Больше, чем месть

Глава 11.5 Потерянные небеса

- За неповиновение Танароса эд'Лорта, князя Ташринского, владыки Серого ущелья, правителя Ораи и Та'ар, острова Мадри, Его Светлейшеству, царю Адаргар-ашу, правителю Ин-Ира, приговариваются к казни господин Дорьян эт'Касд, граф Каярский, наместник Ойра, господин Варье эт'Нагри, князь Ивграда, господин Сарьен эт'Роу, герцог Гаярский, барон Паера-Агара и господин Шиан эт'Данр, арихмаг первой степени целительства, княжич Шагье. Такова воля царя Адаргара-аша. Приказ привести в исполнение немедленно.

Аника с ужасом слушала приговор, глядя на чёрных огромных собак. Слюнявая большая пасть, с выперающими желтоватыми клыками. Мощные ноги, поджатый хвост и уши. Они были голодными и смотрели на своих жертв, готовые по первому же приказу наброситься на них.

Принцесса громко сглотнула. Она закричала:

- Не сметь!

Танарос больно сжал её талию. Но разве это могло остановить Анику? Её, которая пережила даже собственную смерть?

- Отпустите их!

- У кого-то появился голос? - Адаргар-аш поднялся с трона и посмотрел на Анику пронзительными золотыми глазами. - Желаете присоединиться к ним?

- Желаете получить меч в сердце?

- Аника, не стоит, - Танарос наклонился к принцессе и зашептал. - Царь Ин-ира не мог оставить без внимания нанесённое ему оскорбление и почти измену союзу. Он в своём праве.

- Убивать детей - это не право, князь. Это бесчеловечность, жестокость. Убийство людей - всегда будет убийством, - принцесса повернулась к царю, и её звонкий голос разрезал тишину. - Я беру их под свою ответственность и защиту. Отпустите их.

- И я должен тут же броситься их освобождать? Вы так это планировали, Ваше Высочество?

- Что вы хотите?

- Их жизнь на вашу жизнь.

- Согласна!

Тишина вокруг стала мёртвой. Аника с усилием разжала пальцы Танароса, впившиеся в её кожу. Принцесса с гордо поднятой головой спустилась на опустевшую площадь. На неё с ужасом смотрели пленники. На неё смотрели все, не веря, что она согласилась. На неё насмешливо смотрел Илан, поднимая ладонь вверх.

Всего лишь один взмах. И на неё набросятся собаки. Один взмах. И она умрёт в ужасных муках. Один взмах. И все это кончится.

Она усмехнулась, уверенно беря цепи, и с презрительной улыбкой заковала свою руку в кандалы. Она не убежит. Она сама заключила себя в ловушку.

Толпа заволновалась. Поднялись крики. Лирийцы не могли позволить умереть последней истинной наследнице лирийского престола. К Адаргар-ашу бросились несколько ларр-арэ. Другие подбежали к Анике. И кто-то все-таки спустил собак.

Над головами пролетали гаеши. Анику нёс живой поток. До неё хотели добраться. Где-то звенела сталь сражений.

- Бежим! Скорее!

Танарос больно схватил её за руку и повёл в усыпальницу рода Совр Гориэл. Туда могли попасть только признанные достойными рода. Туда могли попасть только самые близкие люди семьи и жрецы богинь. Аника оказалась здесь, будто в первый раз. Под ногами хрустели засохшие лепестки старых роз.

На постаментах лежали люди. Время над ними было не властно. Они, словно живые, однажды просто закрыли глаза и больше их не открывали. Эхо прошлого гуляло в каждом углу, в каждой щели этого места. Аника медленно шла к самому концу, туда, где был её брат, туда, где была выбита надпись:

"Виру Совр Гориэл, принц Лирийский - рыцарь, вернувшийся из Пустоши.

Любящий брат возвращайся скорей."

Она долго стояла рядом с братом. Закрытые глаза, но даже после смерти они должны были оставаться золотыми, белые волосы, аккуратно уложенные, и обруч власти, венчавший голову. Принц спал. Просто спал. Красивые черты лица стали мягче. Но метка смерти стояла на обескровленных губах и холодной бледной коже.

Аника вздохнула, беря в руки его ладонь, но тут же отпуская. Её взгляд зацепился за собственное мертвое тело. Она лежала рядом с братом, их руки были сцеплены. На неё надели похоронную маску, чтобы не показывать изуродованное волками лицо. Светлые волосы, заплетенные в длинную косу, лежали на груди. В одной руке она держала свой меч - Ледяной Шип.

Адаргар-аша забавляла мысль, что в усыпальнице рода Совр Гориэл лежит какая-то чужачка. Он не приказывал убирать труп. Никто и не решался этого сделать сам. Аника осторожно протянула руку к своему мечу и взяла его, находя записку.

"У Пропасти. За час до рассвета."

Ненавидит. Аника разорвала записку, отступая на шаг. Сталь заскрежетала по граниту.

Илан убил Виру.

Илан убил семью.

Илан убил богиню.

Танарос рассказывал, что отдал все драгоценности её рода Адаргар-ашу, даже чёрный сапфир, который разрывает клятвы. Но если его напитать кровью созидателей, даже самых слабых, как у эд'Лортов, то чёрный сапфир сможет уничтожить клятвы, данные богам. Разрушительная сила должна ударить по божеству, но разве способна убить? Адаргар-аш смог. Аника ещё помнит ночь, когда с неба посыпались звезды и падала алая луна. Эрас и Киан предупреждали Анику, что хотели уберечь принцессу, хотели заставить кого-то поверить в её смерть.

От Адаргара-аша.

От Илана Совр Гориэл.

А как лучше заставить поверить в её смерть?

Помочь в осуществлении задуманного.

Именно Илан сделал её Избранницей Бога света и огня.

Из-за него она горела в священном пламени.

Из-за него лишилась семьи.

Эрас знал. Знал и спас. Но разве это спасение?

- Не думай, не мечтай, просто попробуй закрыть глаза и вернуться в то чувство. Страдание - это то, что нам становится дорого.

Адаргар-аш стоял в тени. В руках он крутил чёрную розу. Она пахла смертью. Сладкой смертью.

- Я сбежал из Лирии. Она никогда не была моим настоящим домом, - Адаргар-аш прикрыл глаза: воспоминания тяжёлым бременем нависали над ним, словно рок. - В Ледяном пределе я узнал, что такое горе. Но в Ин-ире я понял, что такое боль. Я был атмарцем с обрезанными крыльями и видящий истину. Таким, как я, их отрезают лишь в одном случае... За ложь и предательство. Мне на коже выжгли метку лжеца. Меня гоняли, в меня бросали камни. Видящие истину меня не признавали, называя уродом и лирийским отродьем. Я голодал. Я почти умер, когда ко мне пришла Эя Карающая. И я заключил с ней сделку. Она дала мне магию и знания. Я обещал ей свободу.