Большая семья для бывшего

Глава 17

Дамир

— Саша спит?

— Не знаю, — огрызается. — Я отправила ее спать, а уснула она или нет, я не нанималась проверять.

Делаю мысленную пометку: найти няню для Сашки. Потому что Сусанна явно попутала берега.

Наверное, сразу надо было озаботиться, но мне никто не подсказал, а сам я не додумался. Так что все познается на собственном опыте.

Еще бы понять — где их искать, этих нянь?

Невольно лезут в голову мысли про Аниту. Ведь она наверняка знает кого-то, раз работает в этой сфере.

Сафаров, ты просто ищешь лишний повод, чтобы увидеться с ней, ты же понимаешь это?

Анита — табу.

У нас с ней не получилось ничего. Возможно, изначально вина и лежит на мне. Ворошить прошлое не надо.

И в свое настоящее ее впускать тоже не стоит.

Плетусь в ванную, мою руки, умываюсь.

Сусанна стоит над душой.

— Это твой ребенок! Твой, Дамир, а не мой! У меня своих двое, я за ними не поспеваю. Почему я должна помогать тебе с твоим ребенком?!

Вытираю полотенцем лицо и выхожу из ванной. Иду на кухню, открываю холодильник, в котором шаром покати.

Надо закупить продукты, но я разрываюсь между домом и работой, у меня нет времени.

— У меня тут куча меню с доставками, ты заказала что-то?

— Нет, я ничего не заказала, — Сусанна копирует мою интонацию.

Оборачиваюсь к ней:

— Саша ужинала?

— Я пожарила ей яичницу! — вспыхивает. — Кроме яиц, у тебя ничего не было.

— Я же просил заказать в доставке нормальную еду, — накатывает неконтролируемая злость. — Саша не любит яйца.

Лезу в мусорку.

А там лежит целехонькая глазунья — два яйца.

Резко оборачиваюсь к сестре:

— Ты уложила мою дочь спать голодной? — срываюсь.

— Я сделала ей яичницу! — выкрикивает мне в лицо.

Я не бью женщин. Даже когда Анита начудила десять лет назад, у меня и в мыслях не было ударить ее.

Но тут… мне хочется всыпать Сусанне так сильно, чтобы никогда больше и не подумала так обращаться с моей дочерью.

— Она сказала тебе, что не любит яйца? — надвигался на нее.

— Сказала, и что? Мои дети тоже не любят овощи, но едят их!

— Я просил тебя заказать доставку?

— Я тебе не помощница по хозяйству! — отступает от меня.

— Нет, Сусанна, — дергаю бровью, — и это даже хуже. Потому что ты моя сестра, а там, — указываю на спальню Саши, — твоя племянница. Маленькая девочка, которую ты отправила спать голодной.

— Еще раз, — уже не столь агрессивно продолжает Сусанна, видимо понимая, что вывела меня из себя, — я не нанималась! Мне вообще пришлось оставить детей на мужа!

— Твой муж прекрасно проводит время с детьми. И да, ты могла увезти Сашу к себе, чтобы не отвлекаться от семьи, а я бы уже забрал ее от тебя.

— Я не обязана! — краснеет.

— Раз ты не обязана, тогда какого хера согласилась помочь? — повышаю на нее голос. — Я часто прошу тебя о помощи?! У меня случилось ЧП, и я решил обратиться к единственному близкому мне человеку — к моей сестре. Но этот близкий человек оказался хуже чужака, ей-богу! Уверен, если бы я попросил секретаршу, она бы вела себя гораздо добрее, чем родная тетка!

Сусанна отходит к двери, увеличивая между нами расстояние.

— Дамир, я не могу ее принять. Не наша она, вот и все.

Держись, Сафаров. Держись.

Тяну носом воздух, дышу, чтобы сохранить остатки самообладания

— Ну и пошла вон тогда, — говорю ледяным тоном.

Сусанна резко оборачивается ко мне, округляет глаза.

— Дамир, ты что? — ее голос потерял возмущенный тон, кажется, она не верит в то, что услышала.

— А что такое, Сусанна? Ты же сама сказала, что принять Сашу не можешь. Вот и катись отсюда, раз тебе мой ребенок как кость в горле.

— Я… ты гонишь меня? — ее глаза наполняются слезами.

А я криво улыбаюсь ей:

— А ты как думала — я, едва услышав что тебе что-то не нравится, побегу отдавать дочь в детский дом?

— Нет, но я…

— Я сказал тебе еще в прошлый раз: не заставляй меня выбирать.

— Дамир, но так не делается, — стирает слезы со щек, а я подхожу к ней и беру за локоть, тяну к выходу.

— Это ты себе скажи, Сусанна. Разве так поступают с детьми, как поступила ты?

Открываю дверь и выставлю сестру за порог.

— Всего хорошего, — и захлопываю дверь перед носом плачущей сестры.

Кажется, немного от сердца отлегло.

— Пап.

В коридоре стоит дочь, прижимая к груди гуся, с которым спит. Я купил ей его, когда она только родилась.

Помню, Лана смеялась надо мной и говорила, что это не подарок для новорожденного.

Пусть так, зато пригодился сейчас.

— Привет, Сашуль, — говорю мягко, и этот ежик даже не поправляет меня.

Я устало стекаю на пол. Саша подходит ко мне, забирается на колени, обнимает рукой за шею.

Утыкаюсь носом ей в волосы, прикрываю глаза.

— Пап, а можно меня будет забирать кто-то другой?

— Да, Сань. Я обязательно найду тебе няню.

Сашка молчит, размышляя.

— А давай попросим Аниту?

Внутри будто струна рвется.

— Аниту? — переспрашиваю шокированно.

— Угу. И что, что она чужая? — продолжает робко. — Зато она добрая.

Усмехаюсь в ответ на слова дочери.

— Анита, может, и добрая, вот только мы с ней… — Когда-то она была влюблена в меня, а потом из-за этой любви начудила. Нет ни одной причины, по которой бы мы смогли нормально общаться. — Мы с ней не очень ладим.

Сашка отстраняется и заглядывает мне в глаза:

— Ну и пусть. Главное, чтобы она ладила со мной.

— Логично, — киваю. — Вот только она не няня, а психолог. Это совсем другое.

— И что? — спрашивает снова. — Не переживай, у нее есть сын, она умеет обращаться с детьми.