Большая Стерва

29. Далеко не эпилог

Если читатель подумал, что история завершена, то, таки нет! В ближайшее время Дарья и Демьян покажут, что им есть что сказать и сделать.

А мы продолжаем наш роман.

Демьян всегда любил спальню. Любил в детстве потому, что там можно замкнуть двери. Не то что в этой идиотской «детской». Ну кто придумал, что дети хотят, чтобы их комната называлась «детской»? При первой возможности он нырял в спальню, то есть в комнату взрослых, и запирался. Его первая квартира, конечно, однокомнатная, конечно, купленная отцом, это квартира — спальня. Большая кровать. Никаких юношеских кроваток. Кровать. В ней можно жить, читать, писать, есть, спать.

И в сегодняшней квартире любимая комната — спальня. Ах да, в период брака она была не очень любимой, потому, что в ней пытались навести порядок. Кому он нужен?! Убрать журналы со статьями из постели! Мракобесие! Запретить закидывать ноги на подголовник — дважды мракобесие. Нельзя спать поперёк кровати - фэншуй, карася ему под ноги, нарушаем. Есть в постели — нельзя! С чего бы? "Ты же доктор". А доктор любит есть в постели. В люлечке. И чай там пить. А потом возле кровати составлять. Нравится ему, когда возле кровати стоят чашки. Он не просит никого чашки за собой убирать. Он тут сам взрослый.

Демьян, как и положено почти интеллигентному человеку полтора месяца это терпел. А потом красиво выселили жену в другую комнату: мол для тебя так будет лучше, а погостить захочешь (или еще чего) - всегда рады жене в постели, а спать, законная моя, к себе, к себе. Спи там по фэншую!

Проснувшись (второй раз за утро), Демьян поправил на Дашке одеяло и привычно потянул руку к непрочитанной позавчера статье. Коллега писал о схожем с его, хирурга Ясенцова, пациентом случае. Но Демьян с описываемым ходом лечения никак не согласен. "Мы такие статьи читали, что не очень-то и прочтешь, мы в такое дерьмо ныряли, не захочешь, а всё ж хлебнёшь!" — напевает кардиохирург.

И чего это он? Никогда не пел, а тем более слова не переиначивал. Не царское, с позволения сказать, дело. Сместил взгляд — у Дашки одна рука раскрыта. Замерзнет ещё — в межсезонье в квартире прохладно. Потянулся укрыть — разбудил.

- Здравствуй, радость. Как любишь пить кофе? Я в постели.

- А я возле большого окна на кухне. Видел? У меня в квартире во всю стену.

- У меня такое тоже будем делать?

- Не будем. Я пью кофе, глядя на улицу и обязательно полностью голяком.

- Батюшки! Кого я в дом-то привел?! Голяком на кухне? У окна? Так, Даш, я иду кофемашину включать. Ты пока реши: пьешь в постеле или будешь голяком стоять посреди спальни с чашкой, окна-то у меня такого нет, а быстро выломать стену не успеем.

- Ладно, в постели.

- Но голяком! Я настаиваю. Тебе очень идёт. А главное, для семейного бюджета будет не накладно — никаких расходов на наряды.

Да почему же настроение такое замечательное?! Да не бывает же так! Или бывает?

Кофе всё же случился на кухне. Не голяком, но с полноценным затраком.

- Даша, поскольку ты уже имела неосторожность почти согласиться быть моей женой — не спорь, мне еще не хватало, чтобы твои родители мне претензии выставили, — и улыбается, зараза, — то инструкции следующие. Без звтрака из дома меня не выпускать, если день на пешую прогулку не пошел — ругать, за день до операции — отношения не выяснять. Ты, меня поняла? Обязанности усвоила?

- А у тебя какие обязанности?

- Как какие?! Странно, что спрашиваешь? Завтракать, на прогулку ходить, людей резать. Ну ещё буду тебе обязанности придумывать. И не вздумай меня не слушаться. Сейчас я тебе приказываю ехать со мной за кольцом. Попробуй только ослушаться. "Мы такое дерьмо читали, что скорее бы сдох пациент..." Ой, извини, статью одну читал. Кстати, спать мы будем вместе с медицинскими журналами и еще черт знает с чем.

- Я домой хочу.

- Ну уж нет! Ты меня с истинного пути сбила, ты сама у меня осталась, ты меня, можно сказать, испортила, спи теперь у меня.

- Хочу домой. Там все мои вещи.

- Вещи перевозим сюда. Ничего не знаю. Ты спишь только здесь. Иначе кольцо тебе куплю кривое.

- Твой проект готов. Ничего мы сюда не перевозим. Мы ремонт здесь начинаем. Я хочу домой.

- Даже не вздумай. Я не буду спать один.

- Ладно, поедем жить ко мне. Но имей в виду, я не вожу домой мужчин. Особенно шантажистов.

- Не надо меня никуда водить. Я бы сам пошел, но я не могу у тебя спать.

- Вот как!? Значит, меня в свою берлогу он затащил, а ко мне он не поедет! — Дашка пытается шутить, но веселья в голосе нет.

- У тебя кровати большой нет.

И обнимает. И грустно смотрит в глаза. И не хочет шутить. А чего хочет?

- Пошляк, — говорит Дашка.

- Нет, — отвечает Демьян. — Мне нужна большая кровать. Чтобы было удобно, чтобы в ней жить. Я не буду спать на маленькой кроватке, я не буду спать на диване. И я не буду спать без тебя. Спи рядом. Не буду без тебя, и всё. Ты согласилась быть со мной. Так будь!

- Дём, а что делать? Я не хочу из-за мелочей спорить.

- Не спорь. Начинаем делать ремонт в квартире. Будем жить где угодно, но с кроватью. Операция через несколько дней. Никаких нарушений режима. Сон, работа, еда, прогулки. И ты рядом. Обязательно рядом.