Большая семья для бывшего

Глава 12

Анита

Идем с девочкой в «ГрадСтрой». Я поглядываю на нее, ища сходство с Дамиром, но его практически нет. Видимо, Саша взяла гены матери. Светловолосая, с бледной кожей, худенькая совсем.

Невольно думаю о том, что Даня похож на Дамира сильнее, но, наверное, это логично, что мужская линия в сыне преобладает над моими генами.

— Ты помнишь, куда дальше? — спрашиваю Сашу, когда мы входим в «ГрадСтрой».

— Не-а.

Ладно, разберемся.

Спрашиваю у встретившихся нам сотрудников, как попасть в офис генерального, и они, с удивлением косясь на нас, указывают направление.

Грешным делом думаю, не слиться ли. Попросить кого-то из сотрудников Сафарова забрать его девочку и отвести к нему, чтобы лишний раз не видеться с Дамиром, но потом понимаю, что не буду чувствовать себя спокойно.

Раз уж нашла, мне и доставлять.

Доходим до двери, на которой висит лаконичная табличка: «Дамир Сафаров. Генеральный директор».

На всякий случай я стучусь и толкаю двери.

Сразу понимаю, что тут творится хаос.

Мы с Сашей заходим в приемную, где, по всей видимости, сидит секретарь, а оттуда, кажется, можно пройти в кабинет Сафарова.

И именно из кабинета слышатся встревоженные голоса.

— Илона, я звоню начальнику охраны здания, а вы начальнику смены.

— Мне нужно время, чтобы раздобыть номер! — женский голос дрожит от испуга.

— У вас должны быть номера всех служб, которые находятся в нашем здании, — вспыхивает Дамир.

— У меня есть все, кроме начальника смены.

— Звоните тогда на проходную, чтобы не выпускали ни одного ребенка, ни с сопровождением, ни без. Охрана сказала, что никто не выходил, но Сашка маленькая, могла в толпе затеряться.

Голос Дамира звенит от напряжения, в нем слышна паника.

Несмотря на то, что к Дамиру я питаю самые негативные чувства, желания насмехаться над испугом бывшего у меня нет никакого. Даже представить не могу, что чувствует он сейчас, понимая, что его ребенок неизвестно где.

Сколько пройдет времени, прежде чем его кто-то обидит?

Мы переглядываемся с Сашей, и я решительно иду через приемную в кабинет Сафарова, не выпуская детскую руку.

— Пап, привет, — как ни в чем не бывало говорит девочка и заходит в кабинет.

Дамир бледен, глаза воспаленные и встревоженные. Увидев дочь, срывается к ней и доходит в два шага, опускается перед ней на колени, прижимает к себе, зажмуривается.

— Как же ты меня напугала, — признается шепотом.

Я так и остаюсь стоять в проходе и с горечью думаю о том, что Даня лишен этого — отцовского тепла.

Вопрос в другом.

Что сделает Дамир с ребенком от женщины, которую ненавидит много лет и которая, по его мнению, испортила ему жизнь.

Как будто по мне Сафаров не прошелся…

Будет ли Дамир любить Даню точно так же, как дочь? Будет ли переживать за него? Волноваться о том, где он, с кем, все ли у него есть?

Маловероятно…

А про его семью я даже думать не хочу — боюсь, что те могут пойти еще дальше и навредить моему ребенку.

Сафаров, видимо немного придя в себя, поднимает на меня взгляд, и его лицо становится хмурым, настороженным.

— Как ты нашла Сашу? — спрашивает так, будто предъявляет претензиии.

Хочется съязвить ему в ответ, укусить, как и он меня, но решаю быть выше этого. В конце концов, сейчас он явно пережил тревожный момент и не до конца отдает себе отчет в своих действиях и словах.

— Это не я ее нашла, — говорю спокойно. — Скорее наоборот.

Саша заглядывает в глаза отцу и рассказывает:

— Я шла по следам, чтобы дойти до игровой, а нашла Ниту.

— Ну зачем ты ушла? — Сафаров берет ее лицо в руки: — Я же сказал тебе: до кофейни и обратно.

— Там не было молочного ломтика, — надувает губки. — И я подумала, что, может быть, он есть в другом месте, и ушла. А потом увидела следы и захотела посмотреть на игровую. Ты же обещал меня сводить в игровую!

— Так и пошли бы вместе! Зачем ты одна туда отправилась?

— А вдруг там игровая для маленьких и мне бы там не понравилось. Я бы одним глазком глянула… — заявляет так, будто это вполне себе логично.

Внутри ворочается что-то колючее и давящее. Обида? Зависть?

Хотя прошло десять лет. Я давно переболела, но, видимо, шрамы все равно продолжают зудеть.

Интересно, где ее мама? В каких отношениях Сафаров с ней?

Наверняка счастлив.

А мы с Даней тоже счастливы, и жаловаться мне не на что.

Дамир поднимается на ноги и подходит ближе, смотрит мне в глаза равнодушно.

— Насмехаешься надо мной? — спрашивает вдруг.

— Что? — от удивления у меня аж голос садится.

Женщина, которая стоит тут же, кажется Илона, округляет глаза и прикрывает рот рукой, шокированная таким поведением босса.

— Как что? Я потерял ребенка. Самое время сочиться сарказмом и рассказать мне о том, какой я отец-дебил.

Эту злость можно руками пощупать, настолько она осязаема.

— Вот только не надо спускать всех собак на меня. — Стараюсь держать себя в руках, потому что если и я скачусь до оскорблений при ребенке и постороннем человеке, то это будет унизительно в первую очередь для себя самой. — Я всего лишь вернула тебе дочь. Достаточного простого спасибо.

— Наверняка тебе есть что мне сказать. Съязвить о том, какой я плохой отец. Что только идиот может потерять ребенка.

— Ты и сам с этим прекрасно справляешься, — продолжаю спокойно.

Выглядываю из-за плеча Дамира и машу Саше:

— Пока!

Она машет мне в ответ, а я, бросив последний взгляд на Сафарова, разворачиваюсь, чтобы уйти.

Мне не нужно благодарностей или чего-то в этом роде. Но было бы неплохо не выливать на меня ведро негатива из-за, в общем-то, собственного косяка.

Закрываю дверь в приемную, и до меня долетает детский голосок:

— Пап, это та Анита, которая нам никто?