Большой переполох в Малой Заводи

***

Не оглядываясь, Коста подхватил лампу и, встряхнув её, оживил маг-свечу.

-- Приглуши свет! -- охнула я, прикрывая глаза рукой.

-- Прости. Так лучше?

Осторожно раздвинув пальцы, я глянула в образовавшуюся щёлку.

-- Да, спасибо.

-- Тогда идём. Ступай осторожно. Мама рассказывала, что дом построили над подземной пещерой, в ней лет двести назад жил какой-то отшельник. То ли святой, то ли псих. История об этом умалчивает. Хочешь, расскажу, что в детстве по этому поводу придумывал я?

Держа лампу над головой, Коста оглянулся на очередной ступеньке и, прикусив губу, игриво шевельнул бровями. Я непроизвольно улыбнулась.

-- Давай.

Он хмыкнул и снова начал неспешно спускаться.

-- Короче, в городе ты ещё не была толком, но чтобы ты знала, у нас есть одна ресторация. Называется «На ели».

-- Как-как?

-- «На ели». Забегая вперёд, скажу, что никаких ёлок там и в помине нет, а только одни сплошные тополя. Знала бы ты, сколько с них пуху в июне летит… Полгорода словно в снегу! Но кормят там весьма неплохо. Не хуже, чем у деда.

-- Тоже домовые работают?

Коста рассмеялся.

-- Вот уж нет… И не сбивай меня! О чём я рассказывал? А, вспомнил! Хозяин ресторана пан Далибор Кронович, но фактически там всем управляет его первая тёща.

-- Первая?

От удивления я промахнулась на очередной ступеньке и вмазалась прямо Косте в спину. Хорошо, что пасынок у меня большой и надёжный. Мало того, что сам устоял, ещё и мне упасть не позволил.

-- Хелль! Осторожно!

-- Извини. Я просто не знала, что тёщи имеют порядковые номера.

-- А всё потому, что ты с паном Далибором не знакома, -- попенял мне Коста. -- Свою первую жену он взял из чужих земель, а та приехала с мамой. Пожила тут лет пять и укатила с каким-то уланом, оставив Далибору и родительницу, и двух дочерей. Вторую супругу Кронович тоже привёз с чужбины. И вот сюрприз, тоже с мамой.

-- Она тоже сбежала?

-- Представь! Четыре дочери и две тёщи! Понятно, что в этот раз Далибор женился на своей. Опять-таки, не нужно было оплачивать мамин переезд…

Я рассмеялась.

-- Но история, в общем, не о том, как Далибор Кронович остался с тремя тёщами и пятью дочерьми, а о том, что самая первая его тёша, пани Мировлада, самый религиозный человек во всём Княжестве, а может даже, и в целом мире. Поэтому на стене ресторации, прямо за спиной трактирщика, сколько себя помню, висит гравюра, на которой изображён тот самый отшельник. Жуткий дед, я тебе скажу. Тощий, как скелет. Из одежды на нём только полотеничко, обвязанное вокруг дряблых бёдер, волосы до пят, борода до туда же. Закрученные в спиральки ногти на руках и ногах, а рот растянут в беззубой улыбке. Жуткий урод, короче. В детстве я был так впечатлён его жуткой ружей, что и куска хлеба в себя не мог засунуть. И искренне верил в то, что горожане его нарочно скинули в самую глубокую яму, чтобы он своим видом ему аппетит не портил. Ну и уже сидя в яме отшельник себе зубами выгрыз ступеньки наружу...

-- Ступеньки не выглядят такими старыми, -- рассмеялась я.

Коста фыркнул.

-- Это потому, что мы только-только дошли до подвала. Тут будь особенно осторожной. Они и вправду все разной ширины и высоты. На раз-два можно свернуть шею.