Большой переполох в Малой Заводи

***

Парочка и вправду была дивной. Оба невысокие, коренастые, в одинаковых комбинезонах из плотного синего хлопка, которые обычно носят строители на железной дороге.

Мужчина был рыжеволосым и рыжебородым, а веснушек на свободном от волос части лица было столько, что они сливались в сплошную пегую массу. Волосы на голове он заплёл в две короткие косицы, бороду – в одну.

Его спутница была светловолосой. И это единственное, что их отличало. Если коротко, то просто сказочные персонажи. Из той сказки, что про двоих из ларца, одинаковых с лица.

– Здравствуйте.

– Здравствуй, Хозяюшка! – слаженно грянули наши гости. – Говорят, ты работников ищешь.

– Ищу, – согласилась я, присаживаясь за стол и жестом предлагая потенциальным работникам последовать моему примеру.

Они переглянулись, затем чему-то кивнули и дружно двинулись к стоявшему у стены диванчику. Со стороны показалось, что эти двое общаются без слов. Я глянула на Косту. Парень подмигнул мне и приподнял брови, мол, не тушуйся. Но в разговор вмешиваться не спешил. Молча зашёл мне за спину и там остановился, опустив руку на спинку моего стула.

Я изрядно волновалась и чувствовала себя не в своей тарелке. Всё же мне не то что никогда раньше не приходилось нанимать слуг, я даже представить себе не могла, что когда-нибудь вообще стану это делать.

– И в какой области вы мастера? – наконец определилась с первым вопросом я.

Парочка зафыркала, словно что-то смешное услышали.

– Так пахари мы, хозяйка, – за двоих ответил мужчина. – Во, глянь!

Они синхронно закатали рукава (Он – правый, она – левый), затем стукнулись локтями и с довольным видом подняли руки, чтобы мы с Костой смогли рассмотреть выполненный синей краской несложный рисунок. На обеих руках был изображён стоящий на борозде плуг, за которым оставался след из маленьких сердечек. Когда же эти двое соприкасались локтями, то два рисунка превращались в один, где эти плуги ехали навстречу друг другу.

– Очень... романтично, – после минутного замешательства выдал Коста. Сразу видно, что он более опытен вопросе найма персонала. – Так вы оба пахари? И, стесняюсь спросить, дама?

– А то! – Дама выпятила вперёд обильную грудь и растянула губы в щербатой улыбке. – Я свой первый плуг вот этими руками у бати на кузнице сама выковала, когда мне осемь годков стукнуло. У нас в родне все сплошь плугари да ковали были. Я и мужика себе из пахарей взяла. А вам что? Не нать?

– Ну, отчего же не нать! – всполошилась я. – Очень нать!

Поля в имении были обширные, и Злоба уже распланировал, где и что он в этом году посеет. Всю душу успел вымотать своим нытьём, что «поспешать нать, хозяйка, а то поздно буде».

– Кузнец, правда, у нас свой есть...

Я покосилась на Косту. Он неопределённо шевельнул бровью.

– Об вашем кузнеце, мы наслышаны, – важно кивнул мужчина. – Об нём и в наших краях народ говорит. Оно и понятно...

– А вы издалека? – перебил Коста. Видимо застыдился того, что мужчина мог начать нахваливать его работу.

– Та не. Тута недалече, сразу за леском, через овраг, налево у речки... Как прослышали, что сюды работников ищут, так сразу с места снялись. У прошлой-то хозяйки ещё батя мой работал. Вот Зоська и говорит...

– Зоська это я, – перебила своего мужа «дама».

– Она, – продолжил мужчина. – Говорит, чегой-то нам с тобой, Зюзя... Зюзей это уже меня кличуть. Говорит, чегой-то нам с тобой, Зюзя, счастья не попытать. Да поспешать надо, а то набегут со всего... Со всей округи, потом только локти кусать и останется. Так берёте?

До обеда мы принимали визитёров. Пустой обычно особняк гудел, словно пчелиный улей. Нашлись и горничные, и конюх, лакей и кухонные рабочие, садовница. Женщина средних лет с тремя детьми попросилась на кухню всем составом.

– Мальцы у меня дело знают, вы не думайте. У старой Тои в пекарне цельный год на подхвате были!

Наконец, в кабинет, где мы с Костой устроили неожиданные смотрины, ввалился злющий Злоба и решительно заявил.

– Обедать пора. Ужо два разы подогревал!

Обедали без Радки. Во-первых, она ещё не написала письма. А во-вторых, ещё час назад она с гордым видом вскормлённой в неволе молодой орлицы (ослицы, если уж быть до конца честной) промаршировала под окнами кабинета, направляясь в сторону центра Малой Заводи, где и находились Храм и школа.

– Не переживай, – заметив, как я смотрю на пустующий стул, велел Коста. Оставалось только удивляться тому, как он всё замечал. – Из дома отца Радогоста ещё никто не выходил голодным. Уж я-то знаю.

– Да?

– Ага. Я ж с гувернанткой, что к девкам… м… прости, к девчонкам приставлена была, заниматься не мог. Ну, и пока дядя Риг искал мне учителя, что в наших местах не так легко сделать, ходил в храмовую школу. Хочешь правду?

Он наклонился в мою сторону и заговорщицки прищурился. Я непроизвольно улыбнулась.

– Хочу.

– После того, как учитель у меня всё же появился, я столько раз сбегал с уроков школу, что дядя Риг бороться устал. Сначала оставлял меня без сладкого. Ха-ха! После булочек пани Миломиры? Потом он меня выпорол. Наконец пригрозил закрыть школу, если я не перестану дурить, и я смирился. Учитель, кстати, был очень хорош, хотя до отца Радогоста ему, конечно было далеко… Поэтому не переживай за сестру, Хелль. Ей обязательно понравится в школе.