, даже будь он здоровым, но зачем ему лишний раз тратить свои и её силы? Пусть будет убеждён, что ведьма щёлкнула пальцами и растворилась в сумасшедшем ливне без остатка. Потому что так оно и было, на самом деле, ведь место, куда она скользнула в смятении, находилось не совсем в реальном мире. Вот и дождя здесь не было никакого. Пока что.

Эльэрвис подошла близко-близко к воде и опустилась на колени. То, что она хотела увидеть, не требовало особого мастерства и даже лишних сил – всего лишь кусочек чужого прошлого был ей нужен, даже не тот, что от неё пытались скрыть. Айалэди умели уважать чужие тайны, но любопытство и им было не чуждо.

Она скользнула кончиками пальцев по лиственному покрову. Всё это было просто: золото к золоту, медь к меди, а обсидиановая поверхность озера, отзываясь на тарэ, изменялась сама, наливалась силой изнутри, мерцая сполохами то синими, то золотистыми, то кровавыми. Редко-редко в хороводе этих искр удавалось отловить нужные – зеленоватые, будто кошачьи глаза. Если бы Эльэрвис торопилась – набросила бы ловчую сеть, да и получила ворох впечатлений мгновенно, но ей как раз некуда было спешить.

Один из огоньков становился всё ярче, разрастался и поднимался ближе к поверхности, так что очень скоро в него стало возможно заглянуть.

… Лиловый Город раскинулся перед дочерью Кэльтээнэ: высокие башни древнего замка, крытые черепицей крыши, острые шпили, широкие и узкие улочки, спускающиеся от твердыни человеческих Правителей, дома горожан с выкрашенными во все оттенки сирени стенами, Радужная Лестница, по которой шла очередная торжественная процессия. Как всё же люди любят все эти церемонии!

Возглавлял шествие высокий юноша в парадных, избыточно красивых доспехах. Это ему под ноги летели цветы, венки и девичьи ленты, его имя выкрикивали из жавшейся к стенам толпы. Тем, кто следовал за ним, внимания тоже перепадало, но уже о вторую очередь. И всё же было видно, что эта народная любовь, пусть и абсолютно искренняя, но преходящая – всего лишь восхищение молодостью, красотой, военной славой, такое отношение тоже было очень в духе смертных, отчего-то не способных на постоянство чувств.

А ведь герой видения этого не осознавал, считал настоящим и прочным, думал, наверное, что за него любой в огонь и воду пойдёт. Потому что он не только купался в волнах всеобщего ликования, но и отвечал на него – сияющей улыбкой, шальным взглядом светло-серых глаз. Какая-то особенно смелая девчонка бросила букетик ресхи ему в руки, он поймал, подмигнул ей заговорщицки и заткнул один цветок за ухо. Незабываемое вышло зрелище.

Эльэрвис тоже улыбнулась в ответ. Да, Эрунну-из-прошлого её видеть не мог, но не откликнуться на исходящие от него тепло и свет было просто невозможно.  Дело было не в том, что его единственного из множества людей, которых она сейчас наблюдала, ей довелось узнать ближе. Просто он действительно был таким, каким выглядел. Редкое качество – даже среди айалэди.

Она отпустила эту искорку и потянулась к следующему воспоминанию.

В этот раз ей показали долину в горах – Вэйлимэ, скорее всего.

В огражденном высокой стеной из темно-зелёного зернистого камня саду цвели горные розы, которые в тех краях называли горечавкой, и слаще, чем мёд пахнущий чубушник, аромат которого казался почти осязаемым. Высокая тоненькая девочка в белом пышном платье скользила по выложенной разноцветными плитками тропинке, расставляя свечи в диковинные фонари из дымного камня, похожего на стекло, но иначе преломляющего лучи. Косы у девочки были знакомого цвета: будто на солнце сквозь янтарь смотришь.

- Тэйанни! – голос ещё более знакомый заставил незнакомку встрепенуться и уронить незажженную свечу.

Эрунну выбежал из похожих на облако цветочных зарослей и подхватил девчонку на руки. Оба смеялись счастливо и говорили множество нежных слов, которые постороннему уху всегда кажутся невообразимой глупостью. Потом он опустил её на землю и они, забыв о фонарях, шли по тропинке к замку, крепко взявшись за руки.

небо растёт с каждым шагом в сторону гор...

кто-то придумал, будто они крадут его,

чтобы вести нескончаемый разговор,

чтоб не смотреть на часы, следя за минутами,

что улетают так быстро, тают так быстро, так

неумолимо напоминают о вечности,

о собственной смертности, необходимости выстрадать,