Большие и маленькие неприятности

Куда ведёт смерть?

Я умер. И так банально, что ни в одной газете не напишут, да и по телевизору не покажут. Отмахнуться – "банально он помер, случайно". Да так уже сто лет не помирали! Но теперь-то можно с начала считать.

Лежит моё бездыханное тело со свернутой шеей на лестничном пролёте. Тихо и спокойно. Крови нет, так, проступает лишь пара синяков. Можно конечно плакать как несмышлёное дитя, кричать, как дивица, а может даже вымаливать себе жизнь. Только рядом никого нет. Ни живых, ни мёртвых.

За окном начался дождь и в подъезд вбежала соседская девочка.
– Ой, вам помочь? – подошла ближе Катя.
– Да разве ж ты уже поможешь? – ответа она, конечно, не услышала.
– Вы без сознания? Сейчас я помогу – и вот она поднимает руку, а затем пытается усадить меня. Смотрит в лицо и наконец замечает широко открытые глаза. Карие.

Она не кричит. Стоя на коленках всматривается в лицо. И вскоре своей теплой ладошкой закрывает глаза. Я как будто чувствую это тепло. Кладёт ручки на плечи и тихо, что я еле слышу, произносит:
– Храни тебя Бог.
Убегает домой и рассказывает бабушке. Полиция, скорая – все приезжают быстро. Только толку никакого. Наблюдаю как тело пакуют и кладут в машину, прощаюсь и иду обратно в дом.

Катя – сирота, только бабушка и осталась. Старушке уже 70, тяжело ставить внучку на ноги, но бодрости и силы духа ей не занимать. Всё успевает, и на кружки водить, и уроки учить, а Катюша ей во всём помогает. Ей девять, но умна не погодам. Жизнь заставила.

На похоронах были все соседи. Родители конечно убивались, но у них ещё сын есть, а теперь может и о дочке задумаются. Всё не так уж и плохо. Да и разве хуже уже может быть?
Вот Катя бросает горсть земли, дрожащими губами произносит:
– Земля тебе пухом.
Вытирает опухшие глаза. Страшно, что жизни так просто обрываются. Особенно, когда по глупости. Когда люди расходятся, я замечаю маленькую потёртую собачку оставленную Катей.

День сменяется днём, Катя гуляет, пишет, играет и вроде забыла про неприятный случай. Но нет-нет и слёзы на глазах говорят об обратном. Через 40 дней обо мне вспомнили. Такое же полупрозрачное тело как и я, нудно сообщило о перспективах.
– Перерождение, служба Там или ангел-хранитель. Можно всё по очереди. –
Выбор невелик и каждый вариант хорош. Но куда мне спешить?
– Давайте Ангелом побуду.
– Ангелом-хранителем – поправил призрак, что-то записал в тетрадочку, подал для подписи и открыл свою сумку. Которую я сразу не приметил.
– Как решишь отказаться, снимешь всё. – и мне было дано: белое одеяние, крылья, скорее для образа, чем для полёта и тетрадь с ручкой-пером. – советую записывать хорошие моменты, будет, что вспомнить после. На первой странице правила и возможности – разберёшься! Ну всё, пока.

Это были незабываемые годы. Разобрался я совсем не сразу. Постоянно забавал, что приметы теперь не так-то просто поднять! Но затем работа "закипела". Жизнь Кати была полна счастливых моментов, уж я-то расстарался! Жизнь, которую я знал до 20 лет показалась мне лёгкой, ведь для девушек она усложнялась в разы. Предвзятое отношение, непонимание, первая безответная любовь, а затем взаимная и навсегда. Знала ли Катя, что не одна?

Ушла на покой в кругу семьи. Дела поделаны, дети выросли, внуков повидала. Что ещё для счастья нужно? В тот час и встретились. Сколько лет прошло, не сосчитать. Но Катюша меня помнила. Всмотрелась в лицо и тихим голос прошептала:
– Так вот кто берёг меня. – и улыбнулась. На миг мне почудилось, что моя жизнь только начинается.

А затем я родился, опять. Но это уже совсем другая история...