Большое приключение маленького Лариона

В поисках волшебного прохода

Когда солнце наконец скрылось за горизонтом, оставив небо в россыпи разноцветных облаков, похожих на сладкую вату, в доме началась настоящая кутерьма. Александра, словно маленький смерч, носилась по комнатам, собирая свои любимые игрушки для "совещания" перед сном.

"Пап, ну пожалуйста, давай посмотрим мультик про единорогов!" — умоляла она, делая такие большие глаза, что казалось, они вот-вот выпрыгнут из орбит и покатятся по полу, как шарики.

Папа вздохнул так глубоко, что даже занавески колыхнулись, а пыль под диваном испуганно забилась в угол. Наконец он сдался: "Ладно, но только один! И чтобы потом никаких 'ещё пять минуточек'!"

Александра запрыгала от радости, чуть не сбив с ног подкрадывающегося Бони. Кот, возмущённо фыркнув, отпрыгнул в сторону и гордо прошествовал ко мне, прячущемуся за ножкой стола.

"Видишь?" — прошептал Бони, важно приосанившись. — "Я же говорил — без меня они бы пропали. Сейчас папа включит мультик, а я посторожу, чтобы единороги с экрана не выбежали и не устроили беспорядок! А то знаешь, как в прошлый раз было? Один вырвался, так полдня гонялись за ним по дому, пытаясь заманить обратно радужными конфетами!"

Я, пытаясь сдержать смех и представляя эту невероятную картину, кивнул: "Конечно, Бони. Ты настоящий герой! А что, единороги правда любят конфеты?"

"Ещё как!" — подмигнул Бони. — "Особенно мятные. От них у них шерсть блестит ярче. Но тсс! Это секретная информация!"

Пока Александра с папой смотрели мультик, восторженно комментируя каждое появление радужного единорога ("Пап, смотри, у него грива переливается!"), Бони решил показать мне дорогу к волшебному проходу. Но не тут-то было! Каждый раз, когда кот приближался к двери, та оказывалась закрытой, словно дразнила его.

"Странно," — бормотал Бони, почёсывая за ухом с таким усердием, будто пытался вытащить оттуда нужную мысль, — "обычно я просто говорю 'мяуузам, откройся!', и дверь... Ой, то есть, я хотел сказать, что своими суперкошачьими способностями открываю её! Да-да, именно так!"

Я хихикнул: "Может, попробуем вместе? Ты будешь говорить 'мяуузам', а я — 'откройся'?"

"Отличная идея!" — оживился Бони. — "Вот поэтому я и взял тебя в помощники. У тебя светлая голова, хоть и маленькая."

После пятой попытки, одного случайно опрокинутого горшка с цветами (который, падая, издал звук, подозрительно похожий на "ой-ой-ой!") и двух запутавшихся в шторах лап Бони, дверь наконец открылась. Папа, услышав шум, похожий на то, как если бы слон пытался пройти балетный класс в посудной лавке, вышел проверить, что случилось.

"Ах ты, проказник!" — сказал он, глядя на Бони, который пытался принять самый невинный вид, насколько это возможно для кота, опутанного шторами. — "Опять за мышами охотишься? Ну, беги уж. Только постарайся не разнести весь дом, ладно?"

Бони, освободившись от штор с грацией канатоходца, гордо выпрямился: "Видишь, Ларион? Он назвал меня проказником. Это секретный код, означающий 'великий охотник'! А 'не разнеси весь дом' — это 'удачной охоты'!"