Борьба за выживание

Случай в колхозе

СЛУЧАЙ В СОВХОЗЕ

Давным-давно во время эвакуации судьба забросила в один узбекский совхоз несколько еврейских семей из Киева. Поселили беженцев в глинобитных кибитках со слепыми оконцами, где спали вповалку на глиняном полу. Вместо подстилки – ворох сена, вместо подушки – рука. На пропитание выдавали по две горсти червивого риса на семью, да горсть сухофруктов, а вместо чая – консервная банка с кипяченой арычной водой. С голоду не пухли – и то слава Богу.

От кишлака до райцентра захудалого городишки было, как говорили местные, «рукой подать» – всего каких-нибудь пять-шесть километров. Там, в райцентре кипела жизнь: были и почта, и школа-семилетка, и отделение милиции, и медпункт, где на приёме сидела пожилая фельдшерица – на все руки мастерица.

Среди эвакуированных была учительница химии с сыном-подростком. Муж ушёл в военкомат в первый же день войны, и сейчас всё существование этой женщины свелось к ожиданию писем с фронта. Похудела она до неузнаваемости, почернела лицом, а руки покрылись кровоточащими цыпками.

Было в том совхозе две скотоводческие фермы: одна в низине, где содержали стельных коров и молодняк; другая – на возвышенности для дойных коров. Женщину поставили на раздачу кормов телятам и выгребание навоза. А ее сына за пару дней обучили работать на тракторе и поручили качать воду из канала в цистерну, а потом эту единственную на весь совхоз цистерну отвозить на верхнюю ферму, чтобы поить коров. Так он весь день и вкалывал под палящим солнцем: сначала рыжую глинистую воду в цистерну, потом с цистерной на прицепе прямо к коровам.

Местность была неровная. Цистерну мотало из стороны в сторону, и парень порой сваливался с ватной подушки, которая была веревками привязана к перекошенному железному сиденью. Но уже через неделю-другую он приспособился, и все были довольны – сам тракторист, начальник фермы и бригадир, а также коровы.

Парнишка искренне был уверен, что ему неслыханно повезло с работой, так как в дневную дойку сердобольные доярки тайком от начальства наливали ему почти полную кружку парного молока.

В один из дней в начале лета стояла дикая жара, а тут как назло парня прихватила резкая зубная боль, от которой он пришёл в невменяемое состояние. Что делать? Он бросил работу и помчался к той самой фельдшерице за пять километров.

Коровы, оставшись без воды, подняли вой на всю округу. Всполошились доярки и бригадир, примчался верхом на мерине сам директор совхоза, и заорали они все едва ли не громче скотины:

– Вай-вай! Коровы околевают! Что случилось? Что делать? Беда! Беда!

Первым пришёл в себя бригадир:

– Почему поилка сухая? Куда тракторист подевался?

Остальные развели руками.

Директор побагровел, из-под тюбетейки хлынул пот ручьями.

– Найти немедленно! Чтобы через десять минут у коров была вода! - заорал он.

– Но никто не знает, где тракторист.

– Как это, не знаете? Саботаж! Вредительство! – не унимался председатель. – В тюрьму упрячу! Под расстрел пойдёте!

Искали тракториста повсюду. Напрасно. Так и не нашли бы, если б как раз в это время одной из колхозниц не приспичило рожать. Соседка роженицы помогла ей сесть на маленькую тележку, запряженную ишаком, и погнала в медпункт. Там к великому своему удивлению они встретили тракториста с раздутой от флюса щекой. Фельдшерица говорила ему:

– Лечись, как я тебе сказала. А завтра, если флюс спадёт, снова приходи ко мне, будем удалять зуб.

– А сейчас нельзя удалить? – с мученическим выражением лица спрашивал парень.

– Сейчас нельзя. К тому же, видишь, мне роды принимать надо.

Соседка роженицы набросилась на паренька:

– Тебя весь совхоз ищет. У нас коровы околевают от жажды, а ты здесь отсиживаешься…

Женщина была «принципиальная», срочно позвонила в милицию. Прибежал хромой милиционер:

– Ах, вот ты где?! Ну, подожди у меня!

Милиционер потащил парня в отделение, оттуда позвонил директору совхоза:

– Нашёлся ваш саботажник. Он у меня под замком сидит с другим дезертиром.

Узнала об этом и мать тракториста. Она со своей сестрой помчались в райцентр спасать задержанного. Громко плача в два голоса они стали причитать:

– Отпустите ребёнка! Он ни в чём не виноват. У него зуб разболелся.

Дежурный уже шёпотом матерился, благо эти две чокнутые бабы по-узбекски не понимали.

– Сейчас приведу вашего ребенкка, – пробурчал он наконец и скрылся в глубине.

Но вскоре он вернулся:

– Никакого ребёнка здесь нет.

– Да как же? Пошли, мы вам покажем.

Они вошли в глубину помещения:

– Так вот мой сыночек! – разрыдалась мать и бросилась к сыну.

– Какой же это ребёнок?! – возмущённо завопил милиционер. – Это взрослый мужик! Сколько лет-то тебе, паря?

– Семнадцать скоро будет, – баском пробормотал смущенный саботажник.

– Ну, давай, ребёнок, вали к своей мамке сиську сосать. И впредь не убегай с работы. Не то посажу!