Босс для Белоснежки

Глава 11. Слишком добренький Акулов

К третьему дню работы я начинаю чувствовать себя чуточку более уверенно.

Не на все сто процентов, конечно, нет. Это было бы слишком самоуверенно с моей стороны. Но у меня появилось что-то вроде стабильности на своем рабочем месте. Чувство медленного привыкания.

Руки потихоньку запоминают, где и какие лежат документы и офисные принадлежности, голос - каким тоном надо здороваться с посетителем или арендатором, ноги - куда отойти, чтобы не мешать и быть незаметной, но оставаться чуткой частицей обслуживающего персонала корпорации “Сэвэн”. И я уже не путаю, где бухгалтерия, а где серверная, что, вне всяких сомнений, уже и есть успех. Более того, я даже начинаю понемногу различать, где в этом человеческом бизнес-муравейнике заканчивается моя зона ответственности и начинаются маленькие подводные камушки для новичков.

Меня сегодня уже дважды окликнули по имени за весь день.

Один раз - курьер, которому я вежливо помогла отыскать направление в нужную сторону, а второй - арендатор с четвёртого, у которого оказалось что-то не в порядке с пропуском. Оба, спустившись в вестибюль во второй раз, не забыли поблагодарить меня.

Это… приятно. Почувствовать себя кем-то другим. Не женщиной в разводе, не одинокой мамой с двумя детьми, а просто - Лизой, которая знает, как побыстрее попасть на нужный этаж или правильно подать заявку на замену бракованного электронного пропуска.

Впервые за долгое время ощущаю такое глубокое спокойствие. Да, теперь я не просто разведёнка с двумя детьми, а нормальная женщина с офисной работой, ежеутренней чашкой кофе и перспективой наконец-то разгрести долги по коммуналке.

Иногда я мысленно возвращаюсь к тем двум встречам с Батяниным - нашему случайному столкновению и его внезапному странному появлению в общественном вестибюле приемной на следующий день. Кстати, больше он здесь не появлялся и пользовался, как обычно, отдельным лифтом. Наверное, действительно, у него тогда просто какая-то встреча была, на которую ему проще было попасть через общий вход.

На обед мы с Юлей спускаемся на цокольный этаж в столовую, которую сама девушка называет "Подвалом для избранных". А всё потому, что большинство наших коллег из персонала первого этажа туда почти не ходит, предпочитая кафешку за углом, с видом на набережную и достаточным количеством солнечного света. Особенно Маргоша с ее высокими запросами и заоблачным самомнением. А начальники отделов вряд ли хоть раз в глаза подвал видели. У них своя столовая, несколькими этажами выше.

Но мне это место нравится.

Тут низкий потолок и длинный стол цвета "офисная сосна". В воздухе витает запах макарон, пластика и несбывшихся карьерных ожиданий. Но в его тесноте есть что-то успокаивающе-уютное, как будто это маленькое укрытие от рабочих передряг. Народу тут практически не бывает, и есть холодильник для хранения домашних обедов, если вдруг сотрудники решат сэкономить на кафешке.

Мы с Юлей - как раз из таких, экономных. Опять же, и кофемашина в коридоре за углом имеется. Отличный бонус к домашним бутербродам из контейнера.

Берем себе по чашечке горячего капуччино в коридоре и устраиваемся за столом.

Я рассеянно жую свой бутерброд и смотрю в окно на линию тротуара, которая находится на уровне наших глаз. Там снаружи время от времени проходят туда-сюда чьи-то ноги в сапожках или ботинках. А еще сидит, нахохлившись, пучеглазый голубь, который почему-то напоминает мне пьяного Кольку своим потрепанным видом. Юля, поддавшись жалости, крошит ему свое печенье через приоткрытую створку и тут же возмущенно ахает. Потому что наглая птица вместо благодарности разворачивается хвостом к окну и равнодушно роняет на угощение каплю помёта.

- Блин, - морщится Юля, недовольно глядя на него. - Вот и жалей после такого сирых и убогих. Только зря печеньку перевела!

Подавив смех, я тянусь за вторым бутербродом с сыром и помидором. А когда собираюсь откусить, дверь столовой открывается.

- Кхм… приятного аппетита, дамы, - любезно бросает Акулов и с легкой брезгливостью осматривается.

Высокий, лощеный, в чёрной рубашке с эффектным синим галстуком и лицом, на котором по умолчанию стоит выражение «вы мне уже должны». Стоит с таким видом, будто не вполне понимает, каким ветром его сюда занесло, и сам не знает, чего хочет - выпить кофе, срочно развернуться в обратную сторону или закрыть глаза и выйти на контакт с космосом.

Словом, Акулов Давид Олегович смотрится в этой маленькой столовке на цокольном этаже неуместно. Как пафосный чизкейк на прилавке с картошкой.

Мы с Юлей неловко здороваемся в ответ. После этого возникает не очень комфортная пауза.

- Елизавета Михайловна? - вопросительно тянет он наконец, как будто бы и не видит, что я сижу перед ним собственной персоной. Кажется, что ему не по себе, словно он впервые произносит имя нижестоящего сотрудника без высокомерия, сарказма или намерения раскритиковать. Напряженно и чуть громче, чем нужно.

Я рефлекторно выпрямляюсь с бутербродом в руке.

- Да?

На секунду замявшись, начальник отдела продаж откашливается и небрежно продолжает:

- Я тут подумал, вы ведь ещё не успели познакомиться с коллективом на остальных этажах? Завтра утром я мог бы провести для вас небольшую экскурсию, как новичку. Лично. Что скажете?

Он делает акцент на слове "лично" так торжественно, что мне становится смешно. Предложение звучит у него как привилегия уровня "увезти вас на вертолёте и показать вид на логистику с высоты птичьего полёта". Или совершить религиозный променад по Ватикану, а не по коридорам делового бизнес-центра.

Но от жеста доброй воли начальников отказываться чревато. Себе дороже выйдет. Плюс это, действительно, неплохой для меня шанс поближе познакомиться с жизнью корпорации изнутри.

- Эм... хорошо, - вежливо соглашаюсь я. Голос получается тонким, как пленка на молоке. - Спасибо, Давид Олегович. Было бы здорово.

- Вот и отлично, - с удовлетворением кивает Акулов и неохотно спрашивает: - Ну-у… а вообще, как вы тут, осваиваетесь уже, м-м..?