Бонусы. Фом

Бонус 14. Снеговик

Эрланц и Лоренц были очень шустрыми мальчишками. Несмотря на изрядную долю цваргской крови по матери, они всё-таки были скорее ларками, чем цваргами: слишком шумные, слишком смелые, слишком любящие доказать всё силой, когда не получалось словами… всё «слишком», если говорить о нормах приличий, установленных на родине Лейлы. Оба мальчика обожали дядю Фабриса и старались развивать бета-способности, но всё же они принадлежали к миру Ларка — это было видно невооружённым взглядом. Один Эрланц, добившийся, чтобы ему разрешили пройти инициацию в одиннадцать лет, скольких нервных клеток стоил своей матери! Лоренц пошёл ещё дальше — и в пятнадцать завалил первого хтэрра. Настоящий воин и Защитник.

Впрочем, за мальчиков Лейла не переживала бы, даже если бы цваргской крови в них оказалось гораздо больше, а вот за Ари-шалию у матери болела душа. При явных проявлениях этой расы во внешности Ари-шалия впитала отцовское упорство, если не сказать упрямство, и определённо ларкские черты характера.

Чтобы жизнь не зацепила Ари-шалию, Лейла и Арх-хан дали ей традиционное имя народа пустынь и Священного Леса. Кроме того, Лейла решила, что расскажет дочери о Цварге и его законах после её совершеннолетия, но дочь оказалась слишком любопытной.

— Ма-а-ам, а что это такое?

Восьмилетняя девочка протянула матери коммуникатор, на экране которого была открыта картинка. Не задумываясь ни на секунду, Лейла ответила:

— Снеговик. Такие иногда лепят на Новый Год.

— А как он строится? Я ходила в Сухие Пески и пыталась такой собрать, но ничего не получилось. Эрланц и Лоренц только посмеялись, помогать не стали, — надула губки Ари-шалия.

— Ты ходила в Сухие Пески одна?! — Какой бы выдержкой ни обладала цваргиня, но это её огорошило. Несмотря на то что хтэрры за последние годы ушли вглубь пустынь, в памяти были ещё живы воспоминания об этих ужасных монстрах.

— Да, но ведь с братьями, а они уже Защитники. — Ари-шалия повела плечиком так, будто гуляла в лес за ягодами. — Мам, не переводи тему! Из чего строится снеговик?

Лейла сделала мысленную пометку, что надо серьёзно поговорить с Арх-ханом. Самостоятельность детей переходила все мыслимые границы. Он обычно отмахивался, что у сыновей есть собственные дентайры и ничего плохого с ними не произойдёт, но городское воспитание цваргини не давало покоя и постоянно кричало, что это опасно.

— Из песка и не получится. — Лейла тяжело вздохнула. — Да, он тоже белый, но снеговики строят из снега. Он, в отличие от песка, хорошо лепится.

— Снега? — Дочь наморщила лобик, пытаясь вспомнить, что это такое. Разумеется, она не знала… Откуда на Ларке снег? — А где его взять? — тут же последовал следующий вопрос.

— На этой планете его нет, — ровно ответила цваргиня.

По-хорошему, тема была исчерпана, дочь должна была переключиться на что-то другое, но Ари-шалия была дочерью своего отца, а потому посыпались дополнительные вопросы:

— А где есть снег?

— Там, где горы.

— А горы где?

— На Цварге есть…

— О, то есть это там, где ты раньше жила? А когда мы летим на Цварг?

— Мы не полетим туда.

Лейла вздохнула. Не так рано она хотела заводить этот разговор, уж точно не тогда, когда Ари-шалии всего восемь лет, но, зная характер дочери, легче было объяснить, почему они не полетят на родину, чем просто запретить. Очень аккуратно, стараясь обходить все острые моменты, Лейла рассказала дочери про демографические проблемы на планете и обязанность цваргинь к пятидесяти годам выйти замуж за цварга или хотя бы полуцварга.

— Теперь ты понимаешь, Ари-шалия? — с надеждой спросила она. — Снег — это, конечно, здорово, но я не хочу тобой рисковать. А вдруг Планетарная Лаборатория тобой заинтересуется и потребует сдать анализы для общей базы? Вдруг тебя объявят чистокровной цваргиней? Пока ты здесь, на Ларке, ты далеко, а там мы с папой не сможем тебя защитить. Не уверена, что даже дядя Фабрис сможет.

Однако вместо того чтобы испугаться, Ари-шалия серьёзно покачала головой.

— Нет, мам, я не согласна с тобой. Снег — это важно, и я хочу его увидеть. И снеговика построить. А навязанный муж-цварг меня совсем не пугает.

— Не пугает? — эхом откликнулась потрясённая Лейла.

— Нет. — Малышка отрицательно покачала головой. Стальные тиски, сжимающие сердце чистокровной цваргини, чуть расслабились. Ей тяжело было принять тот факт, что надо выйти замуж за цварга, но Робер в своё время сыграл роль благородного рыцаря. Она очень боялась, что для дочери такого рыцаря может не найтись и судьба младшей может обернуться катастрофой.

Однако прежде чем Лейла перевела дух, Ари-шалия продолжила:

— Ну посуди сама, мам, к пятидесяти годам у меня уже наверняка пара личных Защитников на Ларке будет. Если тот муж-цварг будет плохо со мной обращаться, то они его просто хтэрру скормят и скажут, что так и было. Да и вообще, что мне мешает иметь мужа там, двух здесь? Тоже мне проблема. Ты попроси тогда папу корабль снарядить в горы на снег посмотреть, а я пока чемодан соберу.

И с этими словами девочка круто развернулась и пошла в свою комнату. Лейле оставалось лишь поражённо смотреть дочери вслед. Цваргиня с характером ларчанки.

Это будет катастрофа.

Только не для Ари-шалии. Для Цварга.