Бой с тенью

Наши дни или десять лет спустя

Империя. Наши дни.

Луциан Штрауц герцог Де-Вилль ехал во дворец для заключения помолвки со старшей дочерью императора Тристана. По слухам доходившим до герцога, принцесса Элирия была не очень то довольна решением отца о договорном браке. Сам герцог также не горел идеей о женитьбе однако обстоятельства требовали иного. Породниться с могущественным императором и защищать свои границы вот что требовало от него чувство долга, а так как он всегда был человеком чести то не видел другого исхода для себя. 

Его Кузен  лорд Стефан Штрауц путешествовал вместе с герцогом. Присутствие кузена немного скрашивало долгий путь во дворец,  последние несколько дней им пришлось трястись в карете не останавливаясь на отдых. 

-Я вижу ты не очень доволен – первым заговорил Стефан стараясь разговорить герцога.  –Я слышал что принцесса необычайно красива, - он подмигнул герцогу.

-Я предпочел бы не говорить об этом.- Луциан недовольно нахмурил брови. 

Как всегда мысли о жениться заставили его вспомнить  детство, будь его воля он бы никогда не женился. Насмотревшись на брак своих родителей где каждый жил своей жизнью, ему меньше  всего  хотелось связать свою жизнь с кем то. Дожив до двадцати восьми лет он весьма успешно избегал матримониальных планов  изобретательных девиц мечтающих стать герцогиней Де-Вилль.

-Мы почти добрались до дворца , - Стефан выглянул в окно. Как обычно площадь при дворце была полна народа. Люди, маги, нелюди все смешалось в ярком калейдоскопе цветов. После стольких лет войны все наконец расслабились, праздник и свет вновь вернулись в Империю. Элронс процветал и  свидетельство этому было ярко выражено по всей империи, караваны, бродячий цирк, торговля, все процветало и радовало глаз.

Добравшись до дворца они не спеша двинулись внутрь. Роскошь и убранство императорского дворца всегда приводило в трепет впервые видевших его, но сегодня был особенный день. Император хотел отпраздновать окончание войны и начало новой жизни.

Окончательная победа Тристана Ди-Фиори  над советником Дэ-Лайэном и его убийство положило конец многолетней войне и мятежу. 

Немного ранее...

Император Тристан с нетерпением ожидал появления герцога Де-Вилля, решение породниться с влиятельным герцогом было весьма умным ходом с его стороны и  помогло бы ему укрепить свое положение на севере. Кое-где все ещё были отголоски войны и прошедших лет полных разбоя и убийств, но вскоре и это закончится. 
Единственное что мешало ему радоваться было то что его дочь Элирия до сих пор дулась на него, и никакие слова и уговоры не помогали ему увещевить дочь.

Ему удалось уговорить Элирию на трехмесячные смотрины, в конце концов герцог был очень выгодной партией, баснословно богат, влиятелен и как говорили все замужние и незамужние девицы в Империи неприлично красив.

В Империи царили мир и покой какого давно не видывал весь местный люд. Мятежники наказаны или убиты, мир восстановлен. Но император и императрица никак не могли оправиться от потери своей младшей дочери, ее тело так и не нашли и они отказывались верить в ее смерть.

-Дэ-Лайэн проклятая тварь перед смертью признался что утопил девочку в озере Арабел. Он смеялся видя как шокирован отец потерявший своего ребенка. Никакие пытки не могли ранить его сильнее чем известие об этом. Когда Тристан убивал Маркуса Дэ-Лайэна мысленно он просил прощения у своей дочери.

-А ведь мы так и не узнали что случилось с Рафаэль- подумал он,  его сердце до сих  кровоточило за младшую ночь, он не мог забыть что не уберег ее. Он вздохнул пытаясь отвлечь себя от тягостных дум. Этот год предстоит очень сложным

-Владыка!- слуга не смотрел ему в глаза. Как обычно большинство людей трепетали перед ним. –Для вас срочное донесение. -Какой то человек просит аудиенции.

- Мне некогда. И не беспокой меня.- он недовольно посмотрел на слугу, с какой стати он беспокоит его из-за такого пустяка?

-Владыка, я осмелился доложить вам поскольку этот человек сказал что у него есть весть о леди Рафаэль... слуга неуверенно запнулся беспокоясь что получит нагоняй. 

- Император замер. Сердце заколотилось как бешеное. –Что ты сказал?!–Повтори! Он отказывался верить, - Это шутка? Чья то злая воля? Но сомнение уже прокралась.

-Приведи его сюда. Немедленно.

-Слушаюсь повелитель, - слуга быстро вышел надеясь что незнакомец никуда не ушел.

Он сел в кресло опасаясь что ноги не удержат его. –После стольких лет? Как это возможно?

Ожидание казалось бесконечным, наконец в его покои уверенным шагом вошёл  человек закутанный в плащ.  Слуга нерешительно мялся у двери не решаясь уйти.

-Оставь нас. И никому ничего не говори. – Император Тристан старался чтобы голос не выдал охвативших его чувств. Никто не должен знать. Пока.  - Если это чья-то шутка...

 Она не смел надеяться.

Оставшись наедине он внимательно осмотрел человека стоявшего в дверях. Тот молчал и не делал попытки заговорить. Тристан чувствовал что за ним наблюдают и оценивают.

-Кто ты? Я тебя знаю?- наконец заговорил он.

Незнакомец шагнул вперед, сняв капюшон открывший короткие золотые локоны. Пронзительные  до боли знакомые синие глаза насмешливо сверкнули.

-Здравствуй папа.

Кубок с вином вздребезги разбился на миллион осколков упав на пол. Эхо от удара отразилось от витражных зеркал.

Продолжение следует...

Прошло несколько дней после появления принцессы Рафаэль. Она сидела в своих новых красивых покоях, то тут то там лежало много новых вещей. Новый роскошный гардероб доставили очень быстро. Красивые платья, юбки, одежда для сна, здесь было все о чем может только мечтать восемнадцатилетняя девушка. Вот только она совсем не радовалась этому, уже давно ей было абсолютно безразлично что на ней надето. По старой привычке она решила одеть брюки и темную рубашку и прогуляться перед ужином. 

Большое зеркало в причудливой раме отразило молодого юношу среднего роста, короткие золотые локоны слегка вились блестя на солнце, темно-синие глаза с длинными ресницами были невероятно красивы. Очень многие девицы томно вздыхали увидев этого симпатичного паренька. 
Сейчас никто бы не признал в ней дочь императора. -Даже я сама - сказала она себе. Кошачьей походкой вышла  из комнаты, не хотелось бы встретить мать или сестру они почти всегда начинали разговор по душам.