Богиня Кирквуда. Том 4

Глава 11

Льюц уныло шел по опустевшим коридорам штаба. Все офицеры были на собрании, но он уже знал, о чем конкретно там будут говорить. Маршал позвал его незадолго до собрания и все рассказал.

- В связи с обстановкой на фронте мы… я решил, что пора бы ускоряться. Форст невероятно большой. Скорее всего мы еще встретим там сопротивление. Стоит заканчивать с приграничной зоной.

- Вы уверены?

- Льюц, да. Мы выступаем завтра. Подготовь своих ребят. Ты уже прошел не одно сражение, поэтому тебе нет смысла тратить время на бессмысленных собраниях. Сегодня ты свободен. Будем считать, у тебя выходной. Сходи, отвлекись, погуляй. А то на тебе лица нет последнее время.

Льюц нервно захохотал.

- Хорошая шутка, маршал. Вы на себя то когда последний раз смотрели? У вас же синяки под глазами, а лицо бледное и уставшее. Вам бы тоже не помешал отдых.

Мок слабо улыбнулся.

- Что поделать. Такая вот у меня работа.

- Вы ведь беспокоитесь о нем, да?

Мок поднял взгляд и медленно кивнул.

- Не могу поверить, что он был так тяжело ранен и лежит там, борясь со смертью, а я даже помочь ему ничем не могу. Невыносимо чувствовать себя бессильным. – Голос его сорвался, и он со злости пнул стул.

- Я тоже вас понимаю. С тех самых пор, как его ранили, а господин Бельзер покинул нас, я не могу отделаться от мысли, что в погоне за свободой мы потеряли слишком много хороших людей.

- Оно ведь того стоило, верно? – как-то неуверенно спросил Мок.

- Я уже не знаю. Уверенность ослабевает, не могу с собой ничего поделать. Временами кажется, что это все бессмысленно и проще было сдаться в самом начале. Тогда не погиб бы Бельзер, и генерал не был бы на пороге смерти.

- Всё. Хватит, Льюц. Иди, отдохни. И отставить эти упаднические настроения. – Маршал пытался звучать бодро, но дрожь его выдавала.

«Возможно, он мучается теми же мыслями» - подумал Льюц и ушел. Так он и оказался в этом пустом коридоре, не имея понятия, чем бы заняться. Впереди показалась знакомая дверь.

Льюц и сам не заметил, как вошел в пыльный кабинет подруги. Скоро уже год, как она погибла. Но здесь было решено пока ничего не трогать. Была вероятность, что осталось что-то важное.

Льюц сел на пыльный диван и закашлялся. Сразу вспомнилось, как много месяцев назад они сидели здесь, пили чай и весело смеялись.

«Маршал будет сомневаться на этом пути, и может даже генерал, но ты должен помнить мои слова и идти до самого конца, пусть это и будет больно и страшно. Я оставляю тебе свою просьбу с надеждой, что ты исполнишь мое желание» - внезапно так ярко всплыли эти слова, что Льюц даже подпрыгнул.

- Что? Так твой дух все еще здесь, Мави? – пошутил он, садясь обратно. - Да-а, я ведь тогда обещал тебе ни за что не сдаваться и верить тебе. Обещал не сомневаться на пути и дойти до конца, даже если мне очень больно и очень страшно. Ты будто бы знала, что такое время наступит. Удивительно, как ты догадлива. Начинаю думать, что ты какая-то прорицательница, знаток судеб. Ты так точно определяешь события. Хотя тебя уже давно нет с нами. Твой дневник до сих пор выручает нас. Мы продолжаем полагаться на тебя, а сами и не действуем. Настало же время, когда мир зависит от одной маленькой мертвой девочки. – Посмеялся Льюц, оглядывая комнату. Здесь остался какой-то незримый отпечаток, оставленный Мави. Временами он заходил сюда. Но сейчас вдруг ему захотелось как можно скорее уйти, бежать подальше от этого места. Захотелось начать что-то делать, поэтому он встал и пошел в мед. часть.

Генерал всё еще лежал без сознания. Хотя уже больше 3 месяцев прошло с той битвы в конце августа. Начало холодать. Хотя солнце все еще грело.

- Как генерал? – задал дежурный вопрос Льюц. Девушка кивнула и проговорила.

- Никаких изменений. Боюсь, такая кома не идет ему на пользу. Может понадобится реанимация, если через два месяца он не придет в себя.

Льюц поблагодарил и сел рядом со своим наставником.

- Что ж вы так подводите нас, генерал? Мы с маршалом рассчитываем на вас, а вы! Вы лежите тут! Развалились и отдыхаете, когда мы наконец почти сломили сопротивление Форста. Давайте, просыпайтесь, поднимайте свой зад и присоединяйтесь к нам. Я обещаю: больше я вас не оставлю.

Но Кюннетберген молчал, глаза его оставались закрыты. Такие разговоры продолжались не первую неделю, но они только немного облегчали груз на душе молодого генерала Льюца Фон Шлиппенбаха.

Совсем скоро Льюц вернулся в зал маршала. Хотел поговорить с ним о Тифлисе.

- Хочешь узнать про обстановку в А4? Зачем? – удивился маршал. Собрание закончилось недавно – он выглядел еще более уставшим.

- Мне ничего не говорили, ведь с последней битвы в А14 мы так и не стали ничего предпринимать. 3 долгих месяца топчемся на одном месте.

- Ты не прав, Льюц. Мы вели подготовку. Да, ты прав. Сопротивление А14 было сломлено, но к нашей досаде полковник Даш успел бежать в А13 и заперся там за семью замками. Мы не могли понять, как же ворваться в эту крепость и преодолеть ее неприступные стены. Тифлис ушел на второй план. Недавно наши разведчики выяснили, что в основании стены есть маленькая дырка. Если подорвать ее, то стена сломается, и тогда мы сможем попасть внутрь.