Боги Жаждут (добавлена глава 12 - Финал)

Глава 12. Боги Жаждут

Не спуская глаз с бывшего наставника, я наклонился поднять фламберг. Костяное лезвие заскребло о древний камень подземелий, медленно, жутко.

Наверное, со стороны казалось, будто я размышляю, облегчить ли участь раненого или оставить его тут подыхать в мученьях. Однако на самом деле, меня терзал вопрос, что могло заставить Пиша, за всю его жизнь не обидевшего и муху, попытаться убить другого человека. Не чужого и даже не аватара, как Ютар, а собственного собрата, ученика, которого он фактически вырастил и воспитал. Причем, возможно на подобную участь он обрек и Велизария, ведь призрачный образ того на астральных тропах силился догнать кого-то. Что ж, если так, то наградой за это предательство от дев воительниц, которых он провел в Дхаму, стал клинок, проткнувший ему брюхо. Довольно предсказуемо, на их месте я поступил бы так же.

Острие меча уперлось Пишу в грудь. Дрожащий тусклый свет позволил нам увидеть лица друг друга, мы молчали. Он коротко кивнул, словно примирившись с поражением, готовый покинуть мир живых. Не выдержав, я с трудом, сохраняя непоколебимость в голосе, произнес всего одно лишь слово:

– Почему?

Ничего пояснять не потребовалось, наставник прекрасно понял вопрос, а с ним и обвинение в предательстве. Он перевел взгляд на руку, держащую меч и убедившись что та не дрожит, вдруг стал удивительно спокоен:

– Так хочет бог. – лик его от боли стал пепельно-белым, но во взгляде не было сожаления, только уверенность, что так все и должно закончиться.

– Судя по тому, что умираешь ты, а не я, хочет он совсем иного. Где аватар?

Видимо говорить старик уже был не в силах, а потому слабо кивнул на нужный мне проход в подземном лабиринте. Даже это едва заметное движение отозвалось агонией. Он весь задергался в жесточайшем приступе булькающего кашля, с каждой секундой становившегося все сильнее, а его тело, содрогаясь, само насаживало себя на острие клинка.

Извивающееся змеёй лезвие без труда пронзило морщинистую кожу и дряблые мышцы, скользнуло меж ребер, прямо в сердце, оборвав его последний вздох, вместе с тем прервав мученья своей жертвы. Седая голова склонилась набок, туда, куда якобы ушли женщины и застыла навсегда.

Я вынул меч из тела, сложив руки в знаке сохранения, это поможет душе погибшего скорей покинуть наш мир и очутиться за Вечной Переправой. Предосторожность была не лишней, в этих подземельях блуждало немало тварей способных пожрать её или обернуть к себе на службу, сделав алчущим чужих страданий духом.

Покончив с коротким ритуалом, я устремился в погоню. До этого мне редко приходилось бывать в Старом Городе, да и то это случалось лишь во времена послушничества. Молодые жрецы обязательно должны были пройти учения по лекарскому делу, а так же закалить свой разум и тело борьбой со всякой нечистью. Войскам Тирана подспорье, нам наука. Однако в этой части подземелий бывать нам не случалось.

Это явно не глубины, где могучие колоны мостов, соединявшие целые пласты подземного полиса, пролегали над пропастями или источающими чудовищный жар реками лавы, не позволявшей Дхаме превратится в ледяной ад. Но при этом тут тоже хватало бездонных провалов, слепыми черными глазами зиявшими в переплетение улиц и мостовых. Вместе с тем, повсюду упрямо тлели и костяные факелы, а среди завалов в залах и под широкими лестницами, соединявшими уровни города, виднелись пепелища походных костров. Патрули здесь были частые гостями, но судя по предостерегающим рунам на стенах и полу, опасностей в этой части полиса все ещё оставалось немало.

По счастью, в молодости, меня научили читать эти знаки стражей, потому без труда удавалось избегать проблем. Места, где поджидала опасность, я просто обходил стороной. А не будь этих пометок, непременно бы наткнулся на лежбище Прожор, зубастых похожих на гигантских мокриц тварей, свивших гнездо под высокими сводами и обычно хоронящих жертву под лавиной своих тел или на Собирателя Трофеев, засевшего в зале за резными, удивительно хорошо сохранившимися, дверями. Первых видимо ещё не успели выжечь, ибо плодились твари чудовищно быстро, а для того, чтобы извести второго, обычных городских солдат с колдунами было явно маловато, тут требовался опытный охотник на демонов.

Полет мой ни разу не прервался, что позволило быстро сократить расстояние с теми, кто тыкался во все углы Старого Города, как слепые котята. После очередного, наскоро перечеркнутого углем, знака, под которым лежали изрубленные в мелкую крошку останки облачённого в рваную мантию скелета, до меня внезапно донеслось эхо идущего где-то впереди сражения. Я поспешил на звук, боясь опоздать и вскоре достиг двухъярусной улицы, расширявшейся полумесяцем, дальняя часть которой обрушилась в глубины горы. Теперь она напоминала широченный балкон, нависший над провалом, в центре которой некогда стояла толи статуя, толи фонтан, там же горела почерневшая за долгие годы каменная жаровня. Возле неё и шел бой, участников которого я тут же признал.

Зара с Мерисой яростно наседали на едва сдерживавшего их Вела. На растрескавшихся камнях пола, за спинами женщин, возле самого обрыва я заметил Киру, та кажется, была без сознания, но что с ней произошло, поранил ли её местный зверь или пострадала в шедшей схватке, понять было сложно.

Тут тоже алели предостерегающие знаки, причем немало, но дерущимся было явно не до них. Они погрузились в битву с головой, не замечая ничего вокруг. Это едва не стоило им жизни, когда троица подошла слишком близко к пролому в стене, на которой виднелась криво намалёванная руна «калидон». Это означало, что где-то рядом обитает разумное умертвие, нижней своей частью напоминавшее паука, торсом человека и с лицом, перечеркнутым проходящей через него сверху-вниз пастью, полной шевелящихся ядовитых хелицер.