Боливар исекая

Глава двадцать девятая

– Двенадцать негритят собрались пообедать, – пробурчал я считалочку на обратном ходу к своему войску, – двое поперхнулись, их осталось десять.

– А кто такие негритята? – не удержала любопытства Кая.

– Это люди, – не стал скрывать правду, – которых держат в черном теле. Но применительно к нашим оппонентам – это им так кажется. Реин Недлир встал на путь порока, потому что его выгнали из свиты графа, когда он соблазнил горожанку в столице и бросил с ребенком – ты же слышала, что говорил тот мужик?

– Подлый поступок, – согласилась Аисаки.

– Вот старый барон и злился: шпынял, гонял, не давал денежного довольствия. Отчего взбеленившись, Реин сколотил банду и стал промышлять разбоем. Репутация испорчена, в столицу не попасть, но чья это вина? Ушел бы творить подвиги во славу королевства, нет он выбрал легкое, как ему казалось, ремесло разбоя. Наше первейшее дело – доказать ему пагубность его мировоззрения. Думаю, у тебя это получится, – я покосился на правый кармашек её накидки, где, мне кажется, она прятала свой кастет.

Поймав мой взгляд, Кая улыбнулась.

– Не сомневайся Джерк, теперь его улыбка потеряет актуальность.

А вы думали, учу потихоньку лисодевочку новым словам. Но она и без этого была лучшей на курсах авантюристов. Это Джерк ленился, а исполнительная Кая зубрила и сидела над конспектами. Жаль курсы коротки: они начинаются с момента регистрации в гильдии, но последние два года идут углубленно, с наставником и лекторами от столичной гильдии, что разъезжают по королевству, обучая новые наборы одаренных. У нас всего их, получается в Самуре, пока двое – Риса и Джиро. Очень мало, к нам пришлют какого-нибудь замшелого пенька, который ничему толком молодежь не научит.

Перед глазами как-то сама возникла картинка грубоватого лица в капюшоне со словами: «нам нужно больше одаренных, милорд»! Надеюсь Нетфис Рилвир с моим подгоном Тафирима до конца года успеет хотя бы парочку подготовить, хотя бы из Фреда и Чивы. А там и у крестьян кто появится, пусть хоть захудалый полудар, но со знаниями чего-то и добьется.

– Как там у Суры, – вспомнил я брюнетку, – получается что-то с мечом?

– Она старается, – покрутила неопределенно в воздухе рукой Кая, – но может это не её путь.

– Дар благосклонен к людям, потерявшим близких или испытавшим большое горе, – вспомнил я методичку от приезжавшего из столицы лектора. – Своди её к Нетфису, может на самом деле, её путь стихийная магия. Зря только себя истязала с мечами.

– Зато не разнесло от маковых булочек, – намекнула Кая. – Вообще, двадцать для Дара уже поздно, для полудара очень рано.

– Ты наставник, – сказал спокойно, – тебе решать.

– И чего, – возмутилась Кая, – даже попыток защитить свою первую любовь не будет, если я запрещу?

– Моя первая любовь, – пафосно произнес, – это твой хвостик Кая!

С этими словами, я небрежно сделал то, чего давно хотел: схватил и провел руками по пушистому сокровищу. Ух, мягонько.

– Джерк Хилл, – запунцовела рыженькая прелесть, – что ты себе позволяешь?

– Решил сравнить с ощущениями, когда под моими руками было две с лишним тысячи золотых, – интимным шепотом поведал я. Конечно, два лучника шли впереди нас и вроде не могли слышать, но решил перестраховаться. – И знаешь, твой хвостик понравился мне больше. И потом что за дискриминация? Кто давал волю своему языку совсем недавно?

– Моим языком говорило вино, – нелепо оправдалась, дважды смущенная, лисодевочка.

– А моей рукой вело чувство прекрасного, – не моргнув глазом, нанес добивающий удар я.

Кае сравнение понравилось, но победу в словесной дуэли оставлять мне она не захотела. Последовало теплая дружеская беседа в приятной атмосфере холодающего вечера – хотел бы сказать я, но нет, мы подошли к нашему войску, и Кая ограничилась тем, что пообещала вечером мне отомстить за хвостик.

Напугала пчелу мёдом.

– Диспозиция следующая, – объявил я соратникам. – Десантно-штурмовой отряд в составе всех магов, под прикрытием воинов со щитом, грузится в закрытые тканью повозки. Трясется до искомой банды у оврага. Узрев огромные повозки забитые, как они думают, дорогой тканью, распаленные потенциальной наживой идиоты, бросаются к нам, мы срываем ткань и являем негодяем наши суровые лица, полные интеллекта и магической мощи. Быть может, найдется дебил, захотевший испортить нам триумф своей внезапной смертью. Это не беда. Главное не убить чувака на лошади, в замотанном повязкой лице, в шляпе, богатом плаще. А, да ладно, на лошадях всего двое, всадников бьем не насмерть – убиваем, в случае чего, его лошадь.

Я оглядел их мужественные, задорные лица и понял: надо призвать сестру таланта.

– Кто не бросил оружие – труп! Всадников не убиваем, только лошадь. Второй отряд из стражников и глав гильдии поступает под командование Аисаки. Действует по её приказам. Вперед!

Мы распределились по повозкам: я сел в последнюю, вместе с Визасом, Дейвосом, Ридлтреном и еще двумя авантюристами. Лучники и еще два авантюриста в среднюю повозку, последняя была пустой. Возчик тихонько тронул, и мы неспешно двинулись за добычей.

От Белого леса до оврага метров сто, мы молчали, на тот случай если у банды есть чуткие уши, должны же бандиты компенсировать свою умственную немощь чем-то другим. Зоркие глаза, быстрые ноги, да хоть что-то. Одаренным среди них был Реин Недлир, его дядька уже покойный, еще какой-то тип по кличке «Кол», он был копейщиком, потому узнав эту информацию я сразу подарил предупреждающий взгляд Кае. На мой неискушенный взгляд они могли хоть все быть неодаренными, но должны были иметь разведчика с «обнаружением» в банде – иначе всё закончится быстро и печально.

Вот как сейчас. Прошли две минуты, послышался лошадиный топот, молодеческий посвист, страшные крики «стоять, а то зарежу», легкий матерок, а повозка развернулась боком. Это я так возницу заранее инструктировал.

Я дернул шнур, скрепляющий ткань наверху повозки, она упала и нашим глазам предстало зрелище «пацанов, бегущих к успеху». Бежали они с разной степенью интенсивности, размахивая на их взгляд устрашающим арсеналом холодного оружия, вследствие чего немного растянулись, представляя собой легкую мишень. Но я на них даже внимание не обратил: около нашей повозки гарцевали два всадника, один уже принял решение и скачком, подняв на дыбы лошадь, ринулся прочь от нас. Его лошадь сразу поймала стрелу-вторую, захромала, заржала негодующе и жалобно, припала направо, подломилась и упала, но он уже спрыгнул и побежал к лесу, заметив второй наш отряд, несущийся к нам.