Большой переполох в Малой Заводи

***

Если бы я могла провалиться под землю от стыда, то сейчас я бы точно это сделала, но, к великому моему сожалению, среди знаний, которые успела передать мне Наставница, такого заклинания или наговора не было.

Невероятное упущение!

-- Отчего-то, -- явно забавляясь моим смущением, продолжил Коста, -- ты решила, что самостоятельно я с этой задачей ни за что не справлюсь.

-- Видимо, у меня были на то причины. -- И пусть щёки полыхали от смущения, но я нашла в себе силы прямо встретить взгляд парня.

-- Серьёзно?

-- Серьёзно. Иначе дом не стоял бы столько лет пустым.

-- Думаешь, не стоял бы?

Я искренне не понимала причин его веселья. Может быть моё план и был слегка наивным, но он хотя бы был. Коста же вообще ничего не делал. Сидел ровно и ждал неизвестно чего.

А вот кстати.

-- Я вчера не спрашивала у тебя, почему ты не женился, к примеру, на одной из дочерей воеводы? Очевидно же, что их проклятие тебя не затронуло.

-- Спрашивала.

-- И что ты ответил?

-- Как будто ты дала мне такую возможность, -- казалось бы совершенно искренне возмутился Коста. -- Вчера ты сама ловко справлялась с этой задачей. Сначала спрашивала, потом отвечала. Было очень… познавательно.

Не дожёванная булочка встала поперёк горла.

-- Да? -- просипела я.

-- Ага. Целую лекцию мне прочитала о том, как и где искать подходящую жену. Что дарить на свиданиях, когда можно целовать не только руки и от каких комплиментов лучше отказаться.

Я попыталась себе представить описанную парнем картинку, но из этого ничего не вышло. Пусть я и была вчера пьяна, а у пьяного, как всем известно, язык без костей, но откуда бы мне знать о таких вещах, как свидания, подарки и, прости матушка Мокошь, поцелуях.

Поэтому я глянула на Косту из-под бровей и мрачно проворчала.

-- Издеваешься?

-- Совсем чуть-чуть, -- рассмеялся он, зажмуривая левый глаз и отмеряя это самое «чуть-чуть» указательным и большим пальцем. -- Просто обидно, что ты в меня совсем не веришь.

-- Болван.

-- Есть немного, -- тряхнув головой, легко согласился Коста. -- Не злись. Я всё ещё хочу прогуляться и показать тебе город.

Я подозрительно сощурилась, рассматривая парня. Раскаивающимся он не выглядел, но я от него этого и не ждала. Мне наверное даже немного нравилось то, как он надо мной посмеивался, и как вгонял меня в краску, тоже.

-- Ладно. Тогда заодно сходим в аптеку, -- предложила я на пробу. Губы Косты дрогнули, но парень сдержался. Уж если я успела узнать о трёх незамужних дочерях единственного аптекаря Малой Заводи, то тому, кто здесь родился и вырос и подавно было об этом известно.

-- И к бакалейщику. И к цветочнице. Составь полный список, пока будешь переодеваться.

Я допила сок в два больших глотка и, стряхнув с колен несуществующие крошки, поднялась с матраса, с удивлением почувствовав какую-то тяжесть в правом кармане юбки. Что-то твёрдое, что-то прямоугольное. Возможно, это был кирпич, но скорее всего книга, которую я всё же умыкнула из тайной комнаты бывшей хозяйки этого особняка.

Хозяйки.

Наставница всегда называла себя последней Хозяйкой Великого Леса. А я почему-то никогда не задумывалась о том, сколько их было, где они жили и как умерли. И между тем одной из них была мать Косты. Почему она не нашла себе ученицу? Думала, что у неё ещё много времени впереди? Что ещё успеет передать знания и силу? Мы с Наставницей тоже так думали, пока олнажды не стало слишком поздно.

-- Хелль?

Коста стоял у двери и, заломив бровь, смотрел на меня.

-- Что?

-- Путь свободен. Можешь идти к себе.