Богатырь Аленушке (не) пара

Глава 5

В небольшой избе суетилась ведунья, она шелестела юбками и бесконечно мешала какое-то варево в очаге. Запах был резкий, бил в нос и глаза.

Но в воздухе витал другой запах, едва уловимый, сладко-солёный запах крови. Запах который нёс с собой смерть.

Гордяна почувствовала как тошнота подкатывает к горлу, а голова начинает кружиться. Нет, она категорически не хочет здесь находиться. У неё нет на это сил.

Ведунья повернулась к ней в полуоборота и коротко кивнула:

— Ступай, там за печкой комната.

Девушка быстро просеменила за шторку.

На небольшой кровати лежал отец. Бледный, совершенно не похожий на себя. Казалось, что дух его уже отделился и только тело по привычке все ещё дышит, все ещё продолжает гонять кровь.

Она положила ладонь ему на лицо трогая не начался ли жар. Дыхание коснулось кожи, слабо, едва ощутимо.

Веки затрепыхались пытаясь открыться, а из горла вырвался слабый стон.

Гордяна с жалостью посмотрела на этого беспомощного, раненого старика и опустила глаза.

Теперь уже ничего не изменишь, да и нужно ли? Может оно и к лучшему, главное чтобы бояри своё слово сдержали, а Мекена дала ей долгожданную беременность.

*****Аленка

Наш тюремщик не особо и церемонился. Ткнул гад в спину и каркнул на ухо:

— Иди давай, а то ишь, из-за тебя на обед опоздаю.

Я оглянулась и издевательски цокнула языком:

— Ничего страшного, глядишь хоть брюхо поменьше будет. Что же ты, бравый воин а похож на алкаша с таверны.

У того глаза медленно поползли из орбит, а лицо начало наливаться бордовой краской.

— Ты сильно-то не расходись, а то товар попортишь, тебе тогда самому шкуру плетью снимут, вот только остановить их будет некому.

Мужик чуть не запрыгал от бешенства, ударил кулаком по стене оставляя внушительную вмятину.

Боянка с перепуга ринулась ко мне и повисла на шее:

— Ой матушка, да замолчите же вы уже, ежли этот вам голову открутит, то какая разница что там с ним учудят.

— Я воспользовалась ситуацией и велела ей тихо.

Я его ещё подраконю, а ты до батюшки беги.

Та мотнула головой и залилась слезами. Я больше ничего сказать не смогла, только больно ткнула ее в костлявую бочину и зло зыркнула.

Вот ведь есть же дура, надеюсь понимает, что это наш единственный шанс.

— Да ладно тебе добрый молодец громить хоромы барские, веди меня в темницу, глядишь тебе за хорошую работу и чарку нальют.

Он резко развернул меня спиной и потолкал вперёд чуть ли не пинками, но сдерживаясь. Видать понимал, что по головке не погладят если живой не доведёт.

Я боялась даже обернуться, нельзя внимание привлекать, буду верить в то, что у Боянки все же мозги есть, а не тесто в голове.

Уже возле подвала он оглянулся и прошипел:

— Где девка вторая?

— А кто же ее знает, она же просто служка, чего ей за меня голову клонить. Подалась новую хозяйку искать. Да ты не серчай, ее даже брать не хотели, сама увязалась.

Мужик махнул рукой, развязал веревку на моих запястьях и втолкнул в тесную каморку где я и очнулась в первый раз.

Ну что за люди, могли бы уж чистую горницу дать, а то здесь неровен час и блох нахватать можно.

Дверь за моей спиной захлопнулась и послышался щелчок замка. Все, аудиенция закончилась.

Я села на край лежанки и обхватила голову руками. Есть конечно надежда, что девка доберётся до своих, но это время, тем паче, что я даже не знаю где мы находимся. Нужно как-то продержаться, а значит буду торговаться и брать время на раздумья.

Но вот подумать-то мне и не дали, дверь снова распахнулась и в мою несветлую горницу вошёл сам Светогор. Пригладил свою редкую бородку, пододвинул деревянный табурет и махнул кому-то рукой.

Следом тут же забежала чернявая баба неся в руках плошку с едой. Сунула мне в руки и убежала назад, словно заразиться чем испугалась.

Я сделала вид, что не замечаю пристального взгляда доброго молодца. Принюхалась, свежая, ещё горячая похлебка с кусками мяса. Это уже лучше, хоть голодом морить не будут. Силы мне ещё как пригодятся.

Я взяла ложку и с аппетитом начала есть.

Светогор повертелся на табуретке привлекая к себе внимание, откашлялся и наконец-то заговорил:

— Ну что же ты душенька упрямая-то такая. Ежли ты согласие не дашь, то и домой тебя возвращать не с руки. У тебя один выход от сюда, только супругой законной.

Эх, прав шельмец, ничего не попишешь.

Нужно срочно становиться дурочкой…

— Ааааа — завопила я во всю силу своих легких. — Это что же получается, я же по любови хотела, а как же за нелюбого идти…

Он зажал уши руками и скорчился как от зубной боли.

Я вопила от души, пока голос не просел и слова не закончились. Светогор что-то пытался вставить в мою тираду, но возможности у него не представилось. Заговорил только когда я замолчала.

Эх, жалко похлебка остыла, холодную, с плавающим жиром уже доедать не хочется. Приспичило ему разговоры раньше времени вести. Так и дала бы в лоб.

— Не царское это дело по любови замуж выходить, придётся тебе голубушка покориться.

— А ты чего вдруг жениться надумал? Решил, что власти тебе отвалят? Так ты не расчитывай, там столько охотников развелось, что вам впору монетку подкидывать.

Он сразу же насторожился:

— Ты девка говори, да не забрехевайся. Все знают, что батюшка в тебе души нечает, власть детям твоим отдаст.

— Ха! Что же вы такие умные, а про молодуху не знаете.

— Это ты про дочь воеводы что ли?

— Про неё самую. Того гляди наследника принесёт. А вдруг сын?

У жениха как-то странно веко задёргалось.

— Уберём!

— Я бы на вашем месте, так уверенна не была. Ты пока меня здесь уламываешь, она там своё дело делает.