Богатырь под елкой

Глава первая

— Ты что, не приедешь?

У Наташки всегда интонации, словно она обижена на весь мир. Причина вообще не важна, это черта характера.

Мать говорит — настоящая женщина, не то что ты. И вздыхает.

Она хотела принцессу, а выросла я.

— Нет, котик, — ворчу я пока беззлобно. — Я не приеду. И ты прекрасно знаешь почему.

Наташка пыхтит в трубку. Мнется, я прямо вижу, как она кусает губы и размышляет, как мне сказать самое главное. Так, чтобы я не сразу озверела, а постепенно, как старая лампа накаливания.

— Ну… — бормочет она. — В общем, я же хотела как лучше. А ты не приедешь. Неудобно получится.

— Неудобно в комбинезоне в сортир ходить! — начинаю закипать я. Наташка вздыхает и припускает с места в карьер:

— Тебя муж три года назад бросил! — выкладывает она козырь. Как будто для меня это новость и я ужаснусь.

— Вот именно, — деловито хмыкаю я. — Три года прошло, а ты все не привыкнешь.

Во-первых, не бросил, а мы развелись. Цивилизованно и спокойно, по обоюдному согласию. Но Наташке сложно понять, как муж может влюбиться в другую, жена за двадцать три года знакомства к нему остыть, а дети единогласно решить, что восемь бабушек и дедушек гораздо круче чем четыре, а еще у папы можно с ноября по апрель кататься на горных лыжах и тискать мелкого.

— А ты как, привыкла? — парирует Наташка. — Тебе как, нормально? Одной в постели? Не страшно, не холодно?

Во-вторых, мне уже ничего не страшно. До того, как стать адвокатом, я пятнадцать лет отработала в органах. Чем она меня собирается напугать?

В-третьих… Нет, мне не холодно. Мне хорошо. В кои-то веки никто не храпит и одеяло не стягивает. Я высыпаться начала!

Я так ей и говорю.

— Я высыпаться начала. Ты вообще помнишь, что это такое?

— В общем… — тянет Наташка.

— Кончай сбрасывать мне весь неликвид, — перебиваю я, потому что из кухни уже потягивает уточкой. Я в нее все утро совала яблоки не для того, чтобы похоронить с почестями в помойном ведре. — Ты в прошлый раз привела Юрочку.

— Хороший мужик, — обижается Наташка уже всерьез. Я вспоминаю Юрочку и закатываю глаза.

— Мужик, идентичный натуральному.

— Работает, домашний, хозяйственный, детей очень хочет, — не сдается Наташка.

— А Леньку с Ленкой куда мне прикажешь девать? — уточняю я и шагаю в сторону кухни, пока уточка еще подает признаки вкусной еды, а не горит синим пламенем. — Обратно засунуть? А можно не надо, я их растила девятнадцать лет и девять месяцев таскала. Они тяжелые. Мне, знаешь ли, мои дети дороги, а вот чужим мужикам — нет. Забудь вообще о своих бесплатных приставках к телевизору, у меня телевизора нет, будет мужик на диване валяться без дела. Все, пока, у меня утка.

— Какая утка? — ошарашенно сипит Наташка. — У тебя секса не было уже три года.

— У меня мужика не было, секс у меня был, — выпаливаю я, и Наташка испуганно затыкается. — Нашла трагедию.

— Твоя беда, — грустно говорит Наташка, немного помолчав, — что ты никогда ни из чего трагедий не делаешь…

А вот в этом она права. Все живы, здоровы, денег полно, дети выросли — живи, радуйся! Я кидаю телефон на мягкий пуф и захожу в кухню, открываю духовку, любуюсь на уточку. Хороша, чертовка, и вся для меня одной!

Кто бы спорил, мужик — отлично. Но только такой, чтобы дух захватывало. В мои сорок два суррогат на моцике смех вызывает, а то и слезы.

Я Наташке врала, мужики у меня были. Но как-то не складывалось совсем — ни в постели, ни… Дальше не заходило. В моем возрасте сразу надо смотреть на главное. Замуж я не хочу, детей хватит, лет через пять внуки пойдут.

Уточка доходит в выключенной духовке, ждет своего часа. Я наливаю… всего-то в стакан минералки, плавно качая бедрами, иду к окну. Хороший дом, панорамные окна, уютный коттеджный поселок, а когда мы сюда приехали, было чистое поле почти — и лес.

Сейчас через кружащийся снег я вижу елку и играющую ребятню. Накатывает ностальгия — близнецы выросли, разлетелись, новый год у них «с половинками» — какая любовь на первом курсе, но дай бог, дай-то бог. Мы со Стасом же поженились? И жили прекрасно. Да, студенческий брак редко долгий, мы еще продержаться смогли столько лет.

Вся проблема, что мы похожи, я и Стас. Упорные и упертые, а что до его жены… не просто не ответить на чувства девчонки-интерна, которая сходит по тебе с ума. О, Женечка трагедию делает как салатик, из ничего, хирург из нее потому и не вышел, зато у Стаса теперь нет недостатка во всем, что из меня выжать не удалось.

Мы были друзьями, а не супругами. Остались друзьями, и это здорово. Мужа намного проще найти, чем друга.

Что поделать. Никто не в обиде. Ну, Стас женат, конечно, а я одна.

Одна, но ведь не одинока.