Болотное предание

Стрекозёл

Чистозвана догадывалась, что хитрая лесная чародейка сообщила ей далеко не всю правду о том, что узнала на Тетеревином утёсе. Но расспрашивать скрытную и многомудрую Ягу было так же бесполезно, как носить воду в решете. Любые вопросы и даже тонкие намёки сильно раздражали хозяйку избушки на курьих ногах. Она поведала Чистозване только то, что сама считала нужным и необходимым. А вот простодушная Свинья не боялась озлить ведунью.

— А почему ты летаешь на птицах, а не в ступе? — беззастенчиво спросила девушка.

— Тот, кто задаёт много вопросов, рискует не дожить до старости, — мрачно заметила Баба-Яга.

— А я и не хочу доживать до старости, — беспечно ответила Свинья, — моя бабка Снежица и сама страдает, и всех окружающих мучает, а Марена никак не хочет прибрать наше горе луковое. Да и зачем, — тут девушка погрустнела, — мне состариться без любимого человека?

— Вот как? Что же, в твоих словах есть резон, славница. Долгая жизнь порою является бременем. В мою молодость рассказывали предание о добром молодце, который запер в своём погребе саму Марену. Правда, ничего хорошего из этого не получилось.

— А как ему это удалось? — заблестели глаза Свиньи. — Вот бы и нам так, чтобы зима никогда не приходила, и Вадим жил вечно.

— Даже не думай, славница. Вечно! Ха! Вечно, к счастью, не живу даже я, слава пращурам. А поймать Марену невозможно. Ты сама посуди, что было бы, если не было бы зимы и смерти. Мать-сыра-земля утомилась бы и не давала урожаю.

— Ну и что? Мы бы питались рыбой и мясом, — упрямо возразила Свинья. Чем ближе она сходилась с людьми, тем бесцеремоннее себя вела. Вначале она поражалась смелости Чистозваны, но, поближе познакомившись с лесной старухой, она сама стала держаться более вызывающе.

— Ты так думаешь, славница? — торжествующе осклабилась Баба-Яга. — А как же ты сьедала бы рыбу, курицу, свинью в конце концов, если бы смерти не стало? Звери, птицы и рыбы тоже получили бы бессмертие. А люди мучились бы от голода, но не умирали бы. Старики и больные молили бы о смерти. Но это, конечно, сущие пустяки для тебя. Главное, чтобы Вадим был бы здоров, хотя и не вполне жив. Ради такого замечательного полюбовника ты готова обездолить весь свет.

— А что мне весь свет, если Вадима в нём не будет? — несколько запальчиво воскликнула Свинья, обескураженная логикой Бабы-Яги.

— Ты так говоришь, словно твоего Вадима уже положили в курган да землёй засыпали. Пока есть крошечный шанс на спасение, не стоит его хоронить раньше времени. И раз уж зашёл такой разговор… Времени у вас не так уж много, чтобы лясы точить. За какое дело сперва возьмётесь, славницы?

— Сперва мы будем золото искать, — ответила Чистозвана за себя и за подруг, — Арысь же нам без надобности. Она прошла наш путь до конца и обрела награду. Пусть теперь идёт к мужу и ребёнку. Да и Синеславу пора выгнать из избушки.

— Ишь ты какая! — то ли восхитилась, то ли возмутилась Баба-Яга, — приказы отдаёшь, словно княжной родилась.

— А я и есть княжна. Разве тебе это неизвестно, старая?

— Мне удивительно, откуда ты это знаешь? — с нажимом произнесла собеседница.

— Вороны поведали да рыбы рассказали, — засмеялась Чистозвана.

— Хотела бы и я увидеть говорящих рыб да всезнающих воронов, — поддержала шутку Баба-Яга, — подозреваю, что этого ворона зовут Гостобран, а рыбу кличут Гордеслава.

— Ты что, бабушка? — деланно изумилась Чистозвана. — Если бы князь Гостобран знал о моём происхождении, то он бы сделал меня заложницей.

— Кто может предсказать ход мыслей дурачины, — нахмурилась Баба-Яга, — может он предполагал сделать княжескую внучку своей наложницей, и тем накликать на Творислава несмываемую осраму. Мол, смотрите, люди добрые, я сделал волочайкой княжескую внучку. Глупо, но Гостобран даже в молодости особым благоразумием не выделялся. Но я уважаю тех, кто умеет хранить свои… и чужие тайны. Похвальное, но редкое качество. Так каковы твои планы, Чистозвана?

Девушка отметила, что Баба-Яга обратилась именно к ней, словно признавая её старшинство в этой маленькой девичьей ватаге. Хотя теперь их остаётся только двое. Судя по тому, как озарилось красивое личико Арыси, она восприняла решение Чистозваны с огромным облегчением. Она не знала Вадима и, честно говоря, недолюбливала женатого парня, который только морочил светловолосую голову наивной и порывистой Свинье. Даже если бы Вадим был свободен, то Арысь была бы не в восторге заполучить такое чудо в родичи. Он же все соки из Свиньи выпьет. Даже мудрая лесная ведунья недолюбливала гончара и не раз пеняла девицам, что такой человек не стоит их любви и самопожертвования.

— Первым делом мы начнём искать золото. А после золота найдём жертву. Если мы заставим ждать человека, то он может и передумать, — сказала Чистозвана, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

— Это разумно, — одобрила Яга, — легче сыскать золото в топи, чем того, кто добровольно умрёт за чужака.

— Бывают, что люди накладывают на себя руки, — подала голос Свинья. Она хотела спросить Чистозвану о её княжеской родне, но отчего-то не решалась. Если слова их проводника девушка пропустила мимо ушей, то из диалога Чистозваны с Ягой она сделала определённые выводы. Но зачем княжне, которая тоскует по иному, простой гончар, некогда предавший её? Выходит, что Чистозвана остаётся в чаще только ради Свиньи. Или её данное слово держит крепче, чем болотные травы Вадима. Свинья уже пыталась его достать оттуда, но безрезультатно. Узнав об этом, Ярополк объяснил девушке, что даже если они закинут невод, сплетённый мёртвой красавицей, вытащат Вадима и опрыснут его живой и мёртвой водой, то особого добра не нужно знать. В лучшем случае Вадим останется чудовищем с длинными руками и чешуйчатым хвостом. А в худшем?.. В худшем он зачахнет от тоски, как берегиня или русалка, которую влюблённый красень насильно сделал своей женой. Или любимую может за кромку утянуть. Как любит говорить бабка Снежица: «Куда не кинь — всюду клин».