Болотное предание

Страсть

Велислав довольно сильно изменился. Его смоляные волосы не поредели, а лицо было гладким, как у отрока, но в тёмных глазах сквозила несвойственная ему ранее обречённость и усталость от жизни. Ястребиный нос, тонкие губы, породистое худощавое лицо — всё напоминало в нём хищную птицу, уставшую от просторов неба. Даже в его завораживающем бархатном голосе появилась какая-то неведомая Чистозване горечь.

— Ты устал от власти?

— От власти не устают. Просто иногда нужно отступить. Княжеству нужен мир, а эта девчонка невзлюбила меня, потому что она влюблена в своего мужа, как кошка. Она живёт и дышит одним Яронегом и ревнует его к каждой пролетающей пичужке, — тут Велислав безрадостно усмехнулся, — а свою истинную соперницу, Милаву, княгиня приблизила к себе и делится с ней самым сокровенным. Я подозреваю, что на самом деле Милава не простила Яронегу смерти своего отца, обмана и пренебрежения. Вот и настроила княгиню против меня. Мол, я слишком много влияния оказываю на её супруга, а волхвы не должны в княжеские дела вмешиваться. Её речи было намного разумнее, чем обычно. С чужих слов пела эта резвая пташка. А Милава слишком умна, чтобы самой меня перед князем порочить. Всё же она оказалась достойной дочерью боярина Сушко. Пригрела княгинюшка глупая змеюшку на своей белоснежной груди. Соглядатаи мои докладывали, что ездит Милава в весь Локсти. Догадываешься, что она там забыла?

И горько Чистозване за своего друга, незаслуженно оклеветанного и лестно, что он с ней разговаривает как с мужем нарочитым. Вадим-то её за неразумную бабу считает, её советами по поводу гончарного дела и росписи сосудов пренебрегает. Говорит, что каждый должен сидеть в своих санях. А кудеснику мудрому незазорно бабе глупой довериться.

— Ты думаешь, что в этом замешана Величана?

— Ещё бы. Не понравилась мне её последняя фраза. Больно легко она сдалась. Раньше я недооценивал её мстительность, хитрость и злобность. Я, Чистозванушка, полагал, что со смертью старого Гостобрана, всё будет по-другому. Ан нет, не меняется мир мгновенно. На смену старому врагу всегда приходит несколько новых. Помнишь сказку про змея, которому отрубили голову, а взамен выросло две новых. Вот и такова жизнь при дворе повелителей. В Царьграде, правда, ещё не то творится. Но речь сейчас не о чужедальней земле, а о нашей родной сторонушке, за которую моё сердце болит.

Чистозвана, успокаивающе положила длань на могучее плечо своего защитника. Теперь они поменялись ролями. Он изливал свою тоску наболевшую, а юная дева утешала кудесника многомудрого.

— Не кручинься, друже. Князь непременно разберётся в этих интригах и всё снова будет ладно.

— Ладно, — усмехнулся Велислав, — разберётся, как же? Ему бы со своим сердцем разобраться.

При этих словах волхв вздрогнул и, наскоро простившись с новоявленной сироткой, вышел из избы. Казалось, что в его душе царила такая же неразбериха, что и в природе. Березозол пришёл, а зима не отступала. Не хотела зима-Морена покидать эту гостеприимную землю, словно требовала себе жертву. Вьюга завывала, буран кружился над весями, печищами и сёлами. По дороге сюда Велислав видел нескольких замёрзших людей. Кто они были — неведомо. Путники ли одинокие или изгои неприкаянные? Но волхв не мог оставить людей без погребения, чтобы ходили они блазнями бестелесными и забирали других людей. Достаточно нечисти в веси Золотые камни. Князь Яронег наказал Велиславу расследовать это дело и изловить упыря безжалостного, а заодно приструнить Гостобрана неисправимого. Для всех отъезд волхва всемогущего выглядел как ссылка. Надеялся Яронег, что его княгиня подуется да и забудет обиду придуманную. У Гордеславы обычно семь пятниц на седмице. Хотя чему удивляться? Пятница посвящена Макоши, а княгиня была знатной и прилежной рукодельницей. Люди даже баяли, что в её веретене какая-то волшба заключена. Мол, оно передаётся от одной большухи к другой много поколений. Да примерли у неё все старшие родички, вот веретено и досталось девчонке несмышлённой. Князь Творислав безмерно избаловал единственную дочку. У него всё сынки рождались, вот и не мог ни в чём отказать единственной утехе своей старости. Сердце старого князя кровью обливалось, когда выдавал свою кровиночку ненаглядную на чужбину. Но что было делать? В брачный возраст Гордеслава уже несколько годков как вошла, а отец всё не хотел с ней расставаться. Других родичек подходящего возраста и достаточно знатного происхождения у него не было. Была, правда, племянница, но она от рабыни рождена. Такую деву унизительно предлагать в жёны князю. Да и от свары, собирающей кровавую жатву, Творислав утомился безмерно. Заклинал Яронега ценить свою супругу и беречь, как зеницу ока.

Тех неизвестных мертвяков Велислав похоронил в полузаброшенных домовинах. Некогда тут был богатый город Рудеж, но война от него оставила только городище. Был построен детинец из красного камня, вот и так назвали богатый град. Раньше и торговля процветала, и людей много там обитало, но теперь нет уже ничего. Даже память пращуров никто не чтит. Велислав провёл обряд, да оставил снедь в дар прашурам. Мол, не обессудьте, духи добрые. Чем богаты, тем и рады.

Неразумной женщиной оказалась Гордеслава, княжна Муромская. Решила, что муж должен прислушиваться только к её словам и сразу невзлюбила Велислава, бывшего фактическим соправителем князя Яронега. Да и Милава коварная своими советами зловредными подливала масла в огонь. Считала Гордеслава, что волхвы должны только молиться Богам и не вмешиваться в управление княжеством. Когда Велислав со своими верными помощниками объезжал дальние капища, княгиня успокаивалась. Только Яронег как был, так и остался невысокого мнения о государственном уме жены. Сам-то князь был не очень дальновидным человеком, но предпочёл передать бразды правления в руки более мудрого друга. Бывало, что Гордеслава угрожала рассорить супруга с отцом, если он не будет ей оказывать должного уважения. Тогда Яронег с трудом сдерживал свой гнев, а Велислав всегда выступал в роли миротворца. При этом сам кудесник вспоминал все знакомые ругательства. Глупая надменная кукла не знает, как война калечит людские жизни. Она не видела того, что видел Велислав. Сожжённые деревни, изрубленные трупы, ставшие поживой для воронья и дикого зверья. Многие города и веси превратились в руины, а люди, не получившие должного погребения, так и остались блазнями. Но что видела эта красивая недалёкая княжна в своей жизни? Всю жизнь сидела в тереме, слушала сказки мамок и нянек, да занималась рукоделием. Недальновидный человек всё же Творислав Муромский, не подготовивший дочь к роли правительницы. Не Яронег, так другой бы князь посватался. И не факт, что он был бы столь же снисходителен к вздорной, порывистой и бранчливой Гордеславе. Хотя красой она обладала необычайной, но вот женской мудрости, гибкости и дипломатичности Боги ей отсыпали немного.