Боги Рухты

11 глава

Атмосферу зала рассекает глубокий мужской голос:

– Это сильный маг?

Собеседник тушуется, шурша тканями.

– Потенциал выше среднего. Возможно, в полной мере он скрыт от чужих глаз.

– А след?

– Сложность, с которой я разберусь. В скором времени.

Мужчина издает довольный звук, отскакивающий от каменных стен.

– Так или иначе, остальное меня не интересует. Маг, который обладает такими силами и сам идёт в наши руки – ценная находка. И я не выпущу эту находку из рук.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Поздняя ночь холодит подол моего плаща и забирается под самую кожу.

Осторожно выглядываю из-за темного угла – проверяю, нет ли поблизости гвардейцев.

Выглянув из-за темного угла, осматриваюсь на наличие гвардейцев. Сейчас площадь у дворца пуста, но уже через пятнадцать минут охрана вернётся с обхода.

Делаю несколько торопливых шагов к центру. Взмахиваю рукой, но останавливаю себя. Рука замирает в воздухе, так и не воспламенившись, а после медленно опускается. Если не хочу неприятностей, лучше не показывать намерений.

Вынимаю из внутренней стороны плаща цветок. Он живо простоял в комнате несколько дней, подпитываемый силами. Если бы мое исцеление касалось плоти, а не только души – я бы спасла куда больше.

Если бы только мое исцеление могло лечить плоть, а не только душу – все было бы проще.

Колени врезаются в асфальт, а цветок оказывается между плиток. Кладу осторожно, словно самое хрупкое и ценное. Провожу пальцами по нежным алым лепесткам и прикрываю глаза.

– Я скучаю…

Шепот утопает в ночной тиши. Капюшон скрывал меня от мира. Хочется плакать, но слезы не идут – душа пуста, закрыта. Пытаюсь выдавить из себя хоть что-то, но ничего не удается. Возможно, моя озабоченность обучением действительно сделали из меня воина. Бесчувственного мага, коим я описывала себя Зотану.

Опускаю руку и медленно веду по шершавой поверхности асфальта. Через некоторое время поднимаюсь и возвращаюсь. Останавливаясь лишь для того, чтобы взмахом руки воспалить цветок. Сверкнув синим пламенем, растение испаряется, уносясь по воздуху тонкой дымкой.

Сегодня я оказала память всем, кто это заслужил. Всем, кто не успел познать жизнь или отрекся от нее во имя близких.

Прижимаю руку к лицу. Головная боль пульсирует, а противоречивые чувства застилают разум. Я не в силах им противостоять.

Захожу за тень от здания и тянусь к ларимару в кармане плаща. Он едва блестит при свете луны, пока я кручу его между пальцев. Надеюсь, этот подарок успеет дойти до отправителя прежде, чем я узнаю, что Темный маг и Зотан - в сговоре.

В конце концов, король отлавливает людей, как животных. Что мешает ему запереть и меня?

Двигаюсь обратно к своей комнате, минуя лестницу. Кто жил на первом этаже – загадка, которую я не хотела раскрывать. Порой мне казалось, что весь район опустел вместе с дворцом, в котором, кроме слуг и Зотана, вряд-ли кто-то проживает. Тирания началась ещё при Ийигане и была удачно подхвачена его сыном.

Почетные лица сбежали, кто-то был казнён. Удалось узнать по слухам, что и семьи, продвигающие подмастерье, тоже либо лишили жизни, либо взяли под жесткий контроль. Ремёсла, которыми управляли маги – закрыли. Оттого пустующие и заколоченные здания во многих точках города и за его пределами.

Спасать тех, кому помощь требуется сейчас – опасно. Могу подставить их и подставиться сама. Тогда помощи ждать точно не от кого, разве что Мираж, наконец, добьется своих целей. Какими бы они ни были.

Ксандра пожертвовала собой ради правды, к которой я однажды доберусь. Чего же ещё она могла желать?

По наступлению дня я так и не сомкнула глаз – делала записи, складывала факты, сжигала результаты. Если кто-то за мной следил, то мог пробраться в комнату. Но тратить заклинания на мелочи не хочется.

Наш Великий наставник однажды говорил: даже опытным магам нужно уметь работать головой, а не только природными способностями. Но это все равно не спасло его от гибели.

Поднявшись из-за стола, подхожу к окну. В мыслях уже назревает новое воспоминание.

– Не выходит за границы, как же, – фыркаю себе под нос, вспоминая слова короля.

Мираж не покидал границ столиц - Зотан был в этом уверен. Что дало уверенность? Где та закономерность?

Разум пронзает резкая, болезненная мысль. Я замираю, смотря в пустоту перед собой. Наставника свергли – убили, и причина у этого должна быть лишь одна.

Есть кое-что, что даст мне повод разубедиться в моих доводах об Ийигане.

Встреча.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Насыщенный запах сырости перемешивается с запахом грязи.

У ворот кладбища меня встречает седой старик, одетый в старую залатанную одежду.

Он смотрит с прищуром – будто пытается угадать, зачем я пришла.

В конце концов, кивает и, опираясь на трость, ковыляет вдоль рядов, усеянных старыми гробовыми памятниками. Большинство из плит не расчищали: они принадлежали почетным лицам лет правления доброго короля. Новые – появившиеся при правлении Ийигана и его сына, наоборот, чуть ли не сверкали. На фоне серых надгробий они выглядели слишком почётно.

В конце пути мы останавливаемся у надгробия. Оно практически не отличалось от тех, что принадлежали советникам и приближенным. Само собой, памятников прошлой царской семьи или наставника я не обнаружила.

Горесть сдавила горло, но сейчас не время.

Взглянув на надпись на светлом сером камне, закусываю до боли губу. Ему было пятьдесят два. За плечами хранение покоя едва ли не всего Эллуира, охрана столицы, награды за верность и преданность короне…

И на что он все это променял? На девять лет хаоса, забравших его жизнь?

– Как почил прежний король? – разрываю тишину негромким голосом.

Старик, смотря на надгробие вместе со мной, качает головой.