Большой переполох в Малой Заводи

***

Дом. Здесь будет теперь мой дом. Это так… так… Просто не верится!

Ехать до него от станции, правда, без малого два часа, да ещё и по сельской дороге, но разве двух выросших в приюте сирот напугаешь такой ерундой? Особенно меня. Ибо когда бескрайние поля уступили место буйству цветущих садов, я немного (самую малость!) ошалела от восторга. Как же я, оказывается, устала от большого города! И как соскучилась по простой и неизысканной красоте сельской местности!

Росло здесь всё вперемешку. Розовоцветные яблони, белоснежные вишни, черешни, сливы, алыча, абрикосы и совмпм неожиданно лишь однажды виденная мною сакура и розовая магнолия. Молодая княжна ввела в Ильно моду на эти деревья, но в столице они не приживались, цвели чахло. Здесь же радовали глаз насыщенным богатством красок, а от ароматов кружилась голова.

Внезапно над моей макушкой раздался ехидный хохот, и, едва не задев мою шляпку острым крылом, над нами пролетела огромная, как дикий гусь, чайка.

-- А вона и море, панночки видать. Бачите? --тут же подал голос дед Злоба, и мы с Радкой вытянулись в струну, пытаясь его рассмотреть.

Лично я ничего не бачила, кроме, разве что, бесконечного голубого неба с синеющей по самому краю полоской.

-- Ну як жаж? -- изумился нашей невнимательности дед. -- Вона оно, тама, где синее чернеется.

Я честно не поняла, как может чернеться синее, но прилежно уставилась в нужную сторону, и непроизвольно ахнула, наконец увидев его. Бескрайнее. Синее. Море. Оно дышало глубиной и мудростью, и у меня перехватило дух от восторга.

-- Ну, где? Где?-- теребила меня за край пальто Радка. -- Ты уже видишь, да? Видишь? Ну, не молчи! Скажи, какое оно?

-- Огромное, -- шёпотом ответила я. -- Видишь синюю полоску? На неё смотри...

Мгновение спустя Радка затихла, тоже потеряв дар речи. Подозреваю, она, как и я, никогда прежде моря не видела. Уверена, что так и есть.

Интересно, когда здесь открывается купальный сезон? И будет ли прилично одинокой вдове прогуляться по пляжу? И шьёт ли местная несравненная портниха купальные костюмы? Вопросы роились в голове, как пчёлы над лавандовым полем, а ответы взят было негде, потому как не у деда же про купальники спрашивать... Мы с Радкой переглянулись.

-- Таперича море холодное ишшо, -- словно подслушав наши мысли, снова заговорил дед, -- Но на Купалу, быват, уже купаются, кто посмелее. А ноги омочить, оно, конечне, можно. Токмо пану Старчему, лекарю нашему, не вздумайте казать, что вы с того моря захворали. Больно он горячий быват, кода злиться изволит.

Я бесшумно фыркнула. Ну, напугал ежа голой задницей. Чтобы приютские от такой ерунды, как холодная вода, заболели? Да не бывать этому никогда. Презрительный смешок со стороны Радки подтвердил мои мысли.

Какое-то время мы в тишине пялились на море, мечтая, как пробежимся по самой линии прибоя (Я точно именно об этом мечтала), а потом в воздухе запахло дымом и нашему взгляду явилась неприглядного вида хибара. Справа к ней был пристроен очень внушительный навес, под завязку забитый аккуратно порубленными дровами, словно под линеечку кто мерил. А слева полыхала печь самой настоящей деревенской кузни. Я таких со времён своей жизни в Лесу не видела. Ну, как в Лесу? Кузнец в ближайшей деревне жил. Мы к нему конягу нашего на перековку водили. Утварь кое-какую заказывали, заготовки для оберегов, бусины, кресты. Да разве всё упомнишь?..

В Ильно, к слову, кузнецы работали артелью. И за свою работу драли такие деньги, что ни один селянин не рискнул бы к ним обратиться с просьбой выковать лемех на плуг или новый серп. Помню, как Наставница попросила нашего кузнеца, чтобы он выковал для меня маленький, чуть больше моей ладони, серп, а потом показывала, как его заговаривать. На то, чтобы самой не порезаться. Чтобы долго не тупился. Чтобы не терялся. Чтобы срезать некоторые травы, которые теряют свою силу, если их не заговорённым инструментом срезать… Я заметила серп, заткнутый за бревно под скатом низкой крыши и внезапно очень отчётливо, словно это вчера было, вспомнила, что именно и как нужно делать, чтобы превратить простое орудие труда в настоящий артефакт.

-- Дедушка, а можно тут остановиться? -- попросила я, одновременно подбирая юбку, чтобы спрыгнуть с повозки.

-- На что?

-- Зачем?

Воскликнули они с Радкой в унисон.

-- Хочу вон тот серп купить.

Если бы они спросили, зачем он мне нужен, я бы не смогла ответить ничего вразумительного, но они не спрашивали, поэтому я спрыгнула с остановившейся телеги и решительно зашагала к приоткрытой двери хибары.