Бог по контракту

Глава 1

— Как так я могла умереть? В расцвете лет, молодая, красивая и страшно одинокая, — бормотала я сама себе, оказавшись в странном месте, полном света. И только света. Никаких стен, пола, потолка — просто белое ничто, ослепительное и бесконечное.

Я опустилась на корточки и потрогала то, на чём стою.

— Что это? — сглотнула я, ощутив под пальцами нечто вроде густой дымки, словно стою на облаках или в тумане.

— Дамочка, вы ещё долго там стоять будете? — донеслось сбоку, и я вздрогнула так, что чуть не уткнулась носом в этот самый туман.

— Кто это? — с испугом выкрикнула я, пытаясь понять, откуда исходил звук.

— Как вы все мне надоели… — отозвался тот же голос с тяжким вздохом. — Сделайте пару шагов вперёд. Не задерживайте очередь.

Я машинально оглянулась и увидела очередь из полупрозрачных, совершенно разных людей, которых, готова поклясться, там ещё секунду назад не было. Кого там только не было — настолько разные, что даже описать сложно, но все — люди.

Стало жутко, и я поторопилась сделать то, что сказал неведомый мне голос.

А стоило сделать эти два шага, как окружение изменилось — я оказалась в обычном белом кабинете с белыми стенами и белым столом посередине. За ним восседал строгого вида рыжий парень.

Но выглядел он совсем не так весело, как вы могли представить. Несмотря на конопушки, сильно рассыпанные по лицу, торчащие уши и слишком уж длинный нос, само выражение лица было строгим, глаза — острыми, а на носу — очки. Телосложение тоже не слишком располагало к юмору — тощий до такой степени, что, клянусь, через его рубашку можно было посчитать рёбра. Впрочем, на нём, кроме рубашки, был ещё чёрный галстук и чёрный же костюм-тройка. Такие обычно на похороны надевают.

— Ну что, смотрим? Подходим, садимся, — скомандовал он, лишь взглянув на меня, и ткнул своим крючковатым пальцем в единственный стул напротив, который стоял на расстоянии добрых двух метров от него.

Спорить я не стала — подошла и аккуратно присела на самый краешек предложенного стула.

Мужчина продолжил рыться в бумажках, а я — нервничать. Стало страшно и ещё более непонятно.

«Что я тут делаю? Где я вообще?» — подумала я и… услышала собственные мысли, прозвучавшие вслух.

«Чёрт!» — подумала я снова, и слова отразились моим же голосом эхом от стен.

— Вы — Василиса Михайловна Смарчук, проживаете в Москве, двадцать семь лет, не замужем, работаете в агентстве рекламы "Живчик", — произнёс рыжий, не поднимая головы. — Всё верно?

— Да… вроде бы, — ответила я, чувствуя себя ещё более чем странно. Холодно тут не было, впрочем, как и жарко, но холодок так и пробежал вдоль позвоночника.

— Угу… Это вы продали Петру Иванычу блок рекламы на двести тысяч, прекрасно зная, что он жулик? — продолжил он.

А я расслабилась.

«Ну конечно. Вот оно что!» — подумала я снова вслух. — «Это такое новое отделение прокуратуры или ещё кого-то из этой области».

Комментировать мои мысли он не стал, но я готова была поклясться, что мерзкая улыбочка расплылась на его лице именно после этого.

— Значит, подтверждаете? — уточнил мужчина.

Я облизнула губы и привычно затараторила:

— Послушайте, я его предупреждала…

— Угу. То есть знали, что это ложь?

— Нет! — выпалила я, и над головой тут же вспыхнула красная лампочка, окрашивая комнату в тревожный свет.

— Угу… — тихо пробормотал он, взглянув на меня. Затем что-то чиркнул на листочке сбоку.

— Это вы до трёх ночи не убавляли музыку, несмотря на то, что бабушка снизу стучала шваброй и просила прекратить? Вы знали, что у женщины проблемы с сердцем, но намеренно игнорировали ее. А затем достопочтимая Зорина Ивановна скончалась.

«Это что за вопрос такой?» — удивилась я.

Мужчина же впервые посмотрел на меня, оторвавшись от бумажек. Взгляд был странный и настолько пристальный, что я просто не смогла соврать.

— Э-э… Но я же не виновата! Работа тяжёлая, возвращаюсь поздно, нервы, стресс… Бабушка была уже в возрасте… — начала оправдываться я, но он уже и не слушал.

— Вы подстроили ссору между Светой Метёлкиной и её молодым человеком на конкурсе «Современная реклама», чтобы она вышла из участия? — переключился он на другой вопрос. — Как и Марию Иванову довели до нервного расстройства, подкидывая ей мышей и других, разных существ в кабинет? И, к слову, не только ей — список длинный.

— Послушайте, это конкурс. — уже раздражаясь, прошила я. — Там все против всех. Я не виновата, что Света всерьёз восприняла мою шутку, а Маша оказалась слишком впечатлительной. Ну, мыши и мыши — не крокодилов же я туда запускала.

— Угу…

Мужчина снова что-то чиркнул и продолжил задавать такие же странные вопросы — хорошие и плохие. А когда я уже выдохлась, вдруг встал и протянул мне конверт.