Большие возможности мелких пакостей

Глава 4

В груди бушевала радость от осознания того, что я наконец-то постигла суть нашей магии. «Поверь – и смотри», – шептала земля, «Представь – и сосредоточься», – учила вода. «Просто захоти», – ветер обволакивал меня словно укутывал тонкой, невесомой материей.

Голос в голове звучал успокаивающе: - «Мы, ведьмы, магических сил не имеем, это правда. Но ведьма — от слова ведать, а ведаем мы многое, не зря у нас такая широкая специализация — и роды принять можем, и от хвори излечить, и даже умертвие успокоить, коли сильно досаждать будет. Все в руках твоих, а природа матушка поможет-подсобит. Главное верь ей и верь в себя. И помни, -  ведьмам не ведом страх, это норма для ведьм, но самые опытные и могущественные, хоть и не говорят об этом вслух, боятся того, что они называют «обратиться ко злу». Человек легко может позволить себе одну-другую маленькую жестокую выходку только потому, что у него есть сила, а у других ее нет; слишком легко начать думать, что люди вокруг мало что значат; слишком легко решить, что представления о добре и зле распространяются на кого угодно, только не на тебя. И тогда высшие силы  обернутся против тебя самой.  Запомни это хорошо».

Открывать глаза не хотелось. Сон,  был слишком яркий, взаправдашний, жизненный.  А тут просыпаешься, и понимаешь – что это только сон. И тут на меня нахлынули воспоминания о минувшей ночи. Распахиваю глаза и понимаю, что нахожусь в доме Егора, в комнате, где накануне ночевала. Слава всем силам – одна. Я хоть женщина и взрослая, но как то не привычная к подобному поведению.

Со стороны кухни вдруг донеслось «А я не такой, я не такой, я не такой. Они все такие, а я не такой» - голосом Акакия. Так, а этот что здесь делает? Если еще и он скажет, что будет меня инициировать, то не посмотрю на их сказочнейшество, возьму метлу в руки и разгоню это гнездо сказочного свинства к чёртовой матери.

Додумать мн не дали. В комнату заглянул водяной, держа в руках чашку с каким-то травяным отваром.

- О, Мотя проснулась. Спящая красавица наша. Ты третьи сутки дрыхнешь. Говорил Егору, целуй давай. Красавицы, которых не будят поцелуем превращаются в ведьм и убегают в лес. Ты как? В лес побежишь?

Акакий внимательно присмотрелся ко мне.

- Хотя ты в принципе ведьма. Слушай, а может ты проснулась красавицей?

- Ты не знаешь, почему мне хочется тебя стукнуть?

-Потому что в тебе проснулась жажда моей крови? Или ты обижена на весь мир? Вот, пей давай – и мне в руки сунули чашку с отваром из мяты, малины и липы.

Прикольно, я сразу по запаху определила состав. Отпила горячего настоя и блаженно зажмурилась.

- А ты что тут делаешь? – поинтересовалась у водяного.

- Как, что – несу почетный караул у твоего одра.

- У моего чего? Акакий, я еще живая!

- Вот только чашками швыряться не надо! – предупреждающе выставил руку – Я проверяю реакцию.

- Поверяльщик, блин – проворчала я и повыше натянула плед, в который была укутана.

- Ну ты, это прихорашивайся тут и жду тебя на кухне. Кормить тебя буду, пока Егор не вернется. Сдам пост номер один и назад в родную стихию.

Дождавшись, пока за ним закроется дверь, выбралась из пледа.

На мне была футболка, судя по тому, что в моем гардеробе такие не водились, - Егор натянул на меня свою. При воспоминании о Егоре, меня обдало горячей волной. Ну и что мне с этим теперь делать? Хотя стесняться глупо, а делать вид, что ничего не было – еще глупее. Ладно, одеваемся, и на кухню. Есть действительно хотелось.

Свои вещи нашла там же где оставила накануне. Аккуратно сложенными.  Прошмыгнув в душевую – с наслажденьем постояла под теплыми струйками. Душ придал илы. Голова уже не так кружилась. Переодевшись – вышла на кухню. Акакий колдовал у плиты.

- Мотя, вот садись, бульон с зеленью, специально для тебя варил.

Передо мной появилась плошка,  с Куринным бульоном, куда водяной густо накрошил зелени.

- А можно кофе?

- Фиг тебе, а не кофе. Бульон хлебай. Я зря, что ли над ним колдовал?

-Ну, Акакий, ну не хочу я есть.

-Никаких не хочу. Тебе силы нужны. Из тебя столько энергии Алатырь потянул,  что восстанавливаться и восстанавливаться.

- Да, я вроде хорошо себя чувствую, только голова слегка кружится.

- Вот и ешь давай, а потом с твоей головой разберемся.

- А голова понятие темное- исследованию не подлежит – буркнула я в ответ и взялась за ложку.

Водяной тут же пододвинул ко мне хлеб.

- Вот, Бородинский, свежий.

 Про любовь нашего водяного к Бородинскому хлебу можно было слагать легенды. Его б воля, он бы его и с манной кашей ел. Хотя кто его знает, может и ел.

Проследив, чтобы я  полностью доела, Акакий откинулся на быльце стула, сунул ноги в тазик с водой и стал внимательно меня рассматривать.

- Ну-с, рассказывай, что чувствуешь?

- Честно?

- Нет, наври что-нибуть. Моть, ну ты как маленькая.