Большое, маленькое путешествие

Эпилог

Иви

Три с половиной года спустя

Я не могла дышать, а крепко сжимающие руки трясли меня за плечи. Одновременно хотелось плакать, смеяться и убежать назад.

— Иви, соберись, они тебя ждут! — говорит мне Аманда и пытается встряхнуть меня, но волнение уже расплылось по всему моему телу.

— Мне страшно… — честно признаюсь я.

— Как и мне, — отвечает Аманда и тут же понимает, что это не те слова, которые мне нужны. — Ладно, ладно, успокойся. Ты ведь сама говорила, как ты любишь этих людей, представь, что они такие же друзья тебе, как я. Просто улыбнись, и всё пройдет хорошо.

Всё пройдет хорошо…

Сколько бы раз я ни повторяла себе эти слова, дыхание всё ещё дрожит, когда я выглядываю из-за кулис. Ведущий уже начал говорить, он представляет залу мою книгу. Я всматриваюсь в лица людей. Многие улыбаются, смотря на ведущего.

Но потом я ищу взглядом людей в первом ряду. Эти места были зарезервированы исключительно для них. Они не видят меня, но я прекрасно запечатлею этот момент в своей памяти.

Вот Кимберли. Она сидит с ровной спиной в красивом голубом платье. Она снова улыбается, спустя столько лет. К счастью, у неё есть личная батарейка радости, которая не даёт ей соскучиться. Уэйн на её коленях вертит головой, разглядывая всё вокруг. Он становится таким любопытным, что от него ничего нельзя скрыть.

А ещё он становится похожим на папу: такие же тёмные волосы и ямочка на подбородке, только глаза у него мамины. Я провела последние пару месяцев в их доме, пока Адам уезжал, и это стали самые трудные дни пробуждения в моей жизни. Этот парень любит будильники и встаёт сразу же после первого звона, а затем с громкими криками будит всех остальных.

Также взгляд зацепляется за Ричарда с его женой. Как оказалось, у папы было много знакомых, и всё благодаря его работе. Ричард тоже оказался его учеником. И, к слову, учеником, который смог превзойти своего учителя. После того, как он узнал, что случилось с папой, он, казалось, так расстроился.

Мы встретились с ним на дне памяти у могилы папы, и он сразу узнал во мне Иви. Первый, пожалуй, кто не перепутал меня. Мы разговаривали о том, откуда он знал папу. И как выяснилось, в нерабочее время папа помогал своим студентам не только с историей.

— Он помог мне открыть мой первый ресторан, — сказал мне тогда Ричард, и я улыбнулась.

Теперь, спустя год, Ричард оказывает мне услугу, помогая финансировать разработку книги. Его солидность и весомое слово открывают для меня многие двери. Пусть он иногда и был угрюм, я знала, что он настоящий добряк, особенно со своим сыном Германом, чьи желания он выполнял беспрекословно.

А затем взгляд находит самого дорого мне человека. В его руках первый экземпляр моей книги. Адам. В отличие от остальных, он не смотрит на сцену — он смотрит на меня. Я улыбаюсь ему, а он через всё расстояние отвечает мне тем же. Он машет книгой в руке. Это не просто первый экземпляр книги. Именно эту книгу он читал мне по вечерам. На полях страниц есть маленькие заметки, написанные моей рукой. А ещё есть смешные реплики Адама из разряда: «Вообще-то она тогда меня чуть не убила!», «Там были бабочки, а не ящерица!»

— Осталась минута, — говорит Аманда за моей спиной, и я по-ребячески показываю Адаму язык, а затем скрываюсь за ширмой.

Глубоко вдыхая и выдыхая, я становлюсь у самого выхода и напоследок бросаю взгляд в сторону Аманды:

— Моя книга классная, — говорю я, и она кивает. — И всё, что говорили хейтеры, полная глупость.

Аманда снова кивает. Вчера вечером она лично убеждала меня этими же словами, пока я пыталась убедить её, что притвориться больной — самый лучший вариант. Аманда — моё сокровище. Если бы не она, расписание и все встречи, которые у меня есть на этой неделе, никогда бы не состоялись.

Как только я слышу своё имя и как ведущий зовёт меня к себе, я натягиваю на лицо улыбку, и под толчком Аманды в спину делаю шаг вперёд.

Аплодисменты и яркий свет оглушают и слепят меня. Крепко цепляясь за руку ведущего, я разрешаю ему довести меня до места и помочь сесть в кресло.

— Все мы прекрасно знаем эту девушку, именно она разбила нам сердце своей дополнительной главой в самом конце.

Я слегка улыбаюсь и быстро тянусь к бутылке с водой. Жажда поглощает меня полностью. Это хорошо, что на мне плотный слой тонального крема, иначе бы все уже увидели мои горящие щёки.

— Реджина, или как мне тебя лучше называть — "разбивательница сердец"?

Я хихикаю.

— Можно просто Иви, и в оправдание для тебя и всех читателей, я скажу вам, что эта дополнительная глава, в которой вы узнаёте не самый счастливый конец истории, не имеет никакого соответствия с реальностью. Мои герои Эмили и Макс, может быть, и разошлись в конце концов на страницах книги и нашли свои идеальные финалы с другими людьми. В реальности эти люди сейчас счастливы.

Я бросаю взгляд в сторону Адама. Наша с ним история и послужила началом моей книги «Чужие окна». Вся эта история не была пережита зря.

— Так значит это правда, что ты и есть прототип Эмили? — спрашивает ведущий, отвлекая меня от переглядок с Адамом.

Я свожу брови и выразительно смотрю на ведущего.

— Знаешь, мне кажется, Эмили — это больше собирательный образ, в ней есть частичка меня. Частичка той самой девушки, которой я приносила кофе. Эмили — одна из нас. Она намного увереннее меня, но думаю, моя доброта покорила бы её.

Я слышу смешок с первого ряда.

— Чего, кстати, нельзя сказать о Максе. Вот его персонаж взят почти полностью с моего парня, — я махаю в сторону Адама ладонью.

Интервью, на которое я не хотела идти, проходит куда легче, когда ведущий предлагает Адаму присоединиться ко мне. Как только Адам садится рядом и сжимает мою руку в поддерживающем жесте, слова начинают литься из меня потоком. И отвечать на вопросы становится легче. Когда ведущий начинает спрашивать о продолжении серии, я мастерски выхожу на тему того, что это всего лишь одиночная книга. Дебют должен оставаться красивым. Ричард из первого ряда кидает одобрительный взгляд, когда я смотрю в его сторону. Если продажи пойдут хорошо, то Ричард обещал помочь со второй книгой.