Босс, мои пончики не для тебя

Глава 4

Закрыв за собой дверь, смотрю на секретаршу, которая изумлённо на меня глядит.

— Что-то случилось? — осторожно спрашивает она, косясь на дверь своего начальника.

— Не сошлись характерами, — улыбаюсь я этой милой и нежной блондинке. Как она терпит своего начальника, я не представляю и начинаю ей очень сочувствовать.

— Да? Сергей Петрович очень надеялся на ваше сотрудничество и даже не искал другие варианты.

— Я тоже надеялась, но как получилось… — пожимаю плечами и отворачиваюсь.

Потерять такую работу… Ужасно обидно, но терпеть хамство я не смогу. Вздохнув, покидаю офис и спускаюсь вниз. Ещё обиднее становится, когда вижу свою машину. На бампере красуется впечатляющих размеров вмятина. Страховка немного покрывает ущерб, но платить всё же придётся. И скоро. Не могу смотреть на свою малышку в таком состоянии. Хочется привести её в порядок как можно скорее.

Руки сжимаются в кулаки и ещё сильнее мнут коробки с пирожными. Морщусь и, не раздумывая, швыряю их в мусорку.

— Гад вы, Сергей Петрович. Фирменный гад!

Оглядываю высокое зеркальное здание и с трудом удерживаюсь, чтобы не погрозить ему кулаком.

Залезаю в машину и еду домой, чувствуя, что остаюсь всё так же на взводе и не могу успокоиться. А дома… предаюсь унынию и, достав из холодильника оставшиеся пирожные, съедаю их, даже не замечая вкуса. Все мои мысли заняты размышлениями о несправедливости жизни.

— Молодец, Лена. Работы нет, зато характер показала, — бурчу себе под нос.

Настроение скатывается ещё ниже, когда я заглядываю в интернет в поисках работы. Подходящих вариантов для меня нет. Требуют опыт, образование и ещё кучу всего, чего у меня нет.

Хочется залезть в холодильник и слопать всё, что там находится, и я уже направляюсь совершать это преступление, как меня прерывает звонок.

— Привет, — отвечаю я на него, сразу как только вижу номер.

— Привет, подруга. Как жизнь, молода?

— Плохо. Я не устроилась.

— Тебя не взяли? — изумлённый голос подруги радует. — Они там что, совсем дураки? У тебя самая вкусная выпечка во всём городе! Это я тебе как почти профессиональный дегустатор говорю.

— Сонь, ты не дегустатор, а просто сладкоежка, — улыбаюсь в телефон.

— Не порти настроение! Я знаю, каким должен быть идеальный вкус у любого тортика, а значит, я профессионал своего дела. Кстати… У тебя там ничего продегустировать нету? Я бы зашла после работы.

— Только что съела последнее.

— Нехорошая ты. Даже подруге ничего не оставила.

— Угу. У меня стресс. Я попала в аварию, предполагаемый начальник оказался козлом, а денег на счету всё меньше. Не знаю даже, чем за жильё платить в следующем месяце.

— О! Авария?! Ты не пострадала?

— Отделалась лёгким испугом.

— Это всё твои подушки безопасности. Они у тебя хорошие.

— Да подушки ведь даже не раскрылись…

— Я про твои подушки, — хихикает подруга.

— Соня, ну тебя…

— Ладно, ладно. Слушай, по поводу работы. У нас в офисе нужна личная помощница начальнику. Ничего сложного — кофе подать, документы распечатать, сходить, отнести их куда-нибудь. Секретарша у него есть, но она не успевает со всем этим.

— А меня возьмут? У меня опыта нет совсем.

— Там и ребёнок справится. Подай — принеси, и всё.

— Не хочу я, конечно, быть девочкой на побегушках, но деньги нужны. Говори, куда звонить.

— Не надо звонить, я про тебя расскажу сейчас, а завтра придёшь и начнёшь работать.

— Жду вечером тогда звонка. Если денег не будет, приду к тебе жить.

— Приходи, спать будешь на кушетке в детской с пацанами, им как раз нянька нужна… Слушай, какая хорошая идея…

— Плохая идея! Плохая! Знаю я твоих пацанов — они меня за пару дней замучают, я потом месяц не встану.

— Они такие — мёртвого на ноги поднимут, — смеётся Соня, а в голосе слышится гордость.

А я снова испытываю лёгкую зависть. Сколько раз я уговаривала Кирилла завести ребёнка? Десятки. Вначале он говорил, что мы слишком молоды и у нас нет жилья, потом — что ещё успеем. А потом он вообще уехал. Годы шли, а я всё жила в ожидании… А ведь буквально полгода назад Кирилл говорил, что скоро вернётся и мы поговорим о нашей дальнейшей жизни…

Поговорили. Две недели назад он написал мне сообщение, что подал на развод. Потребовал освободить квартиру, так как она на продаже. А ещё сказал, что нашёл себе девушку. Молодую и красивую. Такой старой и страшной я себя не чувствовала ещё ни разу в жизни, а приближающийся юбилей начал казаться и вовсе первым гвоздём в гробу.

— Лен, опять грустишь? Забей ты на Кирилла этого. Козёл он вонючий, вот и всё. Не стоит твоих переживаний, а мужика мы тебе другого найдём.

— Мне скоро тридцать, а у меня ничего нет.

— Ха! Тридцать! Мне тридцать пять, и я всё ещё не собираюсь помирать, как ты видишь!

— Это ты…

— А ты — это ты. И ты всегда была весёлой и жизнерадостной, что за депрессивное настроение?!

— Меня муж бросил.

— Ну и скатертью ему дорожка! Старый кобелюга!

Сдержать улыбку я не смогла. Рассмеявшись, плюхнулась на кровать.

— Соня, вот ты сказала! Кобелюга!

— А кто же ещё? Кобелюга, да ещё какой! Я тебе, кстати, уже говорила, что надо подавать в суд на раздел имущества.

— Ты же знаешь, что половина квартиры на его мать записана.

— Да, но заработал-то ведь он. И вторая половина — его.

— Его. Не моя. У нас нет детей, чтобы им что-то перешло, а я всю жизнь дома просидела и не работала, ты же знаешь. Хорошо хоть машину оставил.

— Да-а-а. Ты права, конечно, но всё равно нечестно это. Хочется его как-то наказать…

— А я не хочу. Просто хочу забыть его и наладить свою собственную жизнь. Чтобы были свои деньги, своё жильё…

— Будет. Найдёшь себе работу. Просто надо поискать другие варианты. Ладно, Ленусь, мне бежать надо, а ты не вешай нос.

— До вечера, — говорю я, но в трубке уже тишина.