Босс Дед Мороз или Пышное увлечение

Глава 17. Анна

Дверь кабинета Максима Олеговича закрылась за мной с мягким, но окончательным щелчком, отрезав меня от мира криков, бархата и ледяного взгляда Кристины. Я прислонилась к холодной стене в пустом коридоре и выдохнула. Дрожь, которую я сдерживала все это время, вырвалась наружу – мелкая, предательская дрожь в коленях и пальцах.

Я сделала это. Я ударила его. Я, Анна Соколова, дала пощечину Максиму Олеговичу Крылову. И по реакции Кристины… по ее мгновенно сменившемуся с ярости на холодное, оценивающее любопытство взгляду, я поняла: расчет сработал. Она купилась. Для нее я теперь не хищница, посягнувшая на ее территорию, а жертва нелепой, оскорбительной ошибки своего неадекватного босса. Идиотская, но железная логика: какая женщина, имеющая тайную связь, станет бить любовника при его невесте? Никакая. Значит, связи нет. Значит, все, что она видела, - действительно было «непонятно что». Моя ярость была слишком искренней, слишком немедленной. Хлесткий удар закрыл вопрос.

Но почему же внутри было так гадко и пусто? Не от того, что ударила – он стоил того. А от этого поцелуя. От того, как мое тело отозвалось на него, предав все мои принципы и планы. И от его слов. «С ней». Как о мусоре.

Нужно было уходить. Отсюда. Из этой истории. Сейчас.

Я спустилась на этаж, где бушевал праздник. Музыка гремела еще громче, но веселье уже перешло в стадию благодушного, пьяного хаоса. Никто уже не ждал Деда Мороза. Сотрудники обнимались, пели, кто-то спал, положив голову на клавиатуру. Моя миссия была выполнена. Праздник состоялся.

Дед Мороз… Дед Мороз так и не пришел.

Я вытащила телефон. Палец сам потянулся к номеру Максима. Нет, звонить нельзя. Только сообщение. Быстрое, деловое, чтобы закрыть тему.

«Все ли в порядке? Кристина поверила вам?»

Отправила. Сообщение почти мгновенно сменилось статусом «Прочитано». Но ответа не было. Ни через минуту, ни через пять, пока я стояла в шумном зале, чувствуя себя призраком на собственном празднике. Конечно. У них там… бурная встреча. Объяснения. Примирение. Ему сейчас не до моих смс.

В горле встал ком.

Все.

План завершен.

Карьера, наверное, тоже. Завтра он меня уволит. Или я сама уйду. Но сейчас нужно было не думать об этом. Нужно было… выключиться.

Я вспомнила про друзей. Они должны были быть недалеко. Набрала Машу.

- Где вы? – мой голос прозвучал хрипло.

- Анька? Ты как? Мы в баре «У Джека», за углом. Все норм?

- Иду, - коротко бросила я и, не прощаясь ни с кем, выскользнула из офиса на холодную улицу.

Бар был теплым, шумным и полным чужих людей, что было сейчас идеально. Я нашла их за столиком в углу. Маша, Сергей и Денис. Увидев мое лицо, все трое моментально замолчали.

- Что случилось? – первым спросил Денис, его взгляд стал острым, защитным.

Я не ответила. Взяла его недопитый бокал шампанского (или это было мое, купленное на последние деньги? Не важно) и опрокинула залпом. Игристые пузырьки обожгли горло, заставили кашлянуть, но принесли долгожданное онемение.

- Анна, - мягко сказала Маша. – Говори.

И я начала. Сначала сбивчиво, потом все быстрее, срываясь на повышенные тона, жестикулируя. Про торт, про темноту в кабинете, про то, как он набросился… Тут голос у меня дрогнул, и я снова потянулась к бокалу. Денис молча налил мне свежего.

- И он… он так обнял, и поцеловал, и… - я искала слова, но они не шли.

Как объяснить этот шквал, эту потерю себя?

- И я… я не оттолкнула сразу. Поняла? Я не оттолкнула!

Я снова выпила, уже почти не чувствуя вкуса. Друзья молчали, обмениваясь взглядами. Я видела, как Сергей покусывает губу, а Маша смотрит на меня с огромным сочувствием. Денис сидел неподвижно, но его кулак на столе был сжат так, что костяшки побелели.

- А потом пришла она. И он начал орать, что никогда бы не изменил с такой, как я, - я выкрикнула громче, чем хотела. – И я дала ему пощечину. Со всей дури.

Тут Маша ахнула, а Сергей присвистнул. Но я еще не закончила. Мне нужно было выговориться до конца, вытащить из себя этот ком.

- Вы не понимаете! Как он это сделал! – закричала я, уже почти не контролируя громкость.

Слез не было, была только истеричная, пьяная ярость и потребность в физическом действии.

Я вскочила. Мозг, перегретый шампанским и адреналином, выдал четкую, идиотскую команду: «Стереть. Нужно стереть это ощущение. Накрыть его другим. Любым».

Денис сидел ближе всех. Его лицо, полное тревоги и вопросов, было знакомым, теплым, безопасным. Он не Крылов. Он – противоположность. Он – антидот.

Мои руки вцепились в ткань свитера Дениса. Он попытался привстать, что-то сказать, вроде как: «Анна, подожди…»

Но я уже не слушала. Мне нужно было действие. Физическое, грубое, перекрывающее все. Я притянула его к себе и, не дав опомниться, впилась губами в его губы.

Это был не поцелуй. Это была атака. Попытка задушить в себе одну огненную вспышку памятью о другой. Его губы были мягче. Нежнее. Он пах не виски и властью, а кофе, сладким шампанским и чем-то простым, домашним. Но сквозь это второе, навязанное ощущение, сквозь тепло его ладоней, которые инстинктивно обняли меня за талию, в голове пронеслась одна-единственная, ясная и горькая мысль:

«Господи, сколько же глупостей я наделала за один вечер».

Еще больше ночью. Но краснеть пришлось на утро. Когда я проснулась в квартире Дениса без одежды…