Бонусы. Фом

Бонус 11. Желание Деборы Даффи

Таймлайн: действие происходит на третьем году обучения Анестэйши Радосской в Академии Космического Флота. Конец книги «Иллюзия выбора».

«Если тебе не сложно, забеги, пожалуйста, в каюту к Юлю. Мы задерживаемся и, видимо, будем праздновать Новый год на Цварге. Киар неожиданно вспомнил, что оставил часть моего подарка на станции у брата. Понятия не имею, что там, но было бы здорово, чтобы ты забрала это».

Дебора Даффи в шестой раз перечитывала сообщение от лучшей подруги и не могла поверить своим глазам. Неужели у неё есть официальная причина подойти к знаменитому адмиралу Юлиану Леру? Заговорить с ним? Возможно, даже на какое-то время остаться в помещении наедине?

Это для Стаси он был «Юлем» — старшим братом её жениха Киара, а для Деборы этот цварг являлся спасителем. Если бы Юлиан не нашёл её капсулу в туманности Кийото, то жизнь цваргини бы оборвалась. Это помимо того, что Леру-старший являлся выдающимся военным с внушительным послужным списком, образованным, умным, деликатным и интеллигентным мужчиной. В туманности Кийото он предложил ей свою помощь как цварг, чтобы успокоить на уровне бета-колебаний, а Дебора так переволновалась, что отказалась. Вот же дурочка.

Если бы согласилась, то в копилке её воспоминаний было бы ещё одно прикосновение. А так его нет. Лишь тёплый взгляд карих глаз и ровное: «С вами всё в порядке?»

Так, надо сосредоточиться.

Какое платье надеть? Хотя… даже в канун Нового года платье на КС-700, наверное, не очень уместно. Форма? Да, форма будет лучше. Праздничная?

Дебора взяла белоснежный мундир, приложила к себе, посмотрела в зеркало и покачала головой. Нет, слишком вычурно и слишком очевидно, что она хочет привлечь внимание. Обычный тёмно-синий мундир с золотой звездой кадета лучше.

Коммуникатор вновь провибрировал. Дебора потянулась к запястью.

«Повторюсь, если тебе не сложно. Если ты решила поспать или у тебя другие планы, то не парься, я сама, как прилечу, зайду».

Пальцы цваргини задрожали, когда она прочитала входящее. Стася дала ей шанс увидеться с Юлианом Леру в неформальной остановке и сейчас готова забрать его обратно!

«Нет-нет, всё в порядке. Я зайду и заберу твой подарок, чем бы он ни был», — мгновенно набрали её руки.

Пилик.

«Хорошо, тогда я кинула сообщение Юлю, что ты зайдешь. Он ждёт».

Он ждёт.

Дебора затаила дыхание, перечитывая последние два слова. В смысле «ждёт»? Её? Сам адмирал Юлиан Леру?! Паника затопила с головой, но через несколько секунд она уже взяла себя в руки. Он ждёт!!! Нельзя заставлять адмирала ждать… Ко всему уже поздно, вероятно, он хочет встретить праздник с кем-то из друзей или с любимой женщиной — эту мысль Дебора допустила, хотя от неё было почти физически больно, — надо поторопиться.

Знакомые коридоры и лифты промелькнули на периферии зрения. К третьему году учёбы Дебора их уже знала вдоль и поперёк, а единственное, что отличало их от обычного состояния, — непривычная пустота. На праздник, который отмечают практически во всех Мирах, в этот раз многие взяли увольнительные. Чуть запыхавшись от быстрого шага, Дебора затормозила у нужной двери. Личная каюта Юлиана.

Запоздало цваргиня сообразила, что, наверное, должна была уточнить, куда идти и где находятся апартаменты Леру-старшего, но Дебора так часто проходила конкретно мимо этой двери, что невольно выучила расписание адмирала. Сейчас он у себя. Она это знала точно.

«Ну а Стася, надеюсь, очень занята приготовлениями к празднику вместе с Киаром, и ей не до таких мелочей», — подбодрила Даффи про себя и решительно постучала.

Дверь отъехала бесшумно. На пороге стоял Юлиан собственной персоной, и впервые за всё время обучения Дебора увидела адмирала не в кителе, а в простой распахнутой на груди рубашке и вельветовых штанах. Между полами рубашки виднелась вертикальная полоска сиреневой кожи: внушительные грудные мышцы и чётко очерченные кубики пресса.

— Дебора? — Мужчина явно был удивлён её приходу.

Бесконечную секунду Даффи пялилась на мужчину. Собственное сердцебиение оглушало, а затем она резко опустила взгляд, поняв, что ведёт себя как минимум неприлично, и поспешно отдала честь.

— Добрый вечер, адмирал Леру. Анестэйша Радосская должна была предупредить, что я зайду. Я… я…

О том, зачем она пришла, Дебора забыла, потому что осознала, что, отведя взгляд от торса собеседника, непроизвольно уставилась на пряжку ремня. Формально эта зона относится к мужскому паху, а если он поймёт, что она пялится на его пах…

К щекам прилила краска. А если он уловит её эманации? Дебора судорожно принялась вспоминать все техники заморозки эмоций, которые изучала на родине. Вдох-выдох. Представить себя ледяной статуей. Накрыть непроницаемым куполом. Цваргини — скалы, они не должны излучать эмоции, это досаждает мужчинам.

К счастью, Юлиан не дожидался окончания фразы.

— Ах да, конечно. Стася писала, что за подарком зайдёт её подруга. Я просто не знал, что это будете вы.

Он посторонился от двери вбок и принялся застёгивать пуговицы. Дебора уловила это периферийным зрением.

— Проходите, пожалуйста. Я сейчас принесу.

Пройти?

В личную зону самого адмирала?!

Её изумление было так велико, что, видимо, какая-то часть эмоций всё же просочилась в общий фон. Тёмные, как лесной орех, глаза Юлиана блеснули смешинками.

— Не могу же я заставить ожидать в коридоре такую очаровательную цваргиню. Несмотря на то что вы кадет, я всё же в первую очередь цварг. Если сородичи узнают о таком поведении, то поднимут вопрос о разжаловании меня в лейтенанты.

— Вас? Разжаловать?!

Дебора ужаснулась такой возможности, с запозданием поняв, что это шутка, и зависла на магнетически приятной улыбке. Как же восхитительно он улыбался!

— Я сейчас.

Цварг закрыл дверь и направился в соседнюю комнату, а Дебора осмотрелась. Бокс старшего офицера не был похож на кадетский, во-первых, из-за размеров, во-вторых, из-за проектировки и дизайна. Гостиная в уютных пастельных светлых тонах функционально совмещалась со спальней. Дебора поскорее отвела взгляд от внушительной двуспальной кровати, мельком осмотрела журнальный столик с фруктами и мясными нарезками — явная заготовка к празднику, — диван, пару кресел и с удивлением задержалась на стеллаже с самыми настоящими бумажными книгами.