Больше не возвращайся

8.1

Сжав челюсти до такой степени, что на скулах играют желваки, Лев всё-таки решает промолчать и уйти. И когда за мужем закрывается дверь, я бью ладонью наотмашь по матрасу. Только не отпускает. Боль необъятных размеров окутывает с головой.

К чёрту всё… Пусть уходит. Насильно любимой не бывать, да и надо ли? Вопрос риторический.

Этой ночью, как и предыдущей, я засыпаю с огромным трудом и уже всерьёз подумываю сходить в аптеку, чтобы купить какие-то успокоительные таблетки. Сомневаюсь, что сильно помогут, но попробовать стоит.

Проснувшись утром уже будто по привычке с больной головой, спешу принять гигиенические процедуры, сменить пижаму на лосины с футболкой и выйти из спальни. Вчера Лев говорил, что уезжает на реабилитацию, но я была так зла на него, что даже не спросила: в котором часу у него поезд.

В гостевой спальне Стельмаха нет. Смотрю на идеально заправленную кровать без единой складочки на покрывале и едва сдерживаю рвущиеся наружу слёзы. Неужели уехал не попрощавшись?

Да, мы вчера не нашли общего языка, не смогли достучаться друг до друга, но всё-таки. Разве можно одним махом перечеркнуть все те годы, что прожили вместе?

Услышав детский смех, доносящийся с первого этажа, оглядываюсь. Мгновение проходит, и ноги сами ведут меня к лестнице. Сердце бухает в груди. Крошечная надежда теплится внутри и не зря. Оказавшись в кухне, я застаю Стельмаха вместе с дочерью, они готовят чай и горячие бутерброды.

– Мамочка проснулась! – заметив меня первой, дочь приветливо машет рукой. – Доброе утро, моя бусинка. Садись сюда. Мы с папой завтрак приготовили, сейчас будем пить чай.

– Доброе утро, – ни черта не понимая, что происходит, но ощущая что-то наподобие радости, иду к столу. Сажусь на стул и всё время поглядываю на Стельмаха.

Выглядит Лев бодрячком. Так сразу и не скажешь, что несколько недель назад этот человек побывал в ДТП. Здоровый, как бык, на первый взгляд.

– Это тебе. Это папе. А это мне, – Соня расставляет на столе тарелки с бутербродами, а я сижу на прежнем месте, как зачарованная.

Чудеса какие-то, ей-богу. Может, и Лев никуда не уезжает, да и вообще, мне всё приснилось? Глупо надеяться на реалистичный сон, но на самом деле мне очень хочется повернуть время вспять и всё изменить. В любом конфликте виноваты обе стороны: кто-то в большей степени, а кто-то в меньшей. Но точно виноваты!

Я обвинила Стельмаха в том, что он меня не любил. Предъявила претензии, что он ни разу не признался в своих чувствах, а сама? Разве я любила мужа? Разве хоть раз заикнулась о любви к нему?

Вздох огорчения рвётся наружу. Всё так, Ася. Вы друг другу ничего не сказали, а почему? Может, той любви никогда и не было? Ведь когда люди любят друг друга, то таить чувства у них не получается.

– Доброе утро, выспалась? – спрашивает Лев, садясь на свободный стул, что напротив меня.

– Нет, – качаю головой. – А ты?

– Да как-то тоже не вышло, – смотрит на циферблат своих наручных часов, – у меня поезд через два часа. Не хотите с Соней провести меня на вокзал?

– Эм-м… – сомневаюсь, а дочка уже вовсю просит меня, чтоб поехали. Не могу отказать Соне: – Ну хорошо. Поедем.

Вот и всё. Инцидент исчерпан. Стельмах просто сбегает, прикрываясь реабилитацией. Очень по-мужски, да.

***

Через полтора часа, когда мы с дочкой стоим на перроне железнодорожного вокзала, провожая Стельмаха, я еле сдерживаю свои эмоции.

Прожить с мужем столько лет и в итоге не узнать друг друга – это только у нас так могло получиться. Ведь замуж нужно выходить по любви, а я вышла по расчёту и просчиталась. Теперь я на собственном опыте знаю: как это жить в браке, где супруги друг друга не любят.

Когда в семье есть любовь, то любое горе и неудачи проживают вместе, держась крепко за руки. А у нас… Чужая жизнь, как сказал Стельмах. Каждый сам за себя, как оказалось.

От злости мне хочется шепнуть Льву на ухо, чтоб больше не возвращался, что глаза мои его видеть не могут. Но вместо этого, я говорю Стельмаху, что мы с Соней переедем жить в нашу двухкомнатную квартиру, чтоб было поближе к школе и моей работе. Не объясняю, почему приняла такое решение, но Лев и не ждёт от меня этого.

Отныне мы чужие друг другу безвременно. Наверное, это конец...