Борьба стихий. Притяжение

Глава 3

Михаил

Хочется ответить на поцелуй – и пойти на второй заход: дружок тут же приходит в полную боевую готовность. Но собираю волю в кулак и не грубо, но твердо отстраняю Феникс. Отступаю от стола, заталкивая член в штаны.

– Одевайся и уматывай, – велю Феникс.

– Не кипятись, – бросает она мне, ловко спрыгивая со стола и одергивая юбку.

– Это ты мне? – хмыкаю иронично. – Кипятиться – это вообще не про меня. – Ни кипятиться, ни горячиться, ни выкидывать сгоряча несусветную хрень я в принципе не способен. Или ты забыла, кто я? А вот ты как раз порешь горячку. Почему ты не убралась, как обещала?

– Ну, да, погорячилась, когда обещала уйти, – улыбается, строя из себя дурочку, Феникс. – Не смогла. Тянет меня к тебе. И только что ты с успехом доказал, что это взаимно. Поздравляю!

Не была бы эта огненная сестрой моего друга – придушил бы. Еще тогда, когда увязалась за мной, нырнув в портал, уничтожил бы. Просто не стал бы спасать ее, тонущую. Вытащил на свою голову!

– Это доказывает лишь одно: нам опасно быть рядом. Нужно настолько далеко разойтись, чтобы притяжение ослабло условно до нуля, – чеканю.

– Боюсь, Вселенной будет мало, – парирует Феникс, продолжая улыбаться.

Ликует стерва, радуясь тому, что, прикрывшись чужой личиной, заставила меня поддаться сексуальному влечению и трахнуть ее. Не понимает, что выиграла лишь одно сражение, но не войну. Быть с ней она меня все равно больше не заставит. Второй раз на ее удочку я не попадусь.

– Начнем с небольшого. С масштабов города. Для начала покинь мой дом, а потом…

– Я никуда не уеду из Рима, ты не можешь меня заставить, – перебивает меня Феникс.

– Из Рима уеду я, – успокаиваю ее. – Здешний климат все равно мне не подходит.

– Почему тогда не уехал раньше? Что ты забыл в Риме? – задает Феникс провокационный вопрос.

«Тебя», – вырывается правда.

Брякаю это мысленно, но не тайно: подозреваю, что Феникс услышала меня – это видно по ее торжествующей улыбке.

Увы, но это правда. Теперь мне стало ясно, ради чего я испытывал внутреннюю потребность обосноваться в Риме и ждать кого-то. Нет, не кого-то, а женщину – ту единственную, которая предназначена мне судьбой. И что бы я ни думал на этот счет, глупое сердце тянулось не к земной женщине, к которой должно было бы тянуться, а к моему антиподу. Оно почувствовало ее близость, привело к ней – к Феникс.

Горько усмехаюсь: в чем-то огненная бесовка оказалась права: расстояние в тысячу километров наше притяжение разрушить неспособно. Полагаю, и в десятки тысяч километров тоже. Пока мы на одной планете – будем тянуться друг к другу, а осознанно или неосознанно – не суть важно.

Чтобы развести нас, нужно принципиально другое расстояние. Возможно, даже не расстояние, а время. Так есть ли смысл мне прогонять эту женщину? Рано или поздно, но мы все равно столкнемся. И чем дальше окажемся друг от друга, тем стремительнее начнем сближаться, и тем более разрушительным будет наше столкновение.

Ту, что представляет для меня главную опасность, разумнее не выпускать из поля видимости. Может, лучше и безопаснее держать Феникс на глазах?

– Хорошо, – резко меняю решение. – Оставайся. Но при условии: ты будешь выполнять обязанности служанки и моей помощницы, раз уж для этого нанялась. Взявшись за гуж, не говори, что не дюж, - вспоминаю земную пословицу.

– Не переживаю – сдюжу, – морщится Феникс.

– И будь добра: не расхаживай по дому в своем истинном облике – это вызовет подозрения, – хмурюсь.

– Ты тоже, – парирует Феникс, заставляя меня посмотреться в зеркало.

Черт! Секс с огненной подействовал на меня так же сильно, как и на ее: я непроизвольно скинул с себя образ Бальзамо, и теперь выгляжу чересчур привлекательно и примечательно: я выше Бальзамо как минимум на голову, шире его в плечах, и волосы у меня белые, словно седые, и глаза пронзительно синие, настолько яркие и чистые, что у землян таких не бывает.

Выругавшись, натягиваю на себя облик землянина, место которого занял. Обернувшись, замечаю, что и Феникс преобразилась: теперь она снова выглядит моложе и глупее, ее глаза не сверкают, как молнии, а волосы потемнели и разгладились.

– Я должен проинструктировать тебя, что ожидаю от своей помощницы, – обращаюсь к Лоренце, как будто между нами не было только что фееричного секса, и как будто я понятия не имею, что за обликом недалекой итальянки скрывается огненная бесовка с цепким умом и взрывным темпераментом.

– Слушаю Вас, дон, – покорно опускает глаза Лоренца.

Но эта покладистость показная. Атмосфера накалена до предела. Огненные запредельно горды, и подчинение им претит. Интересно, долго ли Феникс выдержит? Зря она решила примерить на себя роль служанки. Но, с другой стороны, как она еще могла проникнуть в мой дом и соблазнить меня? Даже я не вижу других вариантов.

Хватает Феникс ненадолго: меньше чем на месяц.

– Ты должен жениться на мне, – заявляет мне Лоренца после очередного магического сеанса.

– С какой это стати? – хмыкаю.