Боливар исекая

Глава одиннадцатая

Я сразу понял, что это оживший в меру моих скромных потуг рыцарь. Увиденная картина явно врежется ему в память, так что надо перебивать впечатление.

– Это, – сказал я, оборачиваясь и тяжело отдуваясь, – курс молодого гения от Джерка победителя великанов. Её высочество было столь впечатлено мгновенной перфорацией монстра, что изъявило желание срочно изучить новейшую методику.

Шан Дахам без шлема и доспехов выглядел совсем не монументально, такой обычный простоватый, хотя заметно подкачанный парень с решительным подбородком, широким носом, обрубленной, короткой стрижкой. Серые глаза смотрели удивленно и непонимающе. Персонажу не хватало крухи пива в руке и фразы в стиле: «по утрам зарядкой занимается только мобильник, хо-хо-хо».

– Так, Дахам, заткнулся и доложил о самочувствии, – сразу построила его Аиша.

– Так точно, ваше высочество, – лежа, но подобрался рыцарь, – перелом руки, возможно ноги и множественные ушибы тела. К самостоятельной транспортировке негоден. Осмелюсь спросить о доспехах, они дороги мне как память покойного батюшки.

Меч с кошелем я положил рядом с ним, придя в себя он сразу его нащупал и был за оружие спокоен.

– Доспехи мы вернем, – решила Аиша, – познакомься с мастером Джерком, именно он убил великана, спас меня и поддерживал твою жизнь.

– Создатели видят, – произнес Дахам веско, – вы великий маг, я не оставлю ваше милосердное деяние без ответа.

– Мой долг быть полезным стране и его опоре, – сделал я легкий поклон. «Ух, какие они политескорректные»

– Позвольте, ваше высочество, – предложил я, мысленно скрипя зубами, из-за необходимости разводить вот такие прелюдии, дабы не порушить королевский и её авторитет среди высокого сословия, – мы с Каей сходим до ближайшей деревни и пригоним телегу.

– Нет, – неожиданно сказала Кая, – правильнее будет тебе остаться с её высочеством. С тобой ей ничего не угрожает, одна я не смогу её надлежаще защитить в непредвиденном случае. В деревню пойду я.

Я закатил было глаза собираясь высказать всё что думаю, но остановили меня не умоляющие глаза Аисаки, а как ни странно – действия принцессы. Она вдруг взяла и обняла Аисаки.

«Сдружились значит две девчули, на фоне грозных великанов, королевской семьи и чувака с рельсотроном. А че так бывает что ли? Придется поработать рикшей еще полчасика»

– Ну всё-всё, что за прощания как в слешерах? – успокоил я их. – Вынес шана с поля боя – вынесу и к деревне.

– Мне право неудобно, – запротестовал было Дахам, но я уже шепнул девчулям отвлечь его, пока убираю свидетельства нашего разгульного вечера и ночи.

Много времени это не заняло и когда Дахам отвлекся от участливо обступивших его красоток, на пляже уже не было ни зонтика, ни покрывала – только корзинка с мусором.

– Что это за магия, мастер Джерк? – удивился он

– Магия повседневной аннигиляции, шан, – сказал я, подступив к нему, – не соизволите мне помочь протянуть ваши ноги в эти отверстия вашего же рюкзака?

Взвалив тяжелого кабана в рюкзаке на свои натруженные плечи, я зашагал к деревеньке, расположившейся неподалеку от бухты, мысленно кляня свою чертову карьеру рикши. Девушки пристроились по бокам, а Кая начала вводить в курс Дахама: кто я, как очутился здесь и почему всех спас.

На финале последней истории где я, молодой мастер кун-фу Джерк Лучезарный, прибыл в Самур для практик боевых медитации среди авантюристов, на горизонте замаячила деревенька.

– Он открутил ВарОрку голову голыми руками, а потом слизал стекающую с головы кровь, – вещала Кая, почувствовав благодарных слушателей в лице принцессы и шана, – увидев это отступники бросились было бежать, но мастер Джерк кинул заклятие светлой инконтенции и призыва насекомых. Миллионы мух покрыли дикарей плотным слоем из-под которого вскоре стихли все крики несчастных.

Слушатели молчали, изумленные столь страшным концом отступников. Я тихонько пыхтел.

– А потом к мастеру пришла за данью Ночная Гильдия, – начала новый рассказ Аисаки. – Они сожгли дом мастера, намереваясь расправиться с ним огнем, но Джерк вышел утром, как ни в чем не бывало, на обгорелое крыльцо, почесывая ухо и жалуясь, что ночь выдалась жаркой.

– А откуда ты такие детали знаешь? – подозрительно спросила Аиша.

– Она вышла следом, – сдал я её, – и сказала, что любит запах горелого дерева по утрам.

Дахам заржал, оглушив меня на оба уха, Аиша насупилась, Кая показательно застеснялась.

А что потом с бандитами из Ночной Гильдией стало? – проницательно спросила Аиша.

– Они жили грустно и несчастливо, – прохрипел я, – и умерли в один день.

– От болезни Вильсона? – догадалась принцесса.

Отвечать на риторический вопрос сил не было, тем более наша процессия подтянулась к деревне Рыбья сопка, огороженной кольями, где нас у входа ждал белобородый дед с луком.

– Вы кто такие будете, мы вас не звали, – спросил было он, – но разглядев раненого за моей спиной, изящные роскошные ножны магпалочки на поясе принцессы и цепочку авантюриста, что покачивалась на шее Каи, кинулся споро открывать ворота.

– Добро пожаловать милсдари, – бормотал он, торопливо кланяясь, – не признал в вас доблестных воинов с монстрами, староват стал, подслеповат.

– Так, старый, веди сюда старосту, коня с телегой, да поживее, – моментально построила его Аиша, кидая деду серебряную монету.

Дед чесанул словно в беге на розыгрыш рабынь на королевском праздновании.

Буквально через минуту к нам уже семенил другой дед, посолиднее. Борода причесана, на голове картуз, на шее массивная бронзовая медаль старосты. Не доходя до нас метров десять он охнул, сорвал с себя картуз, упал на колени, воздел руки и завопил.

– Ваше высочество, не велите казнить, не знали мы о столь высоком визите, ни сном, ни духом не ведали.

– Хм, – удивилась принцесса, – дед, ты откуда вообще меня знаешь?

– Так на праздновании королевского дня видел, – бормотал глава сельской общины, – наместников собирают в отдельном зале, а простых старост на улице, и его высочество благодарит за службу.