Боевые будни кадетки Академии Драконов

Глава 3.2

Уголок его рта дрогнул – не улыбка, скорее судорога.

– Я объяснил ему, что кадет Шелериспе – стратегический актив Короны. Что она наш единственный шанс на победу в войне с гарпиями.

Последние слова Кинвет процедил сквозь зубы. Желваки обозначились на скулах. Кулаки его сжались сами собой. В нем снова поднималась ярость, которую разбудил в нем Вейл. Он замолчал и, мысленно считая до десяти, несколько раз вдохнул и выдохнул.

– И знаешь, что сделал твой, так называемый, «выслуживающийся болван», который, по твоей версии, просто «недосмотрел»? – его голос снова стал медовым, вкрадчивым, почти нежным. – Он не испугался. Не побледнел от осознания того, что чуть не произошло в результате развитой им бурной деятельности. Не списал всё на случайную ошибку, на тупость секретаря, на затмение луны… Да на что угодно! Лишь бы отбелить себя!

Принц подался вперед, и его проекция, казалось, нависла над операционным столом, рядом с которым стоял король.

– Он рассмеялся, отец. Он рассмеялся мне в лицо.

При этих словах сына Его Величество невольно подался вперед, как делают те, кто не уверен, что он правильно расслышал, то, что услышал. Брови его взлетели так высоко, что чуть ли не слились с линией волос. Он открыл было рот, закрыл, снова открыл – и это молчаливое хватание воздуха само по себе было красноречивее любых слов. До него не доходило, как?! Как какой-то полковник посмел рассмеяться в лицо крови от крови его, плоти от плоти его! Не говоря уже о том, что Кинвет не просто его сын, он – НАСЛЕДНИК ПРЕСТОЛА! Это было настолько невероятно, что он едва не уточнил, а не преувеличивает ли его отпрыск? А всё ли он правильно понял?

Но не успел, поскольку на сей раз отпрыск не озаботился паузой, которая позволила бы ему вставить несколько слов. Впрочем, ответ на оба свои вопроса Его Величество всё равно получил.

– И заявил, – продолжал Кинвет, – что я ВСЕГО ЛИШЬ наследник престола, у которого нет ни прав, ни полномочий давать ему какие-либо указания.

У Его Величества, и так пребывающего в шоке, после этих слов, в прямом смысле слова, сама собой отпала челюсть. Не «удержал» он и лицо – на нём отразилось всё: от повергшего его буквально в нокаут потрясения до резко охватившей жажды крови.

Теперь уже у Его Величества на скулах обозначились желваки и сами собой сжались кулаки. Ноздри его раздулись, втягивая воздух – много воздуха, словно лёгких вдруг перестало хватать. В глубине глаз вновь вспыхнуло пламя.

– Более того… – добавил меж тем Кинвет и осёкся…

Если он сейчас расскажет о том, что Вейл объявил Натаниэля дезертиром и хотел его арестовать, то отец поймет, что и кузен тоже нарушил его приказ. И снова взбесится!

«Точнее, – покосился он на отца. – Взбесится ещё больше. Вот только гнев его будет направлен уже не на Вейла, а на него и Натаниэля».

Дабы скрыть «осечку», Кинвет поднял и выставил перед собой раскрытые ладони в примирительном жесте.

– И да, признаю, тут он был прав, – кивнул он. – Полностью с ним согласен. В мирное время у меня действительно нет ни прав, ни полномочий отдавать ему какие-либо указания на территории Академии. – Но… – смиренные нотки исчезли из его голоса, как и не бывало, – в условиях военного времени, когда наследник престола, по умолчанию обладающий более высоким доступом к секретной информации, чем заместитель ректора учебного заведения, сообщает последнему о прямой угрозе стратегическому активу Короны, у его слов, априори, есть вес. Не так ли, отец?

Кинварх, вокруг которого от исходившего от него бешенства, в буквальном смысле, дрожал воздух, кивнул.

Здесь ему, даже если бы у него всё ещё было желание пытаться оправдать действия Вейла, крыть было нечем…