Бойтесь своих теней!

Глава 1.5 Путь меча

Постепенно мгла опускалась на город, полнившимся странных слухов о «гуляющих тенях», что, в большинстве своем списывали на проделки бродячего иллюзиониста, но схожесть слухов весьма настораживала. Даже если бы это был кто-то на подобии мага, или того же иллюзиониста, такие массовые проделки не могли кончится ничем хорошим для виновного.

Это заметили и в королевском дворце, но, что удивительно, любые доклады об этом королю встречали лишь один ответ: «Пока не время. Все волнения гасить в зародыше».

Особенно слухи подогрел весьма странный инцидент: Около полудня, тени герс у главных ворот внезапно начали «подниматься», позволяя пройти процессии теней, что двигалась очень медленно, и будто бы печально, вскоре скрываясь в недрах замка. После чего тени «опустились», вернувшись в изначальное положение, и больше не двигались без движения подъемного механизма.

С тех пор город затих. Никто не знал точной причины подобному, но каждый горожанин ощущал скорбь своим шестым чувством. Скорбь от того, кто находится так близко, но при этом так далеко.

Киллин также ощущал странность. При встрече с отцом, он заметил, как помимо радости от его возвращения, на лице напротив также отражались оттенки замешательства и печали. Рассказав всю историю событий, включая спасение необычным прохожим, а также его желание взять того подчиненным, он получил неопределённый ответ, ввиду неясного происхождения незнакомца. Также Балдрик отметил, что навестит его позднее, чтобы обсудить некоторые вопросы более детально и приватно.

После этого, откланявшись, Киллин отправился к своей матери, слегшей с болезнью после тревожных новостей. Тогда, в момент похищения, Киллин впервые почувствовал невероятно сильное ощущение беспомощности, что навряд ли когда-либо знал его отец, так как тот, в его возрасте, посвящал мечу все свое время, и не допустил бы такой ситуации даже ценой своей жизни. Именно труд и талант проложили ему дорогу к трону.

В отличии от отца, Киллин вырос в более тепличных условиях, но он также познал другие ценности, которых порой не доставало Балдрику. Тех, что он хотел привить своим сыновьям, в том числе и как своим наследникам. Но этого все же не хватило. Чтобы такой ситуации не повторилось в будущем, Киллину нужно стать сильнее. А также собрать тех людей, что станут его силой в подобные моменты опасности.

Киллин остановился возле спальни матери. Служанки уже покинули покои королевы в сопровождении рыцарей, и остались ждать снаружи, чтобы не подслушивать разговор, так что он остался один в покоях. Киллин внутренне вздохнул, в очередной раз упрекая себя, как причину всех этих волнений, и тихо зашел внутрь, плавно закрывая за собой двери. Хотя он и хотел побыстрее обрадовать мать своим возвращением, это не стоило того, чтобы прерывать ее и без того неспокойный сон.

С позавчерашнего утра Мирэйн почти не покидала своей спальни. Не сказать, чтобы она была слабой здоровьем, скорее напряженная жизнь в роли королевы забирала много ее сил. Ведь до замужества она выросла обычной крестьянкой, отличаясь от окружающих прохожих лишь небольшими проблесками красоты, которые и заметил новоявленный король Гладиуса на одной из прогулок.

Маскируясь, Балдрик начал убегать из дворца, чтобы оказывать знаки внимания Мирэйн, несмотря на все протесты и предложения аристократии. Его напористый подход постепенно завоевал ее сердце, а уже ее забота в ответ растопила его хладный нрав, во многом повлияв на будущее всего королевства.

На данный же момент, Мирэйн лежала на кровати, а ее лицо сквозь сон отображало беспокойство и волнение за сына. Но все это будто бы прекратилось, как только Киллин подошел ближе. Ее дыхание вернулось в норму, позволяя, впервые за последние дни, спокойно уснуть, что было только в радость ее сыну. Не став ее будить, он взял стул неподалеку и, поставив его перед кроватью, стал тихонько ждать, охраняя тем самым ее покой.

За те несколько часов, что Мирэйн спала, казалось, что произошло многое, но Киллин ничего не видел и не слышал. Лишь чувствовал, что что-то произошло. Он понимал, что, возможно, стоит пойти и узнать причину волнений, но, следуя какому-то внутреннему чутью, все же решил остаться на месте, в этом полумраке, рядом с матерью. Спустя некоторое время Мирэйн проснулась, и ее глаза стали понемногу открываться, глядя в его направлении.

- Мама, я вернулся, - сказал Киллин, слегка улыбаясь. Ладонь Мирэйн легла на его щеку, на что он ответил улыбкой, и прикрыл ее сверху своей. Некоторое время проведя так, он убрал руку, и присел в более уверенную позу, как бы всем своим видом пытаясь показать, что за него не стоит волноваться.

- Как же хорошо, что с тобой все в порядке. Мое чутье все сильнее и сильнее било тревогу, пока ты не пришел. Казалось, что случилось нечто чрезвычайно ужасное. – Мирэйн присела на край кровати, и мановением руки зажгла лампу на тумбе, которая за мгновение осветила пространство спальни. В этот момент Киллин отчасти понял, что случилось ранее, но не подал виду, чтобы не дать нового повода для волнений матери. Тем временем Мирэйн продолжила.

- Еще пару лет назад мне казалось, что хуже того момента, когда Гленн решил уйти из семьи, не может и быть, но жизнь все расставляет по своим местам.  

- Гленн ушел по своей воле. Не стоит волноваться. Ему просто не подходила жизнь во дворце. – Слегка манипулируя внутренней энергией, Киллин ослабил свечение лампы, чтобы Мирэйн не заметила ничего странного.

- Ты весь пошел в отца. – Мирэйн, казалось, была явно недовольна его ответом, но Киллин чувствовал, что это напускное. – Не ровен час, когда вам с братом придется решить, кто заменит его на посту. Для этого тебе нужно стать сильнее. Но при этом, независимо от результата, я надеюсь, что между вами не будет вражды.

- Конечно, мама. Тебе даже не стоило упоминать об этом. Я думаю, что брат Шен думает точно так же. – Киллин продолжал всячески успокаивать мать. Вражды между братьями не было. Просто нынешняя обстановка предрасполагала к волнениям среди аристократии.