Больничный корпус №3

Глава 3

Несмотря на короткий сон во время смены, я проспала всего лишь до шести вечера. Проснулась с ощущением тяжести в голове. Странные сны о больничном корпусе №3 и черной глади озера не давали покоя. Во сне я стояла у самого берега, и вода казалась бездонной, темной, как чернила. Хотя в реальности я так и не подошла к озеру поближе, издалека оно выглядело почти живописно - темная гладь, окруженная густым лесом.

Я потянулась, оглядывая свою небольшую квартиру. Она словно застыла во времени - советская мебель, знакомая мне с детства: массивный сервант, шкаф с потертыми ручками, диван, на котором я спала. У мамы дома такую мебель давно заменили, а здесь она выглядела почти новой, будто ее только вчера привезли из мебельного магазина 80-х.

Но в этом была своя прелесть. Квартира дышала уютом. Было чисто, аккуратно, будто кто-то заботливо следил за ней все эти годы. Если закрыть глаза, можно было представить, что из кухни вот-вот донесется аромат свежей выпечки, будто невидимая хозяйка только что достала из духовки пироги.

Я встала и подошла к окну. Вечернее солнце золотило верхушки деревьев, а вдалеке, за лесом, темнела полоска озера. Где-то там стоял тот самый третий корпус, полуразрушенный, забытый.

И почему-то мне казалось, что он смотрит в мою сторону.

Я резко отдернула занавеску.

Надо было готовить ужин, но для начала мне захотелось проветриться.

Моя новая жизнь в Желтом Усе началась с письма, которое пришло в самый отчаянный момент. Я сидела, уткнувшись в подушку, сжимая телефон в дрожащих пальцах. Мир казался конченым после той роковой ошибки в больнице, после предательства Лёши. И вдруг - вибрация. Письмо от администрации этого забытого богом поселка.

Они нашли мою анкету в базе резюме, хотя я не помнила, чтобы оставляла ее там. Предлагали хорошую зарплату, спокойную работу, помощь с жильем. И главное - «живописное место». Я тогда подумала, что это просто красивые слова, но сейчас, идя по вечернему поселку, понимала, что они не соврали.

Решение приехать сюда я приняла за одну ночь. После череды отказов из других клиник, после того как мое имя попало в черные списки и его стоптали с грязью, у меня не оставалось выбора. Две сумки с вещами, машина, которую Лёша не смог отобрать, потому что кредит был на мне, - вот и все мое богатство.

Хозяйка квартиры встретила меня как давнюю знакомую. Ее взгляд был теплым, но странным, будто она узнавала меня, хотя мы виделись впервые. Она рассказала, где что находится, и настоятельно порекомендовала местное кафе.

- Оно у нас возле искусственного водоема, рядом с трассой, - объяснила она, а в ее глазах мелькнуло что-то неуловимое.

Я удивилась, кафе в поселке на две тысячи человек? Но сейчас, гуляя по тихим улочкам, я замечала странные детали: слишком ухоженные дорожки, будто их только что подмели, цветы у домов, которые не вяли, хотя никто, кажется, за ними не ухаживал. И тишина.

Слишком глубокая тишина для летнего вечера.

Я остановилась у края дороги, глядя в сторону озера. Вода в искусственном водоеме была неестественно черной, почти как в том, что возле больницы.

А потом до меня донесся слабый запах кофе.

Кафе действительно существовало.

Я медленно шла по деревянным мосткам, проложенным вдоль берега водоема. Вода под ними была настолько черной, что казалось, будто смотришь в бездонный колодец. Ветер шевелил листья кустов, скрывавших от посторонних глаз уютное кафе с верандой, нависающей над самой водой.

Фонари, развешанные между деревьями, загорались один за другим, отбрасывая на воду мерцающие блики. В этом свете кафе выглядело сказочным, будто сошло со страниц старинной книги.

И тут я увидела их.

Артем сидел за столиком у самого края веранды, его поза была напряженной, а взгляд был прикованным ко мне. Рядом с ним сидела брюнетка в облегающем платье цвета фуксии, с глубоким вырезом, подчеркивающим ее соблазнительные формы. Ее пальцы с ярко-красным маникюром скользили по его руке, а взгляд был таким голодным, что казалось, она вот-вот вонзит зубы в его кожу.

Напротив них сидел мужчина, одетый во все черное. Его лицо было скрыто в тени, но я чувствовала, что он наблюдает. Не просто смотрит, а изучает.

Брюнетка заметила, куда направлен взгляд Артема, и резко повернулась ко мне. Ее глаза сверкнули холодным огнем, в них читался вызов, почти животная агрессия.

Я быстро отвела взгляд, делая вид, что рассматриваю озеро. Но внутри все сжалось.

Опять.

Сколько себя помню, у меня всегда находились недоброжелатели. Я никогда не стремилась быть в центре внимания, не красилась ярко, не выставляла себя напоказ. Но природа дала мне то, что нельзя было скрыть: четкие черты лица, густые волосы, которые даже без укладки выглядели так, будто я только что вышла из салона, фигуру, которой позавидовали бы многие. Даже лишние килограммы, если они появлялись, ложились так, что подчеркивали женственность, а не портили ее.

Мама всегда говорила: "Красота - это дар, но за него приходится платить. Мужчины, которые понимают, что не смогут тебя получить, будут ненавидеть. Женщины, которые завидуют, - плести интриги."

И вот теперь, в этом странном месте, история повторялась. Я даже ничего не сделала, а уже чувствовала на себе тяжелый взгляд женщины, которая явно считала меня угрозой.

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться.
- Вы выглядите такой обеспокоенной, что я решил, что вам просто необходимо выпить чашечку кофе, - раздался рядом теплый, бархатистый голос, и в тот же миг меня окутал божественный аромат свежесваренного кофе. Такой насыщенный, терпкий запах бывает только в лучших кофейнях, куда я раньше могла заглянуть лишь по особым случаям.

Я медленно повернула голову и увидела мужчину лет тридцати, непринужденно облокотившегося о деревянные перила. Его коричневые брюки и клетчатая хлопковая рубашка выглядели удивительно гармонично в этом месте. Волосы цвета спелого каштана , почти как у меня , были аккуратно зачесаны назад. Но больше всего меня поразило его лицо с мягкими, добрыми чертами и искренней улыбкой, будто он узнавал в мне старого друга.