Большая Стерва

19. Скажи-ка, дядя

-И откуда ты, зараза медицинская взялся? Какого черта лысого я у тебя прошлый раз осталась?

Дашка бурчит сама на себя. Вот ведь как распушистилась и подобрела. Вредно это для опаленного женского сердца. Дарья придумывает себе разные интересные словечки, чтобы достаточно себя поругать, осудить и вернуть на путь истинный, то есть в стерв-состояние. На работу сегодня особенно ехать не хочется. Обратила она внимание, что Этот Хирург (с твердым нажимом на «хэ») рассматривал ее скромную машинку два раза. А что она может сделать? При покупке квартиры пришлось доплатить. Отделка и мебель тоже стоили. Ну и должна же Стерва выглядеть стервозно. А что это значит? Значит, на одежду и обувь приходится тратить нормально так. А еще у Дашки есть пара секретов, в которые тоже пришлось денег ввалить. Один можно раскрыть уже сейчас, а другой (или даже два других) еще должны повременить.

Первый секрет – ее подружка институтская, ребёночка от Борюсика родившая. Не выгребает ее подруженька. По этой причине Дашка все Борины штрафы откладывает отдельной стопочкой. А потом еще и прибавить приходится. Вот и сегодня ни свет ни заря позвонила подруженька заклятая.

- Дашенька, не к кому больше обратиться. Петенька опять заболел. Нужно…

И понеслось. А нужно всегда много. Дарья перевела прошлый раз на одежду по сезону и лекарства от аллергии. Что-то было позапрошлый раз. Но суммы впечатляли. Ребенок - удовольствие недешёвое. А ещё у Люды с работой плохо. Да и какая работа с маленьким и часто болеющим ребенком на руках? Пробовала по специальности дистанционно работать – какое там! Не пробиться. Дистанционно полно специалистов не в её ухо.

Подружка жарко благодарила. Рыдала от умиления. А потом опять высказывала обиду. Вот если бы Дарья не лишила в свое время Борюсика получить диплом…

Дарья в этот момент думала – вот так, вам, сукам залётным, и помогай. А сегодня всё на круги своя – плачет. М-да. Нужно выход из этого находить.

Даша пьет кофе на своей любимой кухне, стоя возле своего любимого стекла с односторонней прозрачностью. Это давно стало любимым ритуалом. Близко, близко к стеклу. Из одежды – тапочки и цепочка. Класс! Будто вызов бросила миру. Только холодно с миром эдакими вызовами меряться. Поэтому кофе из маленькой чашки допиваем – на работу, на работу.

А что делает Этот Хххирург? А хирург проснулся и включил кофе-машину. Пока умывался, задал себе вопрос – а откуда взялась неуместная стеснительность? Почему Дашу вчера не поцеловал, так как хотел?! В чем секрет мужской уверенности в своей неотразимости и востребованности, а также исключительной своей сексуально привлекательности каждого мужчины, неизвестно никому. Дедушка Фрейд считал, что это прямое следствие анатомического строения. Может быть и так. Но результат один: от подзаборного до министра министров или царя царей каждый мужчина уверен, что именно без мужчин женщины вымрут. Но, а если и женщины оказываются хитрыми и ничем своё несогласие с этой тезой не показывают, то всё – корона намертво впивается в голову и сознание мужчины.

Так вот, Демьян думает «А вдруг она на меня обижается за то, что ночью ничего не было? И вчера даже не поцеловал как следует. Поэтому не хочет со мной встречаться». А на самом деле, хорошо, что Даша этого всего не знает. Неизвестно, что она бы сказала или сделала. Были, были уже пострадавшие от своей уверенности.

Наши герои отправились на работу. Один, выполнив все нормы ЗОЖ и ПП, а вторая все нормы женской капризности – поговорила, кофе проглотила, боевые узоры, макияж нанесла.

А дядюшка сюрприз устроил. Взял-таки на работу нового дизайнера. Только Даша приехала, дядя Сеня навстречу.

- Знакомься, Даша. Новый сотрудник. Ирина.

Ирина вполне опытный дизайнер, хорошие работы. Определили место работы, обговорили, что не обязательно каждый день работать установленные часы в бюро. Есть необходимость – можно и дома, при наличии условий. Условия есть. Пришлось их устроить. Ирина – мать-одиночка, порой нужно быть дома. Уже потом, сидя у дяди в кабинете Даша поинтересовалась, зачем взяли мать -одиночку. Это же сплошные проблемы с ребенком. Ей-то и работать некогда – только и занимайся дитятком.

Дядя Сеня смеется.

- Дашка, да ты еще совсем маленькая и наивная. Нет лучше работника, чем мать-одиночка. Ей же никто зарплату домой не принесёт. Она и ребенок полностью зависят от ее усердия.

- Но ей даже заболевшего ребенка оставить не с кем.

- Ну да. Хорошо, что ей еще не нужно мужика своего нянчить. Только ребенка.

И дядя Сеня заходится смешком.

- Дядь, да ты прямо - феминистка.

- Я, Дашенька, - реалистка. Спроси отца. За все годы работы нашего бюро ни разу нас не подвела ни одна мать-одиночка. Они работали с гриппом и с поломанной ногой, они работали, когда их дети проходили реабилитацию после долгой болезни. Они не упустили ни одного клиента. Они не нарушили ни разу сроков.

- Хм. А моя бывшая подруга не работает. Не может устроиться.

- Значит, милая, ей кто-то деньги дает. На одних Бориных алиментах не проживешь без работы.

И дядя строго смотрит.

- И неправильно делает, что даёт.

- Почему?

- Потому, любимая племянница, что если мать не научиться решать проблемы, пока ребенок маленький, то не научиться никогда.