Большая семья для бывшего

Глава 15

Анита

Дамир пристально смотрит на меня, чем вызывает во мне желание надеть паранджу.

— И долго ты следишь за мной? — спрашиваю холодно.

Но намного интереснее — что он увидел?

А еще надо сделать себе пометку: закрывать дверь.

Нет, когда у меня клиенты, я вообще закрываю дверь на замок, чтобы кто-то посторонний случайно не вошел. На сессиях у меня часто плачут, а мало кто желает показывать свои слезы посторонним.

Кажется, пора закрываться и когда я одна.

Возвращаюсь к карнизу, делая вид, что мне нет дела до бывшего.

— Только пришел, — говорит Дамир.

Что-то в его тоне заставляет меня вновь посмотреть на него.

То ли он устал, то ли в его голосе сквозит вина. Вот уж не поверю.

— Зачем пришел? Прости, я сегодня не настроена терпеть твои выпады.

Что-то идет на так с моим карнизом, потому что он неплотно прилегает к потолку и занавеску вешать небезопасно.

— Слезай.

Дамир решительно снимает пиджак, оставаясь в белой рубашке, и мои брови поднимаются от непонимания.

— Что ты делаешь?

Сафаров идет через мой кабинет, и я машинально прикрываю рукой подол юбки. Она не слишком короткая, но на всякий случай.

— Слезай! — давит на меня взглядом.

— Черт, ты же не бить меня пришел, Сафаров? Что бы ты там себе ни придумал или ни узнал, я ни при чем! — чуть ли не выкрикиваю.

Возможно, Саша сказала его матери, что познакомилась с Анитой? Ох, я уверена, она мое имя не забыла — могла что-нибудь придумать, чтобы Дамир окончательно слетел с катушек.

Дамир качает головой с таким выражением лица, будто я несу чушь, а после подходит и неожиданно обхватывает меня за бедра чуть выше коленей и снимает со стремянки. Она всего на три ступеньки, так что он легко справляется.

Я, растерянно ойкнув, обхватываю его за шею, цепляясь, чтобы не упасть.

Странно, но мы касаемся друг друга всего пару секунд, но время будто течет медленнее, напоминая мне о том, что было между нами. Прикосновения, объятия и… лживый шепот, чего уж тут говорить.

Тело Дамира под моими руками кажется еще тверже, еще сильнее. Я позволяю себе запомнить этот момент и ощущения от того, что меня держит на руках сильный мужчина.

Я так привыкла все делать сама. Воспитывать сына, заниматься бытом, решать вопросы. Даже вот карниз — и тот вешаю сама.

Нет, я не жалуюсь и не прошу помощи, хотя от последней не оказалось бы. Увы, но тут либо платить кому-то вроде мужа на час, либо… отказываться от свиданий.

Проще самой. Пусть дольше, зато спокойнее.

Дамир ставит меня на пол, и наши взгляды сталкиваются. На какую-то долю секунды я вспоминаю наше общее прошлое. Очень зыбкое и обманчивое.

Я злюсь, вспоминая его.

Но сейчас я не понимаю, на кого больше. На него — за ложь и пренебрежение? Или на себя — за то, что была непозволительно наивна?

— Дай сюда. — Пока я разглядывала его, Дамир закатал рукава рубашки и теперь забирает шуруповерт, откладывает его в сторону и лезет на стремянку с отверткой в руке.

Он что-то ковыряет там, а я, пользуясь моментом, отхожу на пару шагов и смотрю на Сафарова.

На сильное тело, которое стало еще больше с того момента, как мы виделись в последний раз.

На широкие плечи и крупные руки, на которых видна игра мышц. Рубашка опасно натягивается, а я морщусь.

Соберись, тряпка!

Тебе нельзя.

Не каждый пряник, который красиво переливается глазурью, вкусный.

А с некоторыми есть вообще риск подавиться и умереть от асфиксии.

Так что слюни подобрала и в себя пришла. Или напомнить тебе, как долго ты страдала после расставания с Сафаровым?

Дамир спускается и идет к небольшому чемоданчику с инструментами, роется в нем, что-то достает, примеривается, снова лезет наверх — и так несколько раз.

— У тебя там дюбель размотало в хлам, поэтому карниз отошел.

И возвращается наверх. Ковыряется, крутит что-то и спускается.

— Как-то так, — протягивает мне шуруповерт, который я машинально принимаю, и перевожу взгляд на карниз — он теперь надежно закреплен.

— Спасибо, — благодарю растерянно и откладываю инструмент.

Дамир кивает и опускает рукава, застегивает пуговицы на манжетах.

— Да, — продолжает неожиданно, — я пришел сюда за этим же.

— За чем именно?

— Сказать спасибо, — говорит равнодушно.

— Спасибо? — переспрашиваю, не понимая.

— За Саню. Спасибо, что привела ее. И прости, что сорвался на тебя, — выпаливает почти скороговоркой.

— Уверена, на моем месте ты бы поступил так же, — обнимаю себя руками.

Дамир хмыкает и качает головой:

— Не думаю, что ты попала бы в подобную ситуацию и потеряла собственную дочь.

— Возраст такой, — говорю аккуратно. — Нормальный любознательный ребенок. Просто ей надо объяснить, куда ходить можно, а куда нет.

Зря я полезла…

— Разберусь, — говорит резко, не пуская меня дальше жестко выставленного электрического забора.

Я не работаю с детьми. Это не мой профиль, но бывает, что родители просят.

Девочка у Дамира хорошая. Контактная и эмпатичная. Только будто немного оторвана от мира, похоже, ей особо не занимались. И судя по тому, как себя сейчас ведет бывший, он и сам это понимает.

Дамир осматривает мой кабинет:

— Ты теперь психолог?

— Да.

Сафаров забирает пиджак и надевает его, направляясь к двери, и бросает на ходу:

— Не надо анализировать меня или Сашу. Оставь нас в покое.

Приехали…

— Вообще-то, ты сам пришел ко мне!

— Я не о том, — опускает пальцы на дверную ручку. — Не надо оценивать поведение Саши или мое. Я не нуждаюсь в твоих услугах.

Уходит, аккуратно прикрыв дверь, оставляя меня в шоке. Вроде и извинился, но почему стало только хуже?

— Очень зря, Сафаров. Полечить мозги тебе бы не помешало, — говорю закрытой двери, за которой уже давно скрылся Дамир.