Богемский лес. Книга 1

2 глава

Сырость и холод словно поселились в стенах замка навсегда. Многие предметы интерьера начали гнить, источая неприятный запах, от которого люди морщились, а кто-то даже начинал кашлять. Мебель требовала замены, обшивка стен и полы – ремонта. Замок пребывал в запустении и требовал серьёзных вложений. Однако граф Саурез-ди-Фигуэро не появлялся на людях с момента вступления во владение.

Через несколько дней после приезда он вызвал дочь и сообщил ей следующее:

— Замок будут отстраивать. Через полгода он перестанет быть мрачным склепом. Всё для нашего комфорта. Вам понравится прохлада Пиренеев, величественные виды. Вы будете вспоминать их с сожалением, вернувшись в Мадрид. Наслаждайтесь отдыхом, оставьте мне заботы об обустройстве.

Дни проходили однообразно. Граф неустанно следил за ремонтом, раздавая приказы: то в покоях, то в амбарах. Его неутомимость поражала, но по ночам, оставаясь один, он не находил покоя. Воспоминания и ненависть не давали ему заснуть. Желание возмездия стало его единственной поддержкой.

Ремонт шёл быстро, но экономно. Крепостные стены залатали, двор привели в порядок, обновили центральные помещения: гостиную, столовую, кабинет и спальни. Однако подвалы, кухня и часть комнат остались в плачевном состоянии, где сделали лишь самое необходимое. Порой из богато отделанной залы можно было попасть в сырой, затхлый коридор.

Граф сократил штат слуг до минимума, запретил лишние траты. Увеселений и излишеств не было: он экономил на всём. Для Амелии нашлась компаньонка из благовоспитанной семьи.

Сначала девочка донимала слуг вопросами об отъезде, но постепенно привыкла к уединению. Она гуляла по замку, изучая его коридоры, башенки и комнаты. Детское воображение нашло занятие, и вопросы о возвращении прекратились. Свобода, которой она пользовалась здесь, была бесценной.

Иногда Амелия отправлялась в деревню или город, посещала церковь, ярмарку, лавки. Но развлечения быстро наскучили, и она всё реже покидала замок, предпочитая чтение, рисование или прогулки в горы.

Время шло, растя юную графиню. Она была уже достаточно взрослой, чтобы узнать правду о судьбе отца. Слуги, больше не сдерживаемые графом, постепенно раскрывали ей детали прошлого. Правда открывалась по частям, позволяя Амелии привыкнуть к тому, что когда-то осталось за завесой тайн. В итоге она сложила полную картину и сделала собственные выводы.

Так что же произошло?

Ее отец, знатный вельможа, служил королю и занимал важный пост при дворе, связанный с финансами и налогами. Он аккумулировал их и управлял ими, как того требовали его обязанности. Хотя граф был предан королю, как и подобает, славился он ни хорошим характером, ни достойным поведением. Его политика отличалась наглостью и беспринципностью, и порой он перегибал палку, вызывая недовольство не только бедняков, к чьим проблемам был равнодушен, но и дворян, расположение которых было для него крайне важно. Однако, осознавая это, он всё же продолжал лицемерить и не мог ужиться с окружением из-за своей эгоистичной натуры. Казалось, он считал себя выше людских страстей и полагал, что они никогда не коснутся его величественных ног. Но он не предполагал, что судьба сыграет с ним злую шутку, неожиданно бросив его на съедение тем, кого он сам собирался поглотить.

Граф Фернандо Саурез-ди-Фигуэро обладал безграничным доступом к королю, состоял в родстве с влиятельными фигурами при французском дворе и владел роскошным дворцом на Плацо дель Сол и другими значительными владениями. Его влияние казалось незыблемым. Однако оно держалось на одном условии: здоровье его жены, донны Марии. Эта женщина была не столько властной, сколько умной и дипломатичной, не столько наглой, сколько учтивой и хитрой. Именно она поддерживала мужа на плаву, выручала, прикрывала и ходатайствовала за него, мирила его с врагами и обеспечивала поддержку нужных людей. Там, где граф ломал и разрушал, графиня восстанавливала и примиряла. Она была словно нежный бриз после урагана, словно целебный бальзам после укуса змеи. Её роль менторства и защиты была неоспорима. Но ценил ли он её? Вряд ли.

Слишком уверенный в себе Дон Фернандо считал свои успехи должными и естественными. Если бы он ценил жену, он не вёл бы себя столь легкомысленно и не оказался бы в столь плачевном положении. После её смерти всё пошло из рук вон плохо. Граф лишь злился пуще прежнего, усугубляя и без того непростую ситуацию, и сам приближал крах своего иллюзорного счастья. Некому стало заступаться за него, некому стало задабривать его врагов. Однако граф никогда не был прилежным служащим и, ко всему прочему, создавал множество проблем королевству.

В конце концов, он восстановил против себя многих из рода Мендоза, представители которого имели немалый вес при дворе и занимали чуть ли не все главные должности в королевстве, желая заполучить еще и этот хлебный пост. Семейство Мендоза вовремя подоспели к королю с донесениями и, умело ведя свою политику, заставили его впасть в подозрения относительно неудачного подданного. Тут же всплыли финансовые спекуляции, хотя грешна ими была вся знать в той или иной мере. Но виноват не тот, кто виноват, а тот, кто медленно соображает.

В неравной борьбе он промотал состояние отчасти на взятки, отчасти на игрища и кутеж, надеясь утопить горе. В один ужасный день терпение короля кончилось, враги восторжествовали. Граф получил вежливое, но настоятельное предписание оставить дворец на Плацо дел Сол и отправиться отдохнуть подальше от испанского двора. Впав в ступор, он понимал: перечить королю бесполезно. Обдумав все как можно спокойней, что было крайне трудно в его состоянии, ему не оставалось ничего кроме повиновения.

Он решил временно затихнуть, уйти в подполье, при необходимости раствориться, но не исчезнуть совсем, а позже, при благоприятном стечении обстоятельств, заявить о себе. Уезжая, надеялся переждать несколько лет в тени Пиренеев, рассчитывая, что король забудет старые неприятности. Дон Фернандо беспрестанно обдумывал возможные варианты судьбы, стремясь предугадать ее поворот и подготовиться заранее. А еще у него была дочь, которую можно удачно выдать замуж, но об этом он пока не помышлял.