Большая Стерва

5. Дарья. Прямые следствия невралгии

Межреберная невралгия начала Дарье портить жизнь после того, как она защитила выпускной проект. Она так и не поняла, перенапряжение в период интенсивной подготовки или то, как сильно и больно ее прижал Боря к стене (вроде даже хруст какой-то слышался, а может, показалось). Как бы то ни было, но несколько раз в год приступ невралгии. Беспечность молодости именно в этом и проявляется – поболит да перестанет.

Но в этот раз невралгия бушевала неделю. Не давала двигаться. И Дарья все же пошла в поликлинику. В таком состоянии ни о какой встрече с клиентом речи быть не могло. Добавим еще, что клиент неприятный, да еще и изначально Дарья собиралась его отдать Боре. Вот и решила, что на следующей неделе пусть Боря и идет собирать сведения. А потом, когда плохо сделает проект (а сделает он его плохо, клиент-то попался вреднючий).

Когда Демьян позвонил в бюро и попросил, чтобы именно Стэрв занимался его проектом, Дарья лечила свою невралгию.

— Могу ли попросить, чтобы дизайн-проект в моей квартире и последующие работы были выполнены и осуществлены под руководством Стэрв?

- Конечно, – ответил секретарь, – я внесла пометки.

Вот так дословно и передадут просьбу клиента дяде Дарьи. Дядя довольно кивнет – кому же не нравится работа Дарьи? Всем нравится. Попросил секретаря перезвонить клиенту и заверить, что так и будет.

Поскольку Даша выйдет только через несколько дней, то всё же на предварительные размеры и уточнения клиентского запроса вышел по поручению той же Дарьи Стэрв Боря-Борюсик.

Боря явился к Демьяну в квартиру в послеобеденное время. Демьян установил себе здоровьеохранный режим с сокращенным днем. Как ни крути, хирург должен восстановиться. Именно встреча в границах рабочего дня вызвала необходимость вести ряд параллельных переговоров. Борис подозревал, что Дарья устроит ему какие-то неприятности. Но выхода не было, пока он завязан на работу только здесь, как ни велика столица на рабочие места, три года по специальности никак устроиться не мог. С другой стороны, всегда оставалась возможность потихонечку мстить гадюке Дарьюшке. То там о ней нехорошо пошепчется, то здесь.

Так нет же, Стервища только все поганые слухи о ней в свою пользу использовала. Всё так поворачивала, будто хождение сплетен о ней для нее лучше всего на всем белом свете. Вот, к примеру, Борис пустил слух, что Дарья заводит любовников только на одну ночь, потому что на вторую никто с ней не согласится, поскольку у нее есть любопытный дефект в самом интересном месте. И что вы думаете? Дарья стала привлекать столько внимания, что бесила Бориса еще больше.

Все знакомые и малознакомые стремились дефект изучить. Неизвестно, кто ей сказал причину такого буйного интереса, но Дарья только веселилась. Очередной любитель-исследователь бросился приударять за Стервой. Был он из поставщиков, работал с бюро последние полгода. Вчера были конфеты. Сегодня конфеты и букеты. И приглашение. А Дашенька так громко, чтобы все в бюро слышали, говорит, принимая букет:

- Оу! А Вы тоже заинтересовались моими особенностями? Конечно, пойду! Всегда рада приятно провести вечер, особенно, если в завершении вечера меня ждет удовольствие. Только уж и вы не подведите! Предыдущий кавалер потерпел фиаско, теперь стесняется к нам заходить. А жаль! Люблю, знаете ли, высоких брюнетов. Это ничего, что Вы блондин и не очень высокий. Тоже неплохо. Особенно, если Вы не склонны к фиаско.

И улыбается зараза так, что мужику неудобно. А мужик был не из скромняг. Но букет Дашенька держала при этом крепко, назад не отдала. Понятно, что ухажер ретировался. Правда сотрудничать с бюро не перестал. Ему теперь неловко, и Дарья под эту историю на правах дочери и племянницы владельцев скидку выбила. В тот самый день фиаско Дарья Стэрв по бюро ходила с мечтательной улыбкой. Суууука подлая!

***

- Я еду к Вам, Демьян Иванович, на ресерч, - Боря любил употреблять именно такие термины, что вызывало раздражение у его не слишком современного начальства.

Прошлое поколение, что возьмешь? А меняться нужно. Тренду соответствовать нужно. Ох уж эти Стэрв! Не стань дурить тогда Дашка, уж он бы и апгрейдил бюро, но бы задал динамику. Черт, чего согласился идти к ним работать? Ах, да – диплом получил не вовремя. Да еще надеялся, что дуронька перебесится и снова будет у них любовь-морковь. А там и поженятся. Обычно после того, как хорошо «прессанули» парня девчонки еще и вину испытывают. Но дуронька не перебесилась, а по-прежнему бесилась. Может из-за того, что Боря недостаточно настаивал на перемирии. Может как-то не так повинился. Как ни крути – не сложилось. А может еще и сложится – три года для дурной бабы не срок.

Демьян Иванович снова напрягся. Чего это «он едет»? Сначала же нужно согласовать – готовы или не готовы его принять клиенты. Наверное, нужно всё же было прекратить отношения с этим «бюро». Название какое-то неуютное, сейчас все больше дизайн-студии, а тут – бюро. Нафталин. Собственно, и слова "нафталин" уже не все знают. Ну ладно, хоть не баба опять едет. Посмотрим на этого владельца, на Стэрв(а).

«Владелец» неожиданно для Демьяна оказался молодым мужчиной, во всяком случае моложе самого Демьяна. Как-то вычурно модноодетым и даже манерным. Всё Демьяну в этом Стэрв(е) не нравилось. Пожалуй, что их злобная баба была более профессиональной.

Выводило из комфортного мироощущения хирурга еще и то, что молодой владелец бюро сам протянул руку для пожатия, как-то попытался силой пожатия с ним померяться, как-то конкурентно смотрел в глаза. Мало кто может соревноваться в силе рукопожатия с хорошим хирургом, разве, что профессиональные спортсмены. Ну или те, у кого постоянный тяжелый ручной труд. Но! Руки хирурга, кардиохирурга – не то, что допустимо всем пробовать на сжатие. У Демьяна Ивановича привычка уклоняться от рукопожатий. Только со своими! Только короткое, крепкое, но несильное пожатие! Руку протянул только потому, что приехал знакомый знакомых. Пришлось нажать посильнее на руку дизайнера и освободиться. Демьян был вынужден зафиксировать: