Боги Безвременья

Глава 12. Вещие сны

– Сын мой, один из них преследует темные цели. Я ощущаю дисбаланс, и это меня беспокоит. Тебе опасно отправляться с ними в странствие.

Юдай почтительно поклонился названому отцу.

– Вы правы, Идзанаги-но микото предупредил меня.

– Каким образом?

– Я видел сон, прекрасное видение далекого мира, где горы парят над землей, а боги Солнца и Луны – Аматэрасу и Цукиёми – встречаются вместе на небосводе. Мое сердце охватила щемящая грусть, когда я осознал, что был рожден там, и лишен великой привилегии служить Безвременью, как вдруг рядом со мной выросла тень.

– Верховный бог!

– Да, это был он. Я не смел взглянуть на него, пал на колени, и испросил совета. Он сказал, что мое время скоро настанет, и я должен буду покинуть дом ради далекого края, чтобы найти Аменонухоко.

– Копье из легенд, с помощью которого был создан первый остров – обитель богов! А за ним – и остальная суша.

– Именно, отец. Я увидел призрачный образ древкового оружия – нагинаты, того самого Аменонухоко, а потом Идзанаги-но микото произнес следующее пророчество лично для меня:

Пятеро пройдут через миры, в поисках спасителя,

И найдут его там, где не место избраннику.

Один из них падет от рук предателя,

Второй – пройдет дорогой мести,

Третий – примкнет к губителям,

Дочь морей – подарит сердце,

Отдаст спасителю.

– Итак, пятеро путешественников явились. Если с принцессой Отохимэ все понятно, – усмехнулся Уэно, вызвав краску на лице юноши, – то остальные юноши несут в себе опасность. Двое из них встанут на сторону зла: один был рожден для этого, а второй пойдет кривою тропою по собственной воле. Кто-то погибнет от предательской руки, а сердце второго исполнится жаждой мести. Но что будет с тобой, сын мой?

Юдай вздохнул.

– Я спросил у Идзанаги-но микото, как мне поступить, как помешать замыслам врага, и он поделился вторым предсказанием:

Да отправится спаситель в Оногоро за Аменонухоко,

Без жалости и сожалений, да не повернет назад,

Ибо впереди его ждет битва и жертва.

Да укрепится его сердце.

– О какой жертве идет речь?

– Не знаю, отец, после этого тень исчезла, и я провел еще некоторое время во сне о Безвременье. А когда проснулся – оба пророчества были словно высечены в моей памяти. Я не могу забыть о них ни на секунду, все время повторяя одно за другим.

– Почему же ты не поделился со мной, Юдай?

– Не знаю. Просто было такое чувство, что я должен молчать до тех пор, пока не явятся гости из других миров.

Уэно спрятал лицо в руках.

– Ты так юн, а вся тяжесть этой вселенной уже легла на твои плечи!

– Вы сами сказали отец, что от судьбы не уйти.

– Конечно. Видимо, бремя выпало самому достойному! – с гордостью произнес мужчина. – Я много лет растил тебя, пытаясь заменить отца, но мое имя в пророчестве не фигурирует, значит, дальнейший путь ты должен будешь пройти без меня. Мне тяжело отпускать тебя, зная, что среди твоих спутников оказалось два врага на службе у Идзанами. Страшно ли тебе?

– Я боюсь подвести свою миссию, но не боюсь за себя.

– Хороший ответ, сын! Следуй зову сердца, не забывай о чести, и будь готов к бою, и к великой жертве, о которой тебя просит Идзанаги-но микото. Но пойми одну вещь: милосердие к врагу – дорога к проигрышу. Кем бы ни оказался избранник богини смерти, не поддавайся, не жалей его, не верь речам, сладким как мед, и лишенным правды. Он отравлен ядом из страны Ёми, тебе не обратить его к свету, так что найди копье Аменонухоко, и уничтожь врага.

Он прижал к себе юношу, впервые за все время обнимая. Юдай на секунду растерялся, не привыкнув к такому выражению чувств, но все же ответил на объятие.

– И еще, сын, сбереги принцессу. Не нравится мне пророчество в части, касающейся ее.

– Но согласно предсказанию, нам суждено...

Он запнулся, не решившись сказать, что им судьба полюбить друг друга. Он уже попал под чары прекрасной дочери дракона, чьи зеленые глаза и черные волосы пленили его разум и сердце.

– Все равно, будь осторожен, и защити ее.

– Даю слово, отец!

Уэно грустно улыбнулся, глядя, как Юдай направился к гостям, как они сели за стол, подкрепиться перед дорогой. Избранный сказал им, что Идзанаги отправил их не в Безвременье, а на поиски легендарного копья, и мужчина внимательно всмотрелся в каждое лицо. Они были удивлены, но больше всех его заинтересовали Нобу и Макото. Первый удивился слишком явно, а второй превосходно владел собой, не показав ни единой эмоции.