Бог, Солнце и Художник

36. Про силу веры

— Нет, — сказала Хоктенок, предприняв отчаянную попытку спрятаться под диван. — Спасибо, я уж лучше как-нибудь без этого.

— Без этого тебя не узнают, дурная твоя голова с хвостиками! — вскипело Солнце, уже двадцать минут наскакивающее на бедного Секретаря. В лучах у Солнца мерцало тонким шитьем длинное шелковое одеяние, изрядно потрепанное временем, но еще хранящее следы былой красоты.

Бог поспешил перехватить Хоктенка, почти нырнувшую под стол, за талию, и сокрушенно покачал головой.

— Хокть, пойми, больше некому! Кто же знал, что они уверуют в явление Девы Марии? Люди надеются, ждут, нехорошо их обманывать…

— Нехорошо при жизни плодить фан-клубы, — яростно прошипело Солнце, обличающе ткнув перстом в Господа, — а потом две тысячи лет развлекать эту ораву!

Бог насупился. Хоктенок, верно уловив электричество в воздухе, вздохнула и потянула на себя край одеяния. Шелковая ткань, тихо прошелестев, улеглась на полу пестрым ковриком. В левом рукаве у коврика зияла закапанная воском дырка.

— Гм, — сказало Солнце. — Ты уверен, что ослепить их будет не проще?

***

— Хватит ржать.

Пауза.

— Кончай ржать, я сказало.

Пауза.

— Хокть! Порядочные Девы Марии так себя не ведут!

Хоктенку было очень хорошо. Каждый взгляд на новое платье вызывал у нее неудержимый приступ хохота: беззвучно сложившись пополам, Секретарь вытирала глаза кулаком, одновременно стараясь не шлепнуться на глазах у зрителей: многочисленные складки, складочки и тесемки обвивали ноги коварнее амазонских лиан.

Бог отступил на шаг и в задумчивости потер подбородок.

— Пожалуй, немного великовато…

— Немного?! — Солнце дернуло за рукав балахона, и тот послушно сполз почти до пояса, обнажив радостно рыжеющий свитер и джинсовый комбинезон с божьей коровкой на груди. — Да это скафандр! Она в нем утонула!

Но предприимчивый Бог уже наматывал круги вокруг Секретаря. Изо рта у него торчала дюжина булавок.

— Нифего! Фут подофкнем, фут подфяжем…

Солнце воздержалось от комментариев.

— Ну хорошо. А что делать с нимбом? Ты только погляди!

Брови Хоктенка поползли вверх.

— Это же альбом Боттичелли! Точно-точно, я своими глазами видела его на полке у господина Художника!

— Детали не важны. — Солнце поморщилось. — Главное, что они представляют Марию вот так! Будь добра соответствовать.

Бог с Хоктенком дружно склонились над разворотом, чуть не стукнувшись лбами.

— При всем моем уважении…

— Мда.

— Только если проволокой.

— Может, скотчем?

— Я же его потом не отдеру!

— Хорошо бы еще достать поролон...

— Что-о?

— Решено. — Бог захлопнул альбом. В воздух взвилось облачко белесой пыли. — Операцию «Явление народу» предлагаю считать начатой.

***

Осенние сумерки укутали белые стены монастыря сиреневой вуалью, щедро провели по окнам пуховкой лиловых теней, сгладили углы и сделали огромный сводчатый купол почти невесомым.

Обычно тихий монастырский дворик сейчас гудел, словно улей, на который плеснули водой из колодца. У ворот толпились взволнованные прихожане, подъездная дорожка была заставлена машинами с эмблемами различных телеканалов и газет. Щелканье камер, готовых начать охоту на сенсацию, заглушалось недоверчивыми возгласами и надсадным контральто то и дело включавшейся сигнализации.

Бог и Хоктенок, до поры закутанная в темный плащ с глубоким капюшоном, с трудом пробивались сквозь толпу. Хитрое Солнце в любимом клетчатом пончо легко шныряло между ногами людей, пользуясь невеликим ростом и вовремя выставленными локтями.

— Скажите, что вы думаете по поводу обещанного явления Девы Марии? — Молоденькая журналистка с вышитой на нагрудном кармане цифрой «1» ловко поймала Господа за руку и подсунула под нос микрофон. — Аббат утверждает, что сегодня мы станем свидетелями беспрецедентного явления в истории! Вера людей совершит чудо!

— Э-э, — Бог аккуратно отвел микрофон от лица. — Я думаю… Думаю, что…

— Мы думаем, что это классная идея, и мы все здорово повеселимся! — Хоктенок выдернула начальство из хватки опешившей девушки и увлекла к парадному входу: Солнце, нашедшее таки лазейку, уже минут пять отчаянно сигналило бахромой на рукавах. Рыжая макушка то взлетала над толпой, то снова исчезала в потоке плеч и голов.

— Тебе не кажется… гм… что это не совсем корректный ответ? — усомнился Бог.

— Зато какой эффективный! — Парочка проскользнула под огромной видеокамерой, загораживавшей проход, и вывалилась к высоким дверям, сейчас распахнутым настежь. В воздухе тонко потянуло прохладой и ладаном.

— Я уже заждалось! — Солнце подхватило Хоктенка под руку и потащило внутрь. Господь еле поспевал за ними, одновременно пытаясь уворачиваться от грозного вида штативов и циклопьих глаз фотокамер.