Больные любовью

2 У истоков любви

Охваченный водами, Стейтен-Айленд всё также могущественно, с гордостью стоял как отдельное государство в отличии от всех райнов Нью-Йорка. Ежедневно более семидясяти тысяч жителей пользовались паромом, а чем же еще...добраться сюда и отсюда можно было этим способом либо на машине- через мост Верразано. "Забытый район" - шуточное и таинственное название досталось этому чудеснову острову вполне справедливо.
 Вот уже как более пяти лет прошло с переезда Хлои в Сенд-Джорж и теперь она не одна, любимая дочь Алия сегодня празднует свои полные пять лет. Она была невероятной красоты и владела необычной внешностью. Стройненькая, как небольшая сувенирная статуэточка. Светло-зеленые глазки, обведённые темно-чёрными контурами, находились под властью длинных, завитых от природы ресниц. Самым причудным и особенным во внешности маленькой принцессы, являлся необычайно удивительный контраст тёмно-чёрных, шелковистых волос и белоснежного тела. Невозможно было не заметить этот сказочный факт, который выделял Алию из толпы других детей.

 Праздничный стол был нарядно накрыт и ожидал маленьких поедателей. Вечер был организован неподражаемой мадам Бэтти. Всё, чего касалось она, автоматически становилось бесподобным. Она была любимой тетушкой тихой и застенчивой Алии. Всё также, в своей манере, Бэтти руководила всем, что происходило вокруг неё.

 - ну ка мамаши, убрали лапти со своих тарелок и позвали своих мелких грызёнышей за тот стол! Учтите за тот детский стол, монстрам с нами делать нечего, - нахмурившись и слегка натянув улыбку, вскрикнула злая Чертиха.

 Именно так обзывали её дети, но по непонятным для всех причинам, безумно любили злючку Бэтти. Но сегодня был особый день и она была предупреждена своей подругой  целых сто пятьдесят раз, что поведение её будет удовлетворительным.

 На этом светлом празднике, к которому очень ответственно и по-душевному относилась Хлоя, присутствовали семь мам и лишь двое из них пришли со своими детьми. Долгие просьбы и обещания о том, что праздник пройдет очень интересно, оказались безрезультатными.

 - Хлоя, прошу не сердись. Ну вот притащила я свою куколку и что? - сказала одна из не близких людей, сидящих за столом, заостряя акцент именно на  ласкательном слове, обращенной к своей дочери. - Сидит моя куколка-доча и скучает. Уверена у себя дома ей было куда веселее...где твоя ходит как всегда?

- она...где-то здесь рядом, пойду поищу её. Может включить мультики или могу спустить вниз еще мешок игрушек, там их целый вагон. - Обратилась Хлоя к самой разбалованной девочке на Стейтен-Айленде, а может и во всё мире.

 - мам, мааааам, мам! Пошли отсюдаааа, тут нет ничего интересного. И игрушки все вонючие, -  наигранно завопила Голди, показательно наступая на игрушки, некоторые из которых разлетелись на части, сломавшись окончательно.

 Тем временем Бэтти пыталась достучаться до Алии, в буквальном смысле этого слова. За дверью шкафа, в котором скрывалась малышка, необходимо было подобрать нужные фразы и потом обратиться к ребёнку с особой нежностью.  Пока злая Чертиха искала в своей беспардонной голове милые и полезные слова, с нижнего этажа доносились крики распушенного ребёнка и утешающие вопли её матери. Это изрядно сбивало с мысли Бэтти и поддталкивало на неконтролируемую реакцию, ну от который ей невозможно спрятаться. Плачь продолжался и настала последняя капля терпения, а капель в Бэтти было ровно столько, сколько она могла себе позволить. Её чаша терпеливости довольна маленькая, подобна  пятидесяти граммовой ёмкости. И вот уже не выдержав, она ударила кулаком об шкаф, злостно прорычав, будто вывели из-себя дикую львицу. Наконец-то от такого шумного стука Алия издала крик, да это был испуг ребёнка, но главное появилась реакция.

 - Солнышко моё, прости меня. Я случайно ударилась. Мне очень нужно поговорить с тобой. Я вернусь через пару минут. - Виновно, с беспокойством сказала Бэтти.

 Она спускалась вниз и теперь никто не станет на её пути, не семь мамаш и их мелкие грызуны, не даже её  обещания, данные подруге. 
 Гости тревожно переглягулись между собой, увидев зловещую Бэтти, а Хлоя схватилась за голову и плачевно подняла глаза на подружайку.

  - Что за шум, а драки нет? Я спокойна как удав, видите? Просто ответь мне мамочка этой паршивой девочки Голди, почему её омерзительный, гнусный голосок мы обязаны слушать уже как тридцать минут или у тебя нет способов её заткнуть? Хочешь покажу, у меня есть несколько безупречных методов.

 - За твои слова ты ответишь в суде, я тебе обещаю! Ты назвала паршивую мою золотую девочку. Придется понести наказание! - напряженно проговорила Лэрри и не особо громко, понимая, что в случае с Бэтти важно следить за каждым словом. - Пойдём отсюда доча, здесь место проклято гадкими людьми, как зашла сюда негативная аура словно душить меня начала...

 - Свалила прочь вместе с гадёнышем своим. Какая она золотая, твоя дочь похожа на бледную рептилию, лучше вообще не иметь такое наказание. Брысь отсюда! Ты сейчас мне судом угрозила? Лучше собирай чемоданчики, я тебя выпровожу с города, а лучше с острова, чучело!

 После оскорбительных слов, сказанных на одном нервном дыхании, Бэтти подбежала к объекту раздражителя, схватила за волосы и начала оттаскивать к двери.

 - Кого судом пугаешь?! Твоя дурная голова совсем не подумала с кем имеет дело. Я сотру в порошок твой мелкий мозг!

 Крики одолели не только весь дом, но казалось и всю улицу. Гости находились в шоке и над всеми одолела разная реакция на скандал. Кто-то попытался встать между вражескими армиями, некоторые нестрессоустойчивые голосисто рыдая, отошли в сторону, были и те кто вовсе сбежал с театра. 
 Вечер был трагически, преждевременно закончен. Теперь уже вместо красиво-оформленного накрытого стола, виднелась совсем другая ужасающая картина. Всё это просто перешло небрежно на пол. Скатерть вместе с разбитой посудой и разброшенной едой, клочья волос, скорее всего пострадавшей Глэрри...что очень помогло бы ей, как знак доказательства для судебно- медицинской экспертизы.