Богатырские игры

Глава 2. В чужом теле, чужой дух.

— Госпожа… госпожа, очнитесь, прошу вас, не оставляйте меня. Прошу вас, очнитесь. — чей-то мягкий голос звучал рядом, и я чувствовала теплое прикосновение к своей голове.

Мои мысли путались. Почему меня называют госпожой? Кто эта женщина? И почему все так болит? Волна паники поднималась внутри, но я боролась с ней, пытаясь сосредоточиться.

Что же такого произошло у нее, что она так плачет.

А что со мной произошло? Не могу пошевелиться, все болит…

Пытаюсь открыть глаза, и с переменным успехом у меня это получается, но солнце так слепит, что глаза начинают слезиться и приходится их закрыть.

— Госпожа, вы живы, слава прародителям, сейчас я вам помогу, погодите, — все тот же мягкий, дрожащий от слез голос проговорил рядом.

Это что, я госпожа? Это она ко мне обращается?!

— Лежите и старайтесь не двигаться, у вас такая сильная рана… — голос всхлипнул и опять заплакал.

Рана? Какая рана? Тогда я должна быть в больнице... или уже... - мысль застряла где-то в затуманенном сознании. Сердце забилось чаще, вызывая приступ тошноты.

Моя рука инстинктивно тянется к лицу, но не движется. Язык словно приклеился к нёбу, а сердце колотится, как сумасшедшее. "Что происходит?" — мысль крутится в голове, словно застрявший диск.

Теплые руки аккуратно приподняли меня и облокотили на что-то твердое.

— Госпожа, полежите немного, я сбегаю за помощью в поместье, — сказал все тот же голос, кто-то нежно погладил меня по голове, потом по щеке и, судя по шуршащим звукам, встал и побежал куда-то вправо, и я осталась одна.

Надо брать себя в руки. Что было последним? Самолет, да самолет, мы прилетели в Бангконг на чемпионат мира по муай-тай. Так, что было дальше? Боже, что же так голова болит и мутит.

Сердце стучит всё чаще, а дыхание становится прерывистым. "Не надо паниковать", — повторяю себе, но страх уже захватывает разум. Кажется, я задыхаюсь.

Попыталась открыть глаза, и в этот раз у меня получилось немного их приоткрыть, чтобы не так сильно слепило солнце. Повернуть голову не получается. Пытаюсь пошевелить рукой…ничего, ногой… то же самое.

О боже, нет, меня парализовало!?

Я попыталась глубоко вдохнуть через нос и медленно выдохнуть через рот, как учил мой тренер перед важными схватками. Этот прием всегда помогал сохранять спокойствие. Но сейчас он давался с трудом - каждое движение грудью отзывалось острыми иглами боли. Спокойно, сейчас разберемся во всем. Та женщина, наверное, медсестра, и она побежала за врачом, ага, а я лежу..а где я?

Внутренний голос предательски нашептывал: "Что-то пошло не так..."

Всё, что попадает в поле зрения, это озеро зеленовато-синего цвета, по берегу местами необычный камыш: метелка изумрудного цвета, а сам стебель с листьями нежно желтого. Недалеко от меня маленький пирс, выкрашенный в белый цвет и небольшая кованая беседка, что внутри мне не видно. Деревья, кусты, всё более менее знакомо, а то, что незнакомо...так мы в Тайланде.

ТАК, СТОП! Точно, мы прилетели в Бангконг, потом гостиница, отдых, открытие чемпионата, бой с Чалемчай Тханакон, и я во втором раунде отправляю её в нокаут, вручение пояса и ... «Сдохни!» И её безумный смех...

И только сейчас я понимаю, что что-то не так, я же должна быть в больнице, а я лежу на земле, под деревом...и женщина, она ко мне обращалась не на английском, но и не на русском языке, и я её поняла без труда.

Скосила взгляд на себя и даже дыхание задержала... На мне платье нежно-голубого цвета, с тоненькой тесемкой кружева по подолу, прикрывает колени, может чуть длиннее... Платье!!! Я с десяти лет платья не носила! На ногах балетки со сбитыми носами. Подол у платья грязный и... в крови. Возвращаю взгляд к ногам и понимаю, что ноги не мои. Мои ноги были в синяках, мелких тонких шрамах и с проработанными мышцами.

Я не была крупной или перекаченной - я была худой и жилистой, со слегка рельефными мышцами, чтобы вес не превышал шестьдесят пять килограмм.

Мне видно левую руку – рукав платья слегка задран, открывая предплечье, которое кажется таким непривычно бледным и мягким. Рука выглядит совершенно чужой – без единого следа от тренировок, без мозолей на пальцах и без тех самых ссадин, которые всегда украшали мои костяшки после особенно тяжелых боев.

Мое дыхание становится прерывистым. "Это не может быть правдой", — повторяю я про себя снова и снова, но реальность давит со всех сторон. Сердце колотится так быстро, что кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Я только что была на ринге, а теперь вот... Что же со мной случилось?

Мое тело... Это точно не мое тело! Мои мышцы всегда были в тонусе от бесконечных тренировок, а здесь - какая-то худенькая девчушка с бархатистой кожей. Никаких мозолей, никаких привычных ссадин от спаррингов. Только этот странный подтек крови по боку...

А если это кома? Может, я все еще там, на ринге, и мне снится этот кошмарный сон? Но боль... Почему я так четко чувствую боль? Всем известно, что во сне физическую боль не ощущаешь. Значит, это реальность? Но какая?!

"Спокойно, Громова, думай логически," - приказала сама себе. Получается, я умерла? Да, похоже на то. А теперь очутилась... где? В чужом теле в другом мире? Смешно звучит, правда? Если бы кто-то рассказал мне подобную историю неделей раньше, я бы рассмеялась в лицо. А сейчас сама в этом оказалась.