Больше, чем месть

Глава 4.4 Дорога гнева и слёз

- Давай же, шевели ногами, иначе нас поймают!

- Трудно шевелить ногами, когда ты их не чувствуешь, идиот! Не видишь, меня подстрелили, как олурука на охоте. Нужно было поворачивать во дворец, там хоть помирать легче.

- Легче? Вокруг дворца крылатые гаеши! Во дворце ташринцы, которые хотят тебя убить. По-твоему, это будет лёгкая смерть?

- Гаеши пришли по твою жалкую душонку... Как там тебя?... Так что будь добр тащи молча, или я заткну тебя сам. Понял?

- Как ты ещё не помер? Гирва инарийская...

Ноеро сплюнул набежавшую в рот кровь, взмахнул крыльями, перетаскивая себя и тяжёлую тушу пятого принца Инара на несколько метров. Киан был ранен, ташринцы смогли его практически обездвижить, сделав обузой. Глубоко вздохнув, ин-ирец оглянулся назад, но, кажется, им удалось оторваться от погони. Ташринцев уже давно не слышно. Подняв голову вверх, атмарец внимательно стал вглядываться в серое небо.

Никого. Ни единого гаеши.

Отдышавшись, Ноеро поудобнее схватил принца и поволок его в сторону крепко сплетённых веток деревьев. Пошёл хлопьями снег. Надвигалась буря. Сами боги благоволили им, укрывая беглецов плотным снежным занавесом. Но долго ли продлится эта удача? Боги изменчивы и любят шутить над смертными, отбирая даже надежду.

Где-то далеко раздался радостный звериный вой. И его подхватила целая стая снежных волков. Хищники выбрали свою добычу и теперь ее выслеживали. Голод гнал их, как гонит корабль морской ветер, а азарт придавал сил. У жертвы не было ни шанса на спасение. Впрочем, наверное, как и у них.

- Охотятся, - еле уловимо улыбнулся Киан. - Хоть у кого-то хороший день и сытый желудок. По крайней мере, будет... Вот же! Зараза!

Пятый принц Инара скривился, ломая деревянную стрелу с двух сторон, которая точно нанизала ногу инарца, как штык мясную закуску. Боль была вполне терпима, но инарец не сдержался, чтобы не высказать несколько недостойных принца слов, но вполне уважительных для наемника. Киан подполз ближе к дереву, спиной прислоняясь к тёплому стволу, и прикрыл глаза.

Пятый инарский принц не знал, выживет ли он или нет? На этот вопрос он не знал ответа ни при рождении, ни в три года, ни в пять, ни в пятнадцать лет. Киан мог умереть, только-только появившись на свет, если бы того пожелал правитель Инара. Он мог легко умереть в Мауктабби при обучении, отравившись ядом, при тренировке с кхопеши или когда проходил Испытание бесстрашия. Киан мог даже сдохнуть на Арене боёв. В Инаре он не задумывался о своём будущем. Жизнь? Смерть? В королевстве песков всегда выживали сильнейшие - таков был непреложный закон Инара. Киан и мысли не мог допустить, что он может умереть в какой-то другой стране.

Где безжалостный Инар? И где вполне миролюбивый Ташрин? Или Лирия? Или Огненная степь? Смешно их даже ставить в один ряд. Но вот он, пятый принц Инара, подстреленный ташринскими стражниками, спасается от неминуемой гибели с каким-то атмарцем. Какой он наследник? Пятый по счёту? Или нет? Юшор умер, Рендар, кажется, тоже испустил дух... Шарран сдох, но он младший... Рдарх, Арарш, Иешар... И определено кто-то ещё. Киан не помнил. Но, в любом случаи, их жизнь и так была предрешена. Никому из них не было и пятнадцати, никто из них не окончил Мауктабби и не стал полноценным инарцем и войном, следовательно, все они умрут, потому что не защитят себя. Для них осталась одна дорога - смерть.

Смерть.

Смерть далеко от дома, даже не в сражении, в какой-то ледяной тюрьме - позор для любого инарца. Хотя, возможно, Киан и выживет. Для этого он даже помолится Тиаде Защищающей, потому что просить об этом бога Язмеа так же бесполезно, как просить у инарца пощады, жалости, да хоть сочувствия... Всё равно клинок отрубит тебе голову, а кровь окрасит в алый одежду, кожу и землю.

- Эй! Твоё инарское высочество, не спи, иначе точно подохнешь.

- Тебя забыл спросить, - Киан открыл глаза и нехорошо посмотрел на ин-ирца - Инарец никогда не заснет во время боя.

- Серьёзно? Были случае когда воин, замахнувшись острым мечом, бережно подкладывал его вместо подушки и сладко засыпал? Напомни... В каком это сражении?

- Отрезать бы тебе язык!

- Мне язык, тебе ногу, - серьёзно сказал Ноеро.

- Ты же из Ин-ира? Да? - внезапно спросил пятый принц Инара, внимательно разглядывая своего неожиданного спутника, и стал рассуждать вслух. - Ты видящий истину. Изумруд в ухе носите только вы.

- Откуда ты...

- Интересовался Ин-иром, - Киан усмехнулся. - А ты видящий истину. Причём ещё и крылатый атмарец, значит ночной и точно служивший в стражах. Но почему же ты сбежал из своего любимого дома, ин-ирец? Выгнали? Сам ушёл? Не скажешь? А хочешь, я подскажу? У тебя на шеи... Метка лжеца. Для того, кто видит истину поистине кощунственный поступок - врать. За такое положено жестокое наказание. Хочешь я сам отрублю тебе крылья, чтоб ты не мучился?

- Катись ты к Восьминогому божеству Огненной степи! - крикнул Ноеро, сбесившись и вспыхнув, как сухая ветка в огне. - Нужно было бросить тебя ещё у ворот...

- А знаешь, видящий истину, я ведь тоже могу читать правду в душах, - голова Киан Дорок'ха чуть склонилась на бок, будто принц рассматривал перед собой что-то необычное, а глаза инарца стали темнеть, приобретая красивый насыщенный цвет аметистов. - Удивлён?

- Такой дар могут иметь только атмарцы. Ты инарец.

- Ну и что? Я же говорил, что интересовался Ин-иром, в особенности атмарцами, которые как ты, способны видеть правду. Но я могу пользоваться даром когда хочу и где хочу и точно могу сказать, что ты бы меня не бросил, даже если бы сильно захотел... - ехидно усмехнувшись, сказал принц, но потом серьезно добавил. - Почему?

- Не преувеличивай, принц. Не захотел бы спасать - бросил бы тебя на растерзание тем монстрам, - ин-ирец отвернулся и долго вглядывался в бело-серую пелену.

Свою тайну Ноеро хранил ни первый год. Прятался, скрывался, пытался начать жить с нового листа Древа знаний. Но прошлое догоняло его. Сердце жгло пламенем и из горла так и вырывалась правда. История. Откровение измученной души. Столько пришлось пережить, многим пришлось пожертвовать, чтобы... Чтобы понять - всегда остается вера. Надежда на лучшее. На ещё один день.