Босс для Белоснежки

Глава 5. Бывший муж и другие неприятности

Два года спустя

- Лизок, э-э! Ли-и-из, ты дома?

Сутулую спину своего бывшего мужа я вижу издалека еще на повороте от мини-рынка.

Пошатываясь, Колька топчется перед катиткой моего дома и вытягивает шею над забором. Вид у него какой-то неприкаянный. Как и на прошлой неделе, когда он притащился ко мне в гости под сомнительным предлогом - желания “навестить родных сыновей”.

- Блин, опять твой бывший приперся, - ворчит моя сестра Маша и, прикусив язык, косится на пятилетнего Павлика. Тот беспечно топает рядом, полностью поглощенный разглядыванием луж в поиске дождевых червяков. Она предусмотрительно приглушает голос: - Лиз, давай огородами зайдем, а..?

Я приостанавливаюсь и пристально смотрю на унылого помятого мужика в мешковатой куртке, в которого превратился некогда “прекрасный принц” моего прошлого. Потом вздыхаю.

- Нет, Маш. Я не буду от него бегать. А вот вы с Павликом идите в обход, на всякий случай. Вдруг Коля опять напился, мало ли.

- А если приставать будет? - тревожится Маша.

- Не посмеет. Он моего Гришку боится. В прошлом году тоже пьяный ко мне заявился, а потом с синяками еле ноги унёс. Такое не забывается.

Лицо моей сестры проясняется.

- Да уж, куда ему против твоего Гришки! - хихикает она. - Вот кто настоящий качественный мужик… в отличие от некоторых!

Гришка - это мой домашний питомец. Здоровенный белый гусак. Характер у него боевой и очень собственнический - терпеть не может чужаков. Сразу бросается в атаку, шипит и кусается. Так что по сути он прекрасно выполняет функцию сторожевой собаки… которой, кстати, у меня нет и никогда не было из-за аллергии на собачью шерсть.

Купила я этого гуся уже после развода и вырастила сама. У меня тогда начались большие проблемы с деньгами - да такие серьезные, что пришлось продать родительскую комнату в коммуналке и переехать в старенький ветхий дом, доставшийся нам с сестрой после родителей. Те ушли рано, по самой нелепой и грустной причине. Угорели в бане по-черному, напившись под Новый год. Ту баню потом я снесла по понятным причинам.

Машка, как поклонница городской жизни и отдельного личного пространства, тогда уже студенткой была, подрабатывала на рынке выходного дня продажей домашней выпечки и жила в съемной хрущевской однушке. Она и сейчас там живет, по-прежнему одна. Правда, теперь работает не на рынке, а в школе. Поваром.

- Ладненько, - решает она и подмигивает своему племяннику. - Павлик, а давай посмотрим, не заросла ли тропинка в огороде?

- Не-е, - отказывается мой сильно занятый сын, не отрывая сосредоточенного взгляда от лужи под ногами. Пьяного отца издали он пока, к счастью, всё ещё не заметил.

Я с улыбкой присаживаюсь на корточки возле него и ласково сообщаю:

- Павлуш, а в огороде червяков гораздо больше, чем на асфальте. У них ведь домики в земле. И лягушки там тоже есть по дороге около пруда.

Последний аргумент оказывается решающим.

- Ладна! Мы с тётей Машей пойдем смотреть лягушек, мам, - распоряжается он и первым тянет Машу в улочку, ведущую к пруду.

Я выжидаю несколько секунд, призывая себя к невозмутимости. Затем подхожу к бывшему мужу со спины. Гусь Гриша приветствует меня из палисадника воодушевленно-протяжным “Га-га-га!” и широким хлопаньем крыльев.

Колька отшатывается от ограды.

- Ш-штоб тебя, скотина шепелявая! Чё разголосился так?.. В суп бы тебя…

- Привет, - сухо здороваюсь я.

- Лизунь!.. - оборачивается бывший муж и как-то пришибленно-заискивающе бормочет: - А вот и ты…

Мне становится противно.

- Не называй меня так, звучит отвратно. Зачем пришёл?

- Да так… соскучился. А че, нельзя детей своих уже повидать?

- Ну почему же, можно. Только когда будешь трезвым и в здравом уме. Желательно по выходным. И жену свою предупредить об этом не забудь… или я сама это сделаю. Во избежание недоразумений. А то в прошлый раз она позвонила ко мне со скандалом и обвинениями, якобы я украсть тебя драгоценного обратно пытаюсь.

- Венерка мне не жена… - морщится Колька. - Официально мы не расписывались. Так, съехались просто… может, и разъедемся скоро. С утра до вечера с маман ругаются. Надоели обе, хуже редьки. Хочу тишины и понимания. К тебе хочу, Лизок…

- Коля..! - ахают заросли высоким тонким голосом Венеры.

Зря я ее вспомнила. Эта дама - как та самая субстанция, которую стоит только помянуть, как она тут же всплывает где-нибудь поблизости. И на этот раз она, видимо, решила проконтролировать очередной Колькин побег до самого моего дома.

Женская фигура проворно выскакивает на дорогу и несется к остолбеневшему Кольке. Тот слегка дергается, как будто его так и подмывает броситься от нее наутек. Но в последний момент сдерживает себя.

- Коленька!.. - надрывно восклицает Венера со слезами в голосе.

Я смотрю на нее во все глаза и не узнаю.

Давненько не видела вживую эту некогда соблазнительную девицу, которую моя бывшая свекровь Карина Сергеевна вечно ставила в пример. С тех пор, как покинула ее дом. Сейчас от ее прежней свежести и ухоженности остались одни воспоминания.

Нет, ну… конечно, если приглядеться, то можно найти в ней генетически симпатичные задатки природы - более-менее привлекательные черты лица, длинные волосы, пышная грудь и крутые бедра…

Но блеска юности и горделивой девичьей самоухоженности больше и следа не осталось. Помятость, опухший вид портят всё. Да и талия слегка расползлась. Скорее всего от переедания на почве стресса, а не беременности, а то такую новость она в секрете бы не оставила.

Что ж, вполне ожидаемо, если ее красоту съела бытовуха и жизнь в отвратительно токсичной атмосфере. Потому что Колькина мать только на расстоянии способна сдерживать свою натуру. Она всегда ведет себя лучше с чужими людьми - подружками, соседками и прочими посторонними, - если не находится рядом двадцать четыре часа в сутки. Но стоит только угодить в ее царство… эту кошмарную паутину, где она дергает ближних с утра до вечера придирками и непрошеными советами… так все жизненные соки высосет потихоньку.