Босс Дед Мороз или Пышное увлечение

Глава 10. Максим Олегович

Утро. Солнце бьет в панорамные окна моего кабинета, выхватывая каждую пылинку в стерильном воздухе. Идеальный порядок. Идеальный контроль. Только внутри сбой. Назойливое чувство, как зубная боль накануне.

Я помню все. Помню ее дурацкий план с машиной, ее виноватые глаза, свой праведный гнев в лифте. Помню скрежет, остановку. А потом… провал. Белое шумное пятно, в котором плавают только обрывки: тепло, запах ее шампуня (ваниль и что-то еще, глупое, сладкое), и… ощущение абсолютной, животной безопасности. Потом – уже в коридоре, лицо Леши и чувство, будто меня раздели и все всё видели. Но что именно они видели, мозг отказывается воспроизводить. Это мой защитный механизм. Стыд, связанный со мной, с моей слабостью, просто стирается. Остается только смутное, унизительное знание: что-то было. И она – Соколова – была в эпицентре.

Она видела. Видела меня не Максимом Олеговичем. А тем мальчишкой, застрявшим когда-то в темном лифте недостроенного дома. И это невыносимо.

Месть должна быть холодной, изящной и абсолютно законной. Удар по ее профессиональной гордости. По ее убежденности, что она «шуруповерт», который может все.

Я беру трубку и набираю номер «Праздничного мира» - компании, в которой мы заказывали корпоратив.

- Алло, Людмила? Крылов. Меняю планы. Корпоратив отменяю. Да, полностью. Готов оплатить неустойку по договору. Пришлите счет. Нет, причины не обсуждаем. Спасибо.

Трубка кладется с легким щелчком. Дело сделано. Теперь очередь живого эксперимента.

Я вызываю ее. Анна входит через три минуты. Выглядит… осторожно. Не испуганно, а именно настороженно, как зверек, учуявший капкан. Интересно, она ждет разговора о вчерашнем? Ждет моего смущения? Наивная.

- Садитесь, Соколова, - говорю я, не отрываясь от монитора, демонстрируя полное равнодушие. – Срочная задача. Компания «Праздничный мир» отозвала договор на проведение корпоратива. Вернули задаток. Технические причины. Вам нужно в срочном порядке найти новую организацию и организовать все с нуля.

Я поднимаю на нее взгляд. На ее лице чистейшее, неподдельное изумление. Идеальная реакция.

- Я?.. Но… корпоратив послезавтра! Зачем мне этим заниматься? Это же…

- Это работа помощника, - перебиваю я гладко. – До вашего прихода в этом году я сам заключил договор, найдя компанию. Тратил на это свое рабочее время. Теперь у меня есть вы. Ваша задача – освободить меня от подобных рутинных вопросов. В том числе и от организационных провалов наших подрядчиков.

Она открывает рот, чтобы возразить. Глаза вспыхивают знакомым огоньком борьбы.

- Максим Олегович, это нереально! За два дня до праздника, да еще и перед самым Новым годом! Все приличные агентства будут заняты! Это же…

- Вы отличный специалист, Соколова, - говорю я, и в моем голосе звучит та самая, убийственная, сладковатая язвительность, а также дополнительно откидываюсь в кресле, складывая руки на столе. – Вы же сами не раз это доказывали. Вы находчивы, упорны и умеете решать нестандартные задачи. Вот перед вами как раз нестандартная задача. Я уверен, вы справитесь. В конце концов, - добавляю я, наслаждаясь моментом, - что для вас организация какого-то праздника после того, как вы так виртуозно… координировали действия сторонних активистов?

Ее щеки заливаются краской. Попалась. Она понимает намек. Понимает, что это – наказание. Но не может ничего сказать, потому что формально я прав: это ее обязанности. А неформально… это идеальная ловушка.

Она сидит, сжавшись, и я вижу, как в ее голове проносятся все возможные варианты, и все они разбиваются о стену дедлайна. Это даже лучше, чем крик. Это – тихое, профессиональное отчаяние.

- А бюджет? – выдыхает она последний козырь.

- Останется прежним. Думаю, вы сможете уложиться, - говорю я, возвращаясь к монитору, давая понять, что разговор окончен. – Держите меня в курсе. К концу дня хочу видеть варианты.

Она медленно поднимается и выходит, прикрыв дверь беззвучно. Я остаюсь один в своей стеклянной клетке.

Месть совершается. Она будет метаться, звонить, унижаться перед агентствами, ловить отказы. Она поймет, что ее «шуруповертность» ничего не стоит против законов рынка и дефицита времени. Она потерпит профессиональное поражение. И я буду наблюдать за этим с холодным удовлетворением.

Почему-то картинка из вчерашнего провала – тепло, ваниль – на секунду всплывает перед глазами. Я грубо отгоняю ее. Это слабость. А слабость нужно искоренять. В себе – стиранием памяти. В ней – проверкой на прочность, которую она заведомо не пройдет.

Все идет по плану.

****************************************

ВНИМАНИЕ! ПРОМОКОД НА КНИГУ "НЕМАЯ ДЛЯ ЛЕШЕГО" - M4S4-qM9