Боевые будни кадетки Академии Драконов

Глава 5.1

Глава 5

Кинвет моргнул. Потом ещё раз. В его глазах, всё ещё расширенных от ожидания неминуемой расправы, читалось откровенное ошеломление. Он напоминал человека, который, зажмурившись, шагнул в пропасть, но вместо того, чтобы разбиться о её скалистое дно, вдруг обнаружил под ногами твердую почву.

И всё?!

Никаких громов и молний? Никаких «как вы посмели?!» Никаких «кто дал вам право думать?! Ваше дело – выполнять, а не рассуждать!? Никаких «я научу вас дисциплине, молокососы!» и обещаний содрать с него и Эля шкуру и пустить её на знамёна?!

Просто... доклад?

Кинвет открыл рот – и тут же захлопнул его обратно. Нет. Нет-нет-нет. Не вздумай! Если судьба решила подарить тебе шанс выбраться из этой комнаты с головой на плечах – прими его молча и с благодарностью. Не спрашивай, почему. Не уточняй, всё ли с отцом в порядке? Просто. Делай. То. Что. Сказано.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – отчеканил он, героическим усилием воли удерживая голос от того, чтобы он не звенел от переполнявшего его эйфорического облегчения. – Эль здесь со мной…

Его Величество закатил глаза к потолку – кто бы сомневался! Что он здесь с тобой!

– … я просто сделаю его проекцию видимой.

– Угу, – с явной иронией в голосе кивнул Великий король. – Сделай.

И Кинвет сделал.

Короткий пас рукой и спустя мгновение рядом с ним в сгустившемся и подернувшемся рябью воздухе, возникла проекция Натаниэля.

– Ваше Величество, – склонился он перед королем.

– Потом, – отмахнулся тот от него и посмотрел на сына, мол, давай, начинай.

И Кинвет дал – и начал, и закончил, как и было приказано, – кратко, чётко и по существу.

Кинварх слушал, кивал и задавал уточняющие вопросы. Лицо его оставалось непроницаемым, но пальцы, сцепленные в замок, то и дело сжимались чуть сильнее – единственный признак того, что за маской спокойствия бушует буря.

– И ты безоговорочно принял на веру сведения, полученные мало того, что из ненадежного источника, так ещё и зная, что, так называемые, секретные документы были украдены из кабинета Главы Тайной канцелярии? А тебе не пришло в голову, что твой дядя специально слил их Валентайну? Что все данные, которые ты получил, были не более чем, целенаправленной дезинформацией – контролируемым сливом с целью выявления и вскрытия агентуры врага в нашем тылу? – уточнил Его Величество, прилагая максимум усилий для того, чтобы голос его звучал по-отечески снисходительно. Он понимал, что не объективен. Понимал, что пытается зацепиться хоть за что-то. Но ничего не мог с собой поделать – его разум отчаянно искал любую лазейку, несостыковку, брешь, что угодно лишь бы не верить в худшее.

– Разумеется, нет! – возмущенно воскликнул Кинвет. Предположение отца настолько его оскорбило, что он даже чуть вперёд подался – словно пытался физически оттолкнуть от себя несправедливое обвинение в непрофессионализме. – Первым делом я поднял донесения подотчетных мне разведывательных групп за последние три месяца и сопоставил их данные о «подозрительной активности» с полученными от Валентайна графиками и маршрутами «теневых курьеров»!

– И-и? – Его Величество чуть приподнял правую бровь.

На скулах Кинвета «заходили» желваки.

– И совпадение составило почти сорок пять процентов, – процедил он сквозь зубы.

Приподнятая бровь короля насмешливо изогнулась.

– И это тебя удовлетворило?

– Представь себе, нет, – на сей раз уже не возмущенно, а скорее иронично, отреагировал принц. Подбородок его слегка вздернулся вверх. – Я выслал три разведгруппы на выборочную проверку рандомно выбранных мной контрольных точек. И все три – обнаружили то, что мы и ожидали, исходя из полученных из кристалла данных. Две – обнаружили неизвестные нам ранее гнёзда, а третья перехватила курьерский обоз с более чем «красноречиво говорящим» грузом специфических препаратов, таких, например, как: индукторы овуляции, бустеры рецепторной чувствительности, а также целый набор стимуляторов роста, выносливости, регенерации, повышения агрессии и понижения порога восприимчивости к боли.

Пальцы короля, всё ещё сцепленные в замок, чуть побелели в костяшках. Он медленно втянул воздух сквозь зубы – беззвучно, контролируемо – после чего столь же контролируемо разжал руки и опустил их вдоль тела.

Индукторы овуляции. Бустеры рецепторной чувствительности. Стимуляторы роста. Как не невнимательно Кинварх слушал Таладрина, кое-что из его докладов он всё же вынес и потому хорошо, даже слишком хорошо понимал, что всё это значит в совокупности – и от понимания к горлу подкатывала тошнота.