Босс. Игра по его правилам

1 глава

— Викторовна, не трепи мне нервы. Башка и так болит!

Это надо же было так нажраться вчера! Знал же, что ничем хорошим спонтанная вечеринка старых приятелей не закончится. Проснулся с утра в ВИПке, в своём же клубе, а на мне две путаны, мать их. Ни хера не помню, кого и как вчера драл. Единственное, что успокаивало, это наличие гандонов, что по всей вип-комнате разбросаны были. Значит, котелок всё-таки варил немного, по крайней мере, на тот момент.

— Баяр-Хан, для чего вам нужен отдел по работе с персоналом, если вы сотрудников лично отбирать собрались? Пусть девочки делают свою работу, — женщина семенит за мной вслед, слышно, как за моей спиной выполняет какие-то манипуляции. — В конце концов, они за это деньги получают! — наконец обгоняет меня, подаёт стакан с шипучей таблеткой аспирина — моя спасительница!

— Викторовна, скажи. Я зарплату вам нормальную плачу? — задаю вопрос только после того, как полностью осушил стакан.

— Мне? Да! Премиальные всегда вовремя и медицинская страховка. Санаторий два раза в год…

— Я неконкретно про тебя! Санатории и курорты у меня только ты получаешь. Как моя помощница, ты попадаешь мне под горячую руку чаще остальных. Я про весь остальной персонал! Про всех тех, кто на меня работает.

— По зарплате у нас никто не жаловался ни разу. Да у нас даже клининг-мастера получают больше, чем где-либо!

— А какого хера у нас тогда текучка такая, объясни мне?

— Вы про юридический отдел?

— И про юр-отдел, и про бухгалтерию.

— Работать, потому что не хотят! Деньги получать хотят, а отчёты вовремя сдавать — нет! — беру нужную мне папку со своего стола, иду обратно на выход, моя помощница едва за мной поспевает. — А когда старшие специалисты требовать начинают, — продолжает она, — огрызаются. Нынешние работники, они сейчас все с гонором. Носы позадирали! Вон, Цепкова из бухгалтерии, с каким скандалом ушла! Прям наличность пересчитала, когда её Елена Васильевна увольняла.

— Вот, кстати. Передай ей… — торможу на пару мгновений, смотрю на низкорослую, чуть полноватую женщину. — А, впрочем, я сам! Старшие по отделам собрались уже?

— Да! Они уже отбирают наиболее подходящих, чтобы вам проще было.

— Твою мать! — ускоряю шаг. — Сказал же, что сам буду общаться с претендентами!

На собеседование прихожу минута в минуту. Казалось бы, ехала на трамвае, а всё равно в пробку встала.

Авария прямо на путях!

— Дамы и господа, кто на должность юриста, пожалуйста, вот сюда присаживаемся, — зайдя в просторный конференц-зал, громко командует высокая брюнетка в строгой юбке, но с чересчур открытым декольте.

Странно, в объявлении было сказано про строгий дресс-код.

Хотя, с другой стороны, на такой пышной груди, как мне кажется, любая, даже самая закрытая водолазка будет смотреться пошло, так что, получается, разницы нет.

— Те, кто ко мне в бухгалтерию, вот сюда, — показывает на противоположную сторону огромного овального стола, где также стоят шесть стульев.

Я в растерянности смотрю по сторонам.

— Ну чего застыла? Я как-то непонятно сказала? — пару мгновений женщина смотрит оценивающе. — А, ты студентка? Третьекурсница? Тебе на этаж ниже в отдел кадров. На практику там записаться можно.

Нисколько не удивляюсь тому, что меня приняли за студентку.

В мои двадцать три у меня до сих пор спрашивают паспорт, когда я сигареты покупаю, — не себе, брату! Он иногда, когда к нам с бабушкой приезжает, просит меня заскочить по пути, купить.

— Нет, просто я…

— Ну чего мямлишь? — тон молодой женщины непозволительно груб. Но в то же время она в чём-то права. Нужно быть чуть более уверенной в себе.

— У меня два высших образования! — подхожу ближе и отдаю документы женщине с идеально ровной спиной. От взгляда на неё у меня своя спина заныла, хотя я вроде и не сутулюсь.

— Ага! — с кривой усмешкой произносит, открывая поочерёдно каждый из моих дипломов. — И как же ты в столь молодом возрасте умудрилась получить сразу два… А, подожди. Угрюмова Анастасия! А не ты ли та самая Настенька, которую ректор нам все пять лет в пример ставил?

Краснею до корней волос.

— Мой дедушка действительно был ректором, но я…

— Ну тогда понятно. Вы нам не подходите! — почти с пренебрежением говорит, в буквальном смысле бросая мои документы на край стола.

— Почему? — внутренности пробила мелкая дрожь. Не от страха, конечно. От волнения или несправедливости. Со мной даже не поговорили!

— Потому что два высших образования одновременно в принципе получить сложно, а уж таких, — поднимает вверх дипломы вместе с моим резюме, — да ещё один из них красный. Это вообще нереально. — Привет дедушке! — и бросает документы передо мной на стол.

— Дедушки нет уже почти три года! — произношу потухшим голосом. Женщина едва заметно вздрогнула. Надеюсь, это от стыда. — Что касается нереальности красного диплома, — всё же решаюсь договорить и стараюсь сделать это куда более уверенным голосом, — или нереальности получить сразу два высших образования, то тут скорее в желании и упорстве дело. Дедушка спуску никому не давал, и мне в том числе…

— Подтверждаю! — в кабинет бодрым шагом входит высокий мужчина в идеально выглаженном, дорогом костюме.

Он проходит прямиком к креслу генерального директора и, положив увесистую чёрную папку на стол, окинул взглядом всех присутствующих, затем посмотрел на меня.

— Хотя я учился на заочной форме, — продолжил он, — экзамен по философии Угрюмову Фёдору Степановичу я пересдавал четыре раза! — Здравствуй, Настя!

— Здравствуйте. Хи-хи! — всё же вылетает из моего бессовестного рта.

— Чего ты? — вполне серьёзно интересуется.

— Пророчества дедушки, получается, не сбылись.

— Да, тьфу-тьфу-тьфу, — уже с лёгкой улыбкой произнося, Батбаяр стучит по столу костяшкой пальца. А уже в следующую секунду снова становится серьёзным, и всех присутствующих обводит таким взглядом, что у меня мороз по коже. Думаю, не только у меня!

Мой дедушка в самом деле больше тридцати лет был ректором одного из самых престижных университетов нашего города. И его действительно считали несгибаемым. Он был очень требовательным и никому не делал поблажек, даже мне. Особенно мне!

Я росла с бабушкой и дедом с четырёх лет. Это мои родители меня брали к себе на выходные и на каникулы, а не наоборот. Мой старший брат — балбес! Так всегда про него говорил мой дед. Славка не хотел учиться, и вообще характер у него сложный. Не знаю почему, но дедушка крайне негативно относился к своему единственному внуку. В детстве дедушка не особо жаловал его у нас в гостях, а когда Слава подрос, дед и вовсе едва ли не напрямую запретил тому появляться в его доме. Чуть позднее, в подростковом возрасте, Слава зачастую за это отыгрывался на мне.

Сейчас, в принципе, он также меня цепляет, но уже реже и без тумаков.

Где-то с лет двенадцати дедушка стал брать меня с собой в институт. Ну, как брать. Из школы мне было просто по пути к дедушке на работу. Я ждала, пока он закончит свои дела, чтобы вместе пойти домой. Делала в его кабинете уроки или просто читала.

Иногда я становилась свидетельницей того, как студенты буквально умоляли его принять у них пересдачу. Мой дед в самом деле был просто непробиваемым, не брал взятки и не прогибался под жалостливые истории. Один раз только сделал исключение.

Поставил студентке зачёт, только бы она перестала рожать на его экзамене.

Не перестала, но до больницы всё же доехала!

Впервые я увидела Батбаяра как раз в один из таких вот приходов к деду на работу после школы! Баяр тогда пытался пересдать экзамен в третий раз. Я смотрела на него как заворожённая. Он тогда казался мне высоченным — прямо-таки «Дядя Стёпа»! Сейчас, конечно же, и я подросла, и теперь он больше не кажется мне слишком огромным, но всё же…

Сейчас передо мной взрослый мужчина с идеально гладкими прямыми волосами цвета вороньего крыла, убранными в короткий хвост. Большими, невероятно красивыми чёрными глазами формы миндаля, обрамлёнными густыми ресницами. Довольно редко можно встретить человека подобной внешности. В нём угадывались азиатские корни, но всё же он не слишком отличался от остальных.

Когда я была маленькая, то думала, что он какой-нибудь китаец, и имела неосторожность уточнить этот вопрос у дедушки. Но так как мой дед был одержим моим безупречным образованием, вместо ответа он заставил меня написать ему целый реферат о народах мира и каждому отыскать в библиотеке нужные картинки.

С тех самых пор я безошибочно могу отличить не только китайца от монгола, кем, кстати, и является Батбаяр. Но даже араба от турка отличаю с одного взгляда, и это несмотря на то, что внешне они схожи.

Как всё же позже я выяснила, Батбаяр только наполовину монгол. Его кожа не такая смуглая, и, несмотря на то что глаза немного раскосые, они вовсе не узкие, как у чистокровных монголов.

Я присела на один из свободных стульев. Неловкость и зажатость ушли на второй план, наверное, потому, что хотя ранее с Баяр-Ханом мы никогда не общались, но тем не менее друг друга знали.