Большая головная боль

Ульяна

Жизнь в Аверно оказалась не настолько адской, как её представляла себе Илейна. Она оказалась и вовсе не адской, а вполне неплохой. К местным пришлось привыкать, но своеобразный статус делал её неприкасаемой едва ли не для всех местных.

Бодаться с Зариэль она всё равно никогда не планировала.

С её умением притвориться страшнее чем есть и суровым характером, Илейна внезапно и очень быстро стала аудитором в Аверно. На этот раз самым настоящим. Здесь шутка, что всем аудиторам место в аду, стала истиной во всех инстанциях. Впрочем, гонять чертей по нормативам было весело. А нейтралитет в жестких мерах систематизации делал профессию чем-то вне конфликтов каких-либо сторон.

Из гильдии она ушла сразу после венчания в храме Открытой Длани. Решила не мучить себя и сразу распрощаться с прошлым. Рыжик, завидев её супруга, пугливо присвистнул:

— Так вот что бывает, когда заигрываешься с аудитом! Вот оно как…

Будучи едва ли не единственным женатым дьяволом Рафаил пользовался каждой секундой наедине, чтобы узнать о ней побольше, хотя о себе говорил мало и скупо, считая жизнь дьявола скучной.

— Где ты так научилась подражать аудиторам?

— В моей жизни были разные периоды. Не всеми я горжусь. В какой-то момент я устроилась в Счётную Палату Балдура помощницей аудитора. И большей мерзости я не встречала. После нескольких месяцев стажировки я уверилась, что худших монстров, чем бюрократы, не существует. И бежала, сверкая пятками. После мне нестрашно было вступить даже в Зентарим.

С тем самым Рафаилом она старалась не пересекаться. По словам супруга, начальство, под влиянием сиюминутных стремлений, планов и прочих адских желаний, просто позабыло о ней. Но приказ есть приказ. Наблюдатель не сводил с неё глаз ни днём, ни ночью.

Особенно ночью.

Поначалу их брак состоял из разговоров и принятия той истины, что эриниям очень-очень нравится близость со смертными. Настолько нравится, что Илейна полушутливо жаловалась, что сотрётся в некоторых местах. Но так же истиной являлось, что люди в ещё большем восторге от похоти и разврата в объятиях этих дьяволов. И всё же в этой вечно пылающей почве начали прорастать ростки чего-то настоящего. Чего-то более глубокого, чем просто симпатии.

Впрочем, в почве их бурных отношений росло и кое-что другое.

Одним адским днём, который в Аверно не то что бы отличался от ночи, когда благоверный вернулся в их дом после важной «командировки» в Канию, его уже поджидала очень-очень недовольная Илейна. Она сидела за столом, мрачно глядя на него. Рафаил заметил её настроение, но не стал сразу допытываться, в чём причина.

И это было его первой ошибкой.

— Милый, ты ведь лучший в Аверно наблюдатель, так? — елейным голосом поинтересовалась она с улыбкой, от которой падали в обморок все бесы Аверно.

— Разумеется, душа моя, — запросто клюнул он на наживку.

— И настолько внимательный, что не упустишь ни единой мелочи? Прямо, ни единой пылинки, если за кем-то наблюдаешь? — продолжала она

— Да. Я самый наблюдательный, — кивнул он, ничего не подозревая. Рафаил хотел подойти к ней и обнять, но настрой Илейны показывал, что это чревато тяжёлыми последствиями.

— Да ну?!

— Истинно так. Например, я наблюдаю, что ты очень злишься. И по меньшей мере отчасти ты злишься на меня, — отметил он, всё ещё не догадываясь о причинах.

Она раздражённо выдохнула с заметным рыком и скрестила руки на груди.

— Какой наблюдательный! Может, скажешь, почему я на тебя злюсь?

— Вы, человечки, существа сложные. Я думаю, ты мне объяснишь, почему ты злишься, — дипломатичный ответ вызвал ещё большую бурю злости.

— А ты не замечаешь во мне никаких изменений? — едко поинтересовалась она.

— Ты стала более волевой и уверенной! Я горжусь тем, что все черти тебя побаиваются…

Когда в аду кипит работа, время летит с сумасшедшей скоростью. И, так уж вышло, что они оба были сильно заняты в последнее время. Супруга внезапно призвал архидьявол Мефистофель, чьим сыном как раз являлся тот самый Рафаил, которого избегала Илейна. В безумном вихре перемен она сама не сразу заметила, что изменилась.И ждала когда это заметит муж. Порой задавала наводящие вопросы, но, кроме слов «ты стала ещё прекраснее», ничего не получала.

— И всё?! — возмущённо воскликнула она, не понимая как он мог пропустить самое главное.

— И намного прекраснее. Хотя ты и до этого была прекрасной. Но сейчас ещё прекраснее…

— Да восьмое пекло! Я беременна!.. — рявкнула она, уже не сдерживаясь.

После того как это стало очевидным Илейна какое-то время была в шоке и в ступоре. Но, дабы задобрить нового аудитора, местные камбионы посоветовали нужных специалистов. Не она первая собиралась произвести на свет полудьявола. И не она последняя. Не в пример браку, беременные смертные в Преисподней оказывались часто, чтобы родить в подходящих для ребёнка условиях. Под присмотром знающих суккубов она переносила беременность спокойно.

Кроме моментов почти бешеной ярости, которые накатывали всё чаще. Знак того, что очень скоро наступит момент рождения.

Едва нужное слово прогремело, Рафаил застыл на месте, глядя на нее щенячьими глазами. Словно не являлся весьма древним и суровым дьяволом.

— Ты… Значит я скоро стану… О… О!.. Но ведь это прекрасно! — тон его голоса стал непривычно высоким. Казалось, ещё немного и он начнёт петь. К счастью, недовольное выражение лица Илейны его отрезвило: — Но ты злишься… Ты думаешь, что не справишься? Или из-за нашего ребёнка? Не переживай, душа моя, мы со всем прекрасно справимся. И когда малыш будет готов…

— Он УЖЕ почти готов. На меня смотри, мать твою дьяволицу за ногу! — Илейна встала из-за стола, демонстрируя свой круглый-круглый живот.

Она бы не удивилась, если бы ребёнок начал появляться прямо сейчас, чтобы лично сказать какой у него папка невнимательный.