Боливар исекая

Глава третья

– Это, – внушительно произнес я, – твой путь к успеху! Что надо сказать, кохай?

– Что случилось на полянке? Как ты выжил? Чем тебя одарили Создатели? У нас теперь настоящая команда как у Создателей? – закидала его вопросами Кая, игнорируя коварный призыв от мастера.

«Не очень-то и хотелось», – подумалось мне, – «пусть азиаты такой вертикалью балуются, для меня главное, что могу определить, где находится моя ученица по метке на карте».

Аисаки без умолку забрасывала меня новыми вопросами, так что пришлось прибегнуть к запрещенному оружию.

– Я встаю, сестренка, подай мне полотенце.

Вжууух, шух и только удаляющийся крик: «Братик – извращееееенеец!»

Да я такой, но только волей пославших меня Сущностей. Был бы мир гражданской войны в США – стал бы генералом Грантом. Умным конечно, а не таким солдафоном как оригинал.

Я умял свой кусок кроля, поручкался-погрустил с пацанами в таверне, отбоярился от продолжения тризны и добрел до номера. Авантюристы небогаты, по крайней мере – начинающие. Номер типичный: с кроватью и ночным горшком под ней. Стоил копейки, вместо стекол – деревянные ставни. Проверил Каю по ученической метке – находилась через номер от меня.

«Надо купить дом в столице, – думалось в полудреме, – завести котика, собачку и гулять вечерами с Каей у фонтана Трех принцесс. Что может быть прекраснее такой дружбы. Котик будет мять меня лапками на ночь, собакен преданно облизывать носик, а лисичка хлестать утром хвостиком по щекам. Что?»

Я открыл глаза. В открытые ставни врывалось рассветное солнце, а в мою личную жизнь – Кая.

Раскрасневшись от бесплодных попыток меня разбудить, сидя на мне верхом, она продолжала нежно бить меня ладошками по щекам, приговаривая что-то вроде: «проснись тюлень, утро наступило». Янтарные глазки пылали, ротик гневно выговаривал, губки красиво изгибались, грудь колыхалась, волосы развевались: раз – и слева направо, два – справа налево. Моя голова моталась от этих ударов с согласной амплитудой, щеки уже горели. Утреннее шоу «Лисодевочка будит». Жаль, что не хвостиком, было бы приятнее. И зачем я только замок в двери запирал? От лисички-разведчицы не спрятаться.

– Да, – согласно закряхтел я под весом лисички, – утро нас тупило, смотрю ты по мне скучала?

Но издевательски поднятые брови не играли против уверенного третьего размерчика и искренности юности. Что вы можете сделать, когда вас будит красавица с ушками? Вариантов немного, а если убрать «накинуться и зацеловать до смерти» – вообще не остается.

– Я, человек свободный, – сказал хитро, – когда встал – тогда и утро.

С этими словами я сграбастал Каю в захват, придавил набок и продолжил делать вид, что сплю. Было подозрительно тихо. Из окна доносился бодрый гогот гусей, заливчатые трели птиц, скрип телеги, корова довольно мычала под руками Марты – а рядом со мной было тихо. И никакого трепыхания и писка от столь грубого домогательства до невинности лисодевы!

Не выдержав я перестал притворяться, раскрыв глаза.

Кая мирно дышала, расслабившись в моих объятиях. Лицо расслабившееся и спокойное, губки слегка приоткрылись. Её нежное дыхание щекотало носик, грудь обжигала сквозь ткань рубашки. Картина была настолько горячей и невинной, что гормоны сдетонировали словно гексоген.

– Нет, нет, нет, – забормотал я, используя лечение Света, – никакой крови из носа.

Но давление переместилось к центру тела и пришлось срочно покидать кровать, подсунув Кае вместо себя подушку.

Выдав на отжимании от пола тридцаточку, собравшись и помахав на прощание спящей Кае рукой, я спустился за завтраком в таверну. День предстоял быть нелегким: надо было вернуть жетоны убитых авантюристов в гильдию, сдать трофеи с поляны алхимику и навестить артефактора.

Джерк Хилл с соединенной силой Пилама Адэртада, стал магом выше прежнего: поскольку посмертная передача заклинаний, сил и навыков девятого уровня Пилама превратило формальный восьмой Джерка с нюансами, но уже в семнадцатый. С повыбитыми за шестьсот лет высокоуровневыми персонажами в мире повсеместно – это был запрос на элиту. В Шайне, с населением около двух миллионов разумных, что делало его довольно мощным государством, было около тысячи одаренных. Из них под триста магов, со средним уровнем около двенадцати-четырнадцати.

Двадцатого уровня из всех одаренных Шайна достигли только трое.

Принц Шайна Шилнагаил, дар – мечник, уже прозванный народом Молниеносным, придворный маг Турукан Смеющийся, дар – воздух, прозванный так за шрам (стрела орка сбоку прошила ему челюсть и разорвала губу) и Глава столичной гильдии Алхимиков Келард Троар – про него не было слухов, так, тихоня с пробиркой. Шилнагаила Молниеносного называли гением, в свои двадцать три он лично участвовал в зачистках монстров, по слухам был умен, вежлив и учтив, нравился народу, короче говоря, опасный тип.

При этом в королевской семье подрастал второй ребенок, четырнадцатилетняя Аиша, которая, как передавали шепотком, вполне составит конкуренцию принцу в части Дара. Обычно Дар спадает на ребёнка от нуля до восьми, событие радостно отмечаемое всеми – защитник растет. Абсолютное большинство получает его в районе лет пяти, как и Пилам, например, и сам Джерк. А вот с рождения упавшее серебряное облачко Дара на младенца – феномен, встречаемый раз в сто лет.

Аиша была таким младенцем. Прозвище она еще не заслужила, девочка росла под строгим присмотром, охраной и наблюдением. Её специальность – водяная стихия. Крайне важная для Шайна: оставшись без добычи самоцветов и металлов, он выжил только благодаря своим урожаям пшеничных культур, в культивации которых большую роль играли маги Воды. Уровень принцессы был неизвестен, интересоваться таким было небезопасно.

Король Шайна – Шайред Четвертый правил последние пятнадцать лет: в войны не влезал, потихоньку опутывал кредитами близлежащие королевства, поднимал экономику, строил дороги – этакий средневековый аналог Си Цзиньпиня. Про королеву Найзирию Джерк ничего не знал кроме: «бывшая принцесса Роштии, красивая тетка».